Читать книгу 📗 Крутящий момент (СИ) - Выборнов Наиль Эдуардович

Негр быстро закивал, продолжая коситься на пистолет, который я все еще держал в руке. У него самого, кстати, оружия не оказалось — я проверил, когда его крутил. Видимо, тот, которого я вырубил во дворе, был у них главным, и оружие полагалось только ему.

— Ты знаешь организатора нелегальных гонок по прозвищу Коуч?

Негр кивнул. Да ладно?

— Рассказывай все что знаешь.

— Ну, он крутой перец, организует заезды, — парень замолчал.

— Лично с ним знаком? — продолжил я допрос.

— Ну… Нет, но брат моего кореша однажды работал с одним из его… — я заглянул парню в лицо, его глаза беспредметно блуждали по комнате. Он придумывал свою историю на ходу.

— А если ты мне еще раз соврешь, я отстрелю тебе ухо при попытке к бегству, и за это тебе накинут еще пятерку к сроку — я покачал пистолетом перед его лицом.

Его глаза расширились.

— Не надо! Хорошо, я не знаю его! Просто от парней слышал, что есть такой мужик, организует гонки, — затараторил он. — Но если вы меня отпустите, я могу спросить у парней, они наверняка знают больше.

Я посмотрел на него, задумался. Врет он? Скорее всего. А даже если не врет, то в лучшем случае просто насобирает слухов. Или вообще свалит из штата, как только выйдет из дома. Так что я пересилил в себе желание уцепиться за этот крошечный шанс узнать что-то про Коуча и решил, что лучше два негра в руках, чем один в бегах.

Поэтому велел задержанному заткнуться, поднял его на ноги и вывел во двор, где привел в чувства его напарника. И так мы вчетвером — два угонщика, я и Беретта в моей руке — дружной колонной пошли к моей машине. Там я уложил их рожами на капот. Хотел сначала усадить на заднее сиденье, но потом подумал, что запихнуть двух высоких, под метр девяносто, парней на тесное заднее сиденье «Шеветта», где с комфортом можно разместить разве что собаку, и то поперек — это слишком жестоко даже для меня.

Вызвал по рации подкрепление и следственную группу — пусть криминалисты тут все фиксируют, а я потом просто напишу отчет с места обнаружения машины. Пока сидел в «Шеветте» и смотрел через лобовое стекло, как задержанные лежат лицами на капоте, так и подмывало нажать на клаксон и посмотреть, как они подпрыгнут. Но сдержался. Во-первых, ничего особо страшного они не натворили, так что и кошмарить их не было серьезного повода. А во-вторых, если они с перепуга бросятся бежать, да еще и в разные стороны, это уже будет не очень смешно.

Через десять минут подъехала первая патрульная машина, в которую я с радостью усадил задержанных. Патрульному же передал отнятый у одного из угонщиков револьвер, тот убрал его в пакет для улик. Пробью потом по базе, если незарегистрированный — это еще один бонус к раскрытому угону.

Еще через пятнадцать минут прибыла следственная группа, которая принялась фотографировать найденную машину и снимать отпечатки с «Файрберда».

Больше часа заняла возня с бумагами. Патрульные увезли подозреваемых, но я, как ответственный за это дело детектив, должен был остаться и оформить все документы — в этот раз фигурировали задержанные, к тому же вооруженные, поэтому просто вызвать группу и свалить, как я сделал это с «Ниссаном» того деда, не получилось.

Когда мы закончили, время перевалило за два часа дня. Ехать в отдел прямо сейчас острой необходимости не было. Задержанные негры никуда уже не денутся — допрошу их под протокол позже. Данные от криминалистов будут в лучшем случае завтра, а то и через пару дней. Желательно до вечера составить отчет по делу, приложить протоколы допросов, чтобы закрепить документально, что угон раскрыт в этот день. Но и то не критично — за день или два просрочки Спронг, скорее всего, даже возмущаться особо не будет.

А вот что стоит сделать — так это съездить к дому Хесуса. Филлмор отказался участвовать в наблюдении за ним, с Касселсом я не успел договориться до конца, а с Андерсеном еще даже не пробовал. Так что есть все шансы, что гонщик может и заезжать домой, пока я тут занят расследованием.

