Читать книгу 📗 Последний свет (ЛП) - Макнаб Энди

— Ты не можешь туда идти, там опасно, может быть пожар. Масляные лампы упали, когда прилетели вертолёты, всё разлито. Я сам принесу тебе вещи через секунду.

Снова забравшись под стол, я вырвал все провода, которые были к чему-либо присоединены, затем прислушался, идёт ли дождь.

— Я сейчас принесу одежду, Луз, просто оставайся здесь, хорошо?

Я чуть не задохнулся, открыв дверь и перешагнув мешок с рисом. Запах кордита исчез, сменившись запахом смерти, как в плохой день в мясной лавке. Как только дверь закрылась, я включил свет. Четыре тела лежали среди щепок и разбитого стекла, их кровь густыми, застывшими лужами на половицах.

Я старался ни во что не наступать, пока шёл за запасной одеждой для Луз и толстовкой для Керри. Открыв дверь, я бросил их в компьютерную комнату.

— Переодевайся, помоги маме. Я останусь здесь.

Расставив ноги, чтобы не наступать в кровь, я начал стаскивать нагрудную разгрузку из-под Зелёного парня. Её, должно быть, сбросило со стола, когда он упал, она была пропитана кровью. Это не имело значения, важны были магазины внутри.

Я начал отстёгивать другие разгрузки. Они тоже были мокрыми, и в некоторые магазины попали пули. Нейлон разорвался, обнажив скрученный металл и кусочки латуни.

Нагрузившись тремя разгрузками, полными свежих магазинов, я спас свои документы с пола и собрал двести двенадцать долларов, покрытых кровью, с пяти тел. Чувствуя себя менее голым, я закрепил их в кармане на штанине, затем проверил книжные полки в поисках карт Чепо и Баяно.

Я нашёл то, что искал, и она была права: к востоку от Чепо.

У меня не было времени раздумывать, нужно было уезжать. Погода могла проясниться в любую минуту. Если Корпус мира ничего не сможет для неё сделать, они хотя бы смогут доставить её в город.

Я выбежал на веранду и обратно под чудесный, отгоняющий вертолёты дождь.

Как только я добрался до Land Cruiser, я бросил снаряжение в ноги, затем засунул М-16 между пассажирским сиденьем и дверцей, прежде чем закрыть её.

Я не знал почему, просто не хотел, чтобы Луз его видела.

Я обошёл машину с другой стороны и проверил топливо. У меня было около половины бака. Я схватил фонарик и направился к «Мазде». Когда я поднял скрипучий задний борт, луч фонаря упал на окровавленную простыню, которой был накрыт Аарон. Я также увидел канистры, закреплённые сзади, и запрыгнул внутрь рядом с ним, мои ботинки скользили в луже его крови. Больной, сладкий запах был таким же сильным, как и в доме. Я положил руку ему на живот, чтобы удержать равновесие, и обнаружил, что он всё ещё мягкий. Я вытащил одну из тяжёлых канистр и захлопнул задний борт.

Я открутил крышку топливного бака Land Cruiser и вытянул носик канистры. Давление внутри со свистом вырвалось наружу. Я поспешно вылил топливо в бак, расплёскивая его по кузову и заливая руки.

Как только канистра опустела, я закрыл крышку бака и бросил пустую канистру в ноги поверх разгрузок. Я подумал, что она может понадобиться мне позже.

ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТЬ

Убедившись, что грязь заменила кровь Аарона на моих «Тимберлендах», я направился обратно к яркому свету компьютерной комнаты и проверил, что мешок с рисом всё ещё на месте.

Керри курила, и когда я приблизился, мне не нужна была собака-ищейка, чтобы понять, что. Луз сидела на полу рядом с койкой, гладила мать по лбу и наблюдала, как дым выходит из её ноздрей. Если она и не одобряла, то не показывала этого.

Залитые слезами глаза Керри в оцепенении смотрели на остановившийся вентилятор, пока дочь продолжала массировать её потный лоб. Я присел у её ног и снова сжал их. Кровообращение всё ещё было.

Когда я встал, мой взгляд переключился на Луз.

— Мама сказала тебе, где это было? — Вопрос о травке был неуместен, и я не знал, зачем спросил — просто чтобы что-то сказать. Её голова не повернулась, но глаза скосились на меня.

— Как будто... но всё в порядке, сегодня можно.

Керри попыталась засмеяться, но это больше походило на кашель.

Я нагнулся и поднял с пола один из эластичных бинтов, положив его в карман.

— Время идти.

Она кивнула, пока Керри делала очередную глубокую затяжку.

— Давай, вытащим твою маму отсюда.

Мы оба взялись за койку, Луз — за ножной конец, лицом ко мне.

— Готовы? Раз, два, три. Поднимаем, поднимаем, поднимаем.

Я направлял, а она пятилась назад, пробираясь через заваленный пол кладовки. Мы прошлёпали по грязи и засунули её в кузов машины головой вперёд. Я отправил Луз обратно в кладовку за одеялами и Evian, а сам использовал бинт, чтобы привязать головной конец койки к точкам крепления, чтобы она не скользила во время поездки. Керри повернула голову ко мне, звуча сонно от коктейля из дигидрокодеина, аспирина и травки.

— Ник, Ник...

Я завязывал узел в тусклом свете салона.

— Что мне теперь делать?

Я знал, к чему она клонит, но сейчас было не время.

— Ты едешь в Чепо, а потом вы обе будете в Бостоне, и глазом не успеешь моргнуть.

— Нет, нет. Аарон... что мне делать?

Меня избавила от ответа Луз, вернувшаяся с водой и охапкой одеял, которые помогла мне набросить на Керри.

Я спрыгнул с заднего борта обратно в грязь и обошёл машину, забравшись на водительское сиденье.

— Луз, тебе нужно присматривать за мамой, следить, чтобы она не скользила, хорошо?

Она серьёзно кивнула, стоя на коленях рядом с ней, когда я завёл двигатель и развернул Land Cruiser в широкой дуге, прежде чем выехать на колею. Основные лучи выхватили «Мазду». Керри в конце концов увидела её в красном свете наших задних фонарей, когда мы медленно проезжали мимо.

— Стой, стой, Ник, стой...

Я мягко нажал на тормоз и повернулся на сиденье. Её голова была поднята, шея напряжена, чтобы смотреть в щель сзади. Луз наклонилась, чтобы поддержать её.

— В чём дело, мам? Что случилось?

Керри продолжала смотреть на «Мазду», отвечая дочери:

— Всё в порядке, малышка, я просто кое о чём подумала. Потом. — Она притянула Луз и обняла её.

Я подождал немного, пока дождь стихал, а двигатель работал на холостых оборотах.

— Можно ехать?

— Да, — сказала она. — Мы закончили здесь.

Дорога до Чепо была медленной и трудной, я старался объезжать как можно больше выбоин и колей. Я очень жалел, что у меня не было времени поискать ещё одно мачете. Возвращаться в джунгли без него слишком напоминало мне о вторнике.

К тому времени, как мы выехали из мёртвой долины, дождь ещё немного стих, и дворники работали только в прерывистом режиме. Я посмотрел вверх, через руль, зная, что всё равно ничего не увижу, но надеясь, что облака всё ещё низкие. Если нет, то скоро один-два вертолёта будут прогревать двигатели.

Как только мы выехали на дорогу, которая местами больше походила на реку, мы ехали не больше десяти километров в час. Мои ноздри уловили запах марихуаны, и, взглянув назад, я увидел Луз, стоящую на коленях рядом с матерью, которая пыталась засунуть сигарету обратно Керри в рот между толчками. Я порылся в кармане в поисках дигидрокодеина.

— Вот, дай маме ещё одну, запей водой. Покажи врачам или кому там пузырёк. Она приняла четыре таблетки и аспирин. Поняла?

Вскоре показался укреплённый полицейский участок, и я попросил указать дорогу.

— Где клиника? Как проехать?

Луз была главной в этом вопросе: её мать уже совсем отключилась.

— Сзади, за магазином.

Это я знал. Мы проехали ресторан, и ягуар даже не заинтересовался, когда мы въехали в тёмную часть города.

Я щёлкнул запястьем, чтобы посмотреть на Baby-G. Было только за полночь. Оставалось всего десять часов, чтобы сделать то, что я должен был сделать.

Я повернул направо перед зданием из шлакоблоков.

— Луз, это правильная дорога? Всё правильно?

— Ага, прямо здесь, видите?

Её рука просунулась мимо моего лица сзади и указала. Примерно через три здания было ещё одно строение из шлакоблоков с жестяной крышей и круглой вывеской Корпуса мира — звёзды и полосы, только вместо звёзд голуби или что-то в этом роде. Я не мог разглядеть в этом свете.