Читать книгу 📗 Один из нас виновен (ЛП) - Кавана Стив » Страница 53

— Первое — шкатулка для драгоценностей, которую мой напарник, детектив Бенджамин Ларкин, исследовал в нашей криминалистической лаборатории. Он расскажет о ней подробнее. Второе — видеозапись с камеры наблюдения, которую я получила.

— Завтра обвинение вызовет детектива Ларкина для дачи показаний об этом доказательстве. Пока же расскажите подробнее о записи с камеры.

— Я заметила камеру у заднего входа в здание. Дом позади снесли, на его месте планировалось строительство. Владелец участка хотел обезопасить временную стоянку до утверждения строительных планов и установил камеру, направленную на неё. Я получила запись за ночь убийства и просмотрела её.

— С разрешения суда обвинение приобщает вещественное доказательство номер сто тринадцать. Давайте покажем присяжным относящиеся к делу фрагменты, а вы объясните, что на них происходит, детектив.

После того как присяжные услышали отрицания Ванессы, запись заставила нескольких из них изумлённо переглянуться.

— Какое время указано на записи? — спросил Райли.

— Двадцать два тридцать два, — ответила детектив Кэри.

— Опишите женщину, которая входит в здание потерпевшей.

— Светлые волосы собраны в хвост, белые брюки, светлое палевое пальто и белая рубашка. Лица на записи не видно, но женщина похожа на подсудимую, Ванессу Вандерпул.

Показали второй фрагмент. Райли остановил запись в тот миг, когда Ванесса, выходя из здания, будто бы взглянула прямо на камеру.

— Какое время указано на записи?

— Двадцать три пятьдесят восемь.

— Кто изображён на этом кадре?

— Совершенно очевидно, подсудимая Ванесса Вандерпул. Она выходит из здания потерпевшей.

— Опишите женщину на записи.

— Это Ванесса Вандерпул. Причёска та же, на ней та же одежда: белые брюки, белая блузка и светло-коричневое пальто. Только теперь в левой руке у неё чёрная спортивная сумка «Найк» с белым логотипом-галочкой.

— Детектив Кэри, нашли ли голову потерпевшей?

— Нет.

— Хватило бы в этой сумке места, чтобы спрятать отсечённую голову?

— Да.

— Изучив запись камеры этого здания, видели ли вы ещё кого-нибудь, кто входил или выходил из него до прибытия полицейских, обнаруживших тело потерпевшей?

— Нет.

Присяжная средних лет покачала головой и широко раскрытыми глазами уставилась на изображение Ванессы с сумкой. Другой присяжный, молодой парень в белой рубашке, беззвучно произнёс «ничего себе» и повернулся к соседям. Пожилой мужчина рядом кивнул, а старушка перекрестилась и что-то тихо пробормотала. Затем все снова посмотрели на экран.

— Больше вопросов нет, — сказал Райли.

Не успел я подняться, как судья Таннер объявила:

— Заседание на сегодня окончено. Завтра начнём с перекрёстного допроса детектива Кэри.

Если судья хотела посыпать солью рану, трудно было придумать способ лучше. Распустить присяжных сразу после самого убийственного доказательства по делу: теперь у них весь вечер и следующее утро, чтобы решить для себя, что подсудимая виновна.

С тем же успехом судья могла прямо сказать им: от такого удара защита не оправится, можете расслабиться до конца процесса, обвинительный вердикт обеспечен.

Гарри наклонился ко мне и, чтобы Ванесса не услышала, прошептал:

— Хочешь узнать моё профессиональное юридическое мнение?

Я кивнул.

— Нам пиздец, — сказал Гарри.

Глава 50

Эдди

Гарри был прав.

Эта мысль ни на секунду не покидала меня.

Я сидел на высоком стуле в «Тако Белл» на Таймс-сквер и жевал бумажную трубочку, торчавшую из стакана с газировкой.

Пить не хотелось, а есть здесь я вообще не собирался. Просто нужно было что-нибудь пожевать.

Местного жителя в этом ресторане встретишь в последнюю очередь. Царство туристов. Через эти двери проходили тысячи людей, и никто из них не был даже отдалённо связан с делом об убийстве Молли Грин или его расследованием. Если сюда случайно заглянет ньюйоркец, он закажет еду навынос. Тайная встреча в одном из самых оживлённых ресторанов мира звучит не слишком разумно, но на деле работает. Лучшего места, чтобы спрятаться у всех на виду, не найти.