Добрался я чуть меньше, чем за полчаса и, едва свернув на Сто Сорок Восьмую, увидел впереди яркое красное пятно. «Эль Камино» стоял во дворе возле дома, за руль как раз садился высокий бритый наголо латинос в белой майке и длинный шортах.

Я нажал на газ — если успею заблокировать своей машиной выезд из его двора, то никуда он от меня не денется. Однако Хесус, похоже, тоже заметил меня — «Эль Камино» сорвался с места, визжа покрышками, и выскочил на дорогу буквально за несколько секунд до того, как мой «Шеветт» успел бы заблокировать выезд. Взревел двигателем, уходя от меня в попутном направлении, проехал сотню метров и свернул на Прейри-авеню, двинувшись на север.

Я скинул передачу вниз, как в прошлой жизни делал при обгонах — это должно было добавить машине динамики на высоких оборотах. Двигатель издал звук на стыке рыка и лязга, передача захрустела, но сколько-нибудь ощутимого ускорения не случилось.

Понял, не дурак. Переключился обратно на четвертую и вывернул на Прейри с заносом, свистя покрышками. Это было страшновато, потому что гонщик из меня сильно хуже, чем полицейский, и занос получился не то чтобы прямо управляемым.

Тем не менее, я поймал рулем норовивший вылететь на встречку «Шеветт», который тут же стал раскачиваться влево-вправо — похоже, амортизаторам и правда каюк. Утопил педаль газа в пол — «Эль Камино» оторвался на полсотни метров, но я все еще его прекрасно видел и не собирался так просто отпускать.

Машин на улице было немного, и Хесус ловко маневрировал между ними, постепенно увеличивая дистанцию. Я следовал за ним, отчаянно втаптывая педаль в пол, как если бы хотел продавить ее насквозь. Мне не хватало мощности, «Эль Камино» медленно, но уверенно отрывался.

В какой-то момент я слишком увлекся погоней и не заметил длинную поперечную кочку, подозрительно напоминающую лежачий полицейский. Налетел на нее на максимально возможной скорости, почувствовал толчок, а потом колеса на несколько мгновений оторвались от земли. От мимолетного ощущения невесомости сердце пропустило удар. Зато через секунду послышался другой удар — машина приземлилась, подвеску с грохотом и скрежетом пробило до отбойников.

И в этот момент двигатель вдруг взревел, как бешеный, и машина, кажется, ускорилась еще чуть-чуть. Хотя до этого у меня не получалось выжать из нее больше ни единой мили в час. Ехавшие рядом автомобили прыснули в разные стороны — инфернальный рев, который неожиданно начал издавать мой «Шеветт», нехило напугал окружающих. Это что, от удара какой-то спортивный режим включился? Эта машина никогда так не ревела.

А еще через секунду сзади раздался пронзительный скрежет металла. Я мельком глянул в зеркало и обомлел — из-под заднего бампера ярким снопом летели искры. Но прежде чем я успел понять, что произошло, раздался звук, отдаленно напомнивший мне звук лопнувшей струны. Я снова взглянул в зеркало и увидел, как по асфальту покатился глушитель вместе с куском выхлопной трассы.

А-а… Спортивный режим, да.

Тем не менее, это могло дать мне столь необходимый прирост скорости. Я где-то слышал, что глушитель забирает у мотора пять-десять процентов мощности.

Снова вдавив педаль в пол, я поднял взгляд и громко выматерился, перекрикивая истошный рев мотора. Из-за того, что большинство машин испугались рева моего «Шеветта» и сдвинулись в правый ряд, ближе к обочине, Рамирес просто выехал в левый ряд и открыл газ как следует. И сейчас его «Эль Камино» стремительно отрывался от меня. Мой «спортивный режим» никак не мог компенсировать чудовищную разницу в мощности наших машин.

Через несколько секунд он с заносом свернул направо, на бульвар Эль-Сегундо. Отчаянно матерясь, я поехал за ним, но когда добрался до нужного перекрестка и свернул за Хесусом, его машины уже не было на улице впереди. Он воспользовался тем, что я потерял его из виду, и свернул еще раз. Я проехал вперед, крутя головой во все стороны, но он мог выбрать любой из десятка перекрестков, да и уйти мог хоть направо, хоть налево. Нигде не было видно его красного «Эль Камино».