Ларкин вошёл, опоздав на пять минут. Заметил меня, застыл и выругался. Подошёл к стойке, сделал заказ, затем сел за мой стол и поставил перед собой газировку и порцию начос.

— Иди сюда, Эдди, — сказал он и развёл руки для объятий.

Дружелюбием тут и не пахло. Я обнял его, позволил похлопать меня по спине, бокам, затем по карманам брюк и внутренним карманам пальто. Сам тоже похлопал его по спине и бокам — со стороны мы выглядели как старые приятели, хотя на самом деле он проверял, нет ли на мне прослушки.

— У тебя в кармане пальто телефон, — сказал он, отпуская меня.

Я вынул телефон и положил рядом со стаканом.

— Выключи, пожалуйста, — попросил он, садясь напротив.

Я выключил. Он боялся записи — как я и предполагал.

— Снимок, который я прислал, у тебя? — спросил я.

— Так и знал, что это ты.

— А кого ты ждал?

— Не знаю, — сказал он и достал фотографию, которую я положил в коробку с пончиками вместе с написанным на обороте приглашением встретиться здесь в назначенное время.

— Если тебя может шантажировать столько людей, на твоём месте я всерьёз задумался бы о переменах в жизни.

Он положил на стол снимок, где получает посылку от Деккера. Блок сделала его много недель назад, когда следила за полицейскими, пытаясь понять, какую роль они играют в расследовании.

— Пошёл ты, Эдди.

— Я хочу помочь, Ларкин. Внутренняя безопасность уже занималась тобой раньше. Я подумал, ты захочешь сделать всё возможное, чтобы это не повторилось.

Он запихнул в рот сразу несколько чипсов и захрустел. Крошки покрыли его губы и посыпались на синий галстук.

— У тебя два варианта, — сказал я, вынул из кармана зажигалку и положил на стол. — Я могу сжечь этот снимок. Сделать вид, будто ничего не произошло. Я его не видел, Блок не видела, его никогда не существовало. Или могу сжечь тебя. Выбирай.

— Невелик выбор, — ответил Ларкин; из его рта вылетели крошки начос, словно щепки из измельчителя древесины.

— Верно. Но виноват ты сам. Когда-то ты был хорошим копом, пока не загубил расследование, срезая углы. Если бы ты не был так хорош, тебя выгнали бы и сэкономили на пенсии. Теперь у тебя есть ещё один шанс. Но придётся в точности выполнять мои указания.

Он запил чипсы газировкой и спросил:

— Сколько?

— Деньги мне не нужны. Мне нужно кое-что другое.

— Что?

— Чтобы ты поступил правильно. Для начала считай, что больше не работаешь на Джулиана Вандерпула. Теперь ты работаешь на меня.

— А если я прямо сейчас арестую тебя за попытку шантажировать следователя во время процесса об убийстве, где твоя клиентка — единственная подсудимая? Тебя лишат лицензии, ты сядешь на десять, а то и пятнадцать лет за воспрепятствование правосудию. Как тебе такой вариант?

Он понизил голос и смотрел мне прямо в глаза.

Я немного помолчал, затем улыбнулся.

— Чуть не поверил, Ларкин. А тебе как такой вариант? Если я в течение получаса не позвоню Гарри Форду, он передаст этот снимок суду и окружной прокуратуре. А я спрошу тебя под присягой, зачем ты принимал подозрительную посылку от сотрудника отца единственного другого вероятного подозреваемого по делу об убийстве, которое ты расследовал.

Ларкин секунду смотрел на меня, потом снова отпил газировки.

— Отлично, — сказал я. — Рад, что мы разобрались. Первый вопрос: что было в посылке от Деккера?

— Ты не знаешь?

Я понятия не имел, что там, чёрт возьми, лежало.

— Конечно, знаю. Просто хочу услышать это от тебя. Ты должен доверять мне, а я — тебе. Иначе кто-то из нас окажется в тюрьме. И это буду не я.

Ларкин опустил голову, хмыкнул, затем выпрямился и набил рот новой порцией чипсов.

Жуя, он что-то сказал, я не разобрал, а затем услышал: