Читать книгу 📗 Моридун (СИ) - Кузнецов Владислав Эдвардович » Страница 3

Все встречные рассказывали о сущей ерунде: волосы, глаза, уши, одежда, кольчуга, мешок… Главное — на этой самой кольчуге, чуть пониже замотанной белым шарфом шеи, тускло поблёскивал золотом и крохотным алым самоцветом небольшой крестик.

Насторожившаяся, что собака на дичь, душа молодого воина успокоилась. Даже показалось, что сквозь обложные тучи стало пробиваться чуть больше света. Кейр улыбнулся — в спину крещёной сиде. Пока он стоял да пялился, ушастая решила, что разговор не получился и зашагала вперёд. Пришлось, чтобы не отстать, пустить лошадей медленным шагом. Молчать было неловко, но о чем говорить неизвестно с кем?

— Славная госпожа, ты из которых?

Ведь и правда, могла оказаться баньши. Это-то как раз могло быть и не страшно, Кейр слыхал о добрых соседях чуть больше, чем детские сказки — все-таки не в последней семье клана уродился. Он знал: баньши не злы. Плачут не чтобы накликать беду, а от жалости. Они ведь людям какая-никакая родня, того же адамова семени. О детях заботиться помогают, злые чары отводят, а если совсем-совсем не могут помочь — плачут. Заранее. Оттого дураки верят, что это баньши напасть и накликали.

Ответ — ошарашил.

— Я человек, — совершенно серьёзно сказало совершенно нечеловеческое существо.

Кейр посмотрел на крестик. Сообразил: либо выгнали за крещение, либо крестилась назло. Решила — бить посуду, так всю! Распустила волосы, вооружилась и громко топает в Кер-Мирддин. Сердита настолько, что пробирают ужас и умиление разом.

Ужас, прежде всего, от того, что непонятно: а чего от неё ждать-то?

— А уши и глаза у тебя от кого, человечка? — спросил Кейр.

Та сперва — задумалась. Потом — закашлялась. Потом — пожала плечами.

— Выходит, что от сидов. Из тех, которые для ирландцев племя Дану, для скоттов — Благий Двор, а для вас — народ холмов. Ростом только не вышла.

Развела руками: мол, не виновата я, что такая худая да короткая. Кейр же рассматривал её наново, и глазам своим не верил. Сиды — те, кого раньше считали богами. Не всех, а старших да сильнейших. Но они же в легендах прекрасны! А эта… а эта умильна. Она напоминала лесного зверька — того, что замирает у дороги, широко раскрыв глаза. Хочется и погладить, и за уши потрепать. И подвезти, не без того. Правда, зверёк в кольчатой броне, да пращой подпоясана.

— Ты больше похожа на тилвит тег. Только волосы не золотые.

Фэйри только пожала плечами, мол, понимай, как знаешь. Но, пожалуй, на племя Дон она и вправду более похожа — они ведь ирландцы, а чтобы среди ирландцев, люди там они или нет, не встречалось рыжих…

Ушастая невзначай поправила ворот, тронула свой золочёный крестик с небольшим красным камушком посередине. Верно, даже если бы она и была тилвит тег — крестик меняет всё. Она теперь в правах человека. Молоденькой девушки, причём, верней всего, без роду-племени. Да она же боится! Оттого и ворот дёргает. А кого боится-то? Кейра, что ли? Кейр понял — всего. Кто знает, как меняется мир для подобного существа, когда оно принимает Бога? Зато стало ясно, как себя вести правильнее всего: как с малознакомой соседкой. Доброй соседкой в прямом значении этих слов.

— Извини, глупость сказал. — Кейр показал, что все понял. — Волосы у тебя, скорее, медные. Так может, тебя подвезти?

— А что попросишь за провоз?

То ли играет, то ли и правда боится, что парень начнёт жениховские подвиги считать, или сочтёт за гулящую, у которой одна расплата за все мужские услуги. Мелькнула ещё мысль про волшебные обязательства за услугу поминаемые в сказках, но то были сказки даже не старые — древние, и герои в них были совсем языческие. Здесь и сейчас язычников не наблюдалось.

— А и попрошу, — Кейр постарался улыбнуться как можно более безобидно. — Разговор, от скуки. Ещё от права растрепать, что деву из народа холмов до Кер-Мирддина подвозил, никак не откажусь.

Кейр изо всех сил старался выглядеть добрым христианином, честным отпрыском благородного рода, подвозящим худородную соседку. Получалось хорошо, потому, что таким он и был, разве побогаче многих — и таким его видела сида. Увальнем с доброй хитринкой в глазах.

— Годится, — пытаясь подражать степенному говору, ушастая девица забросила в двуколку мешок и взгромоздилась сама. Аж оси скрипнули. Даже привстала, держась за бортики, словно воин давних времён. То ли очень хотела дорогу впереди видеть, то ли назад оглядываться не желала, то ли просто привычка у неё такая — быть готовой соскочить и вступить в рукопашную схватку с врагом или метнуть дротик с остановки. У Кейра в желудке похолодело от мысли, сколько лет должно быть той, для которой колесница — оружие. Впрочем, время в холмах течёт странно.

— Про что говорим? — поинтересовалась сида, отстучав зубами очередной тряский участок. Римская дорога всё ещё хороша, но цемент между камнями местами выщербился.

— Вот про сидов и побеседуем, — предложил Кейр. Поспешно прибавил: — ежели не возразишь.

Сида кивнула.

— Чтобы не пересказывать ведомое всем… Что у вас, наверху, о нас знают?

Толком старых легенд Кейр и не помнил. Врать — боязно, сиды ложь чуют, хоть и не всегда, но очень часто, зато обижаются, если на обмане поймают, вусмерть. Кейр вздохнул и вывалил, что знал.

— А ничего, только сказки мелют. Может, не всё врут, так не проверишь. У нас-то в роду вашего корня нет, и под холмы никто не хаживал. А вот что людей в былые времена для вас резали, это слыхал. Чтобы урожай был, да за исцеление короля, ну и всяко ещё. А ты-то чего наверх вылезла? Да ещё и с крестом.

Хорошая идея — пусть сида сама говорит. Тем более, что они-то вообще неправду говорить не могут. Только умалчивать да ходить вокруг и около.

— С крестом, потому что крещёная и верю. Почему пришла к вам? А я для вас хотя бы не совсем чужая. Соседка, да ещё добрая, а не демоница, не бесхвостый зверь и не заморская диковинка.

Кейр про себя подумал, что по этой дороге едут в две стороны: у других народов старые боги и духи мест оказались совсем сволочью, вот и стали все чертями. А тут… Поехал в город по делам и встретил крещёную сиду. Здорово! А уж какая из этого выйдет история! Оглянулся. Сида накрепко вцепилась в борта колесницы, чуть согнула ноги… Точно — привыкла к боевым: римские дороги вообще хороши, на них трясёт несильно, а она цепляется за бортики так, точно он сейчас рванёт обходить стену щитов по корням да кочкам!

Потом он пересказывал все, даже самые бородатые истории про народ холмов, но сида не обижалась, а хохотала и говорила, что там наверняка приврали не меньше половины, да так, что и она не берётся определить, сколько именно. Часто шевелила ушами, особенно на женских именах. Подруг припоминала? Лучшего слушателя для замшелых побасенок Кейр не видывал. Зашла речь и о короле Артуре. Меч в камне, дева Озера, Мерлин, в честь которого чуть было не переназвали город, построенный не им.

Сида даже согласилась, что старое название, Моридун, «морской форт», лучше, пусть даже Мерлин и родился в этих местах. Есть же в округе холм Мерлина? Вот и хватит ему. Зато смеяться перестала. Сказала:

— Вот Артур общался с фэйри… а ведь хороший был король?

Кейр хмыкнул.

— Не король, верховный военный вождь. Dux bellorum, как его называли, а правильней — dux Britanniarum. Последний, больше этот титул никому не давали. Воевал, побеждал, годами не жил дома, а что в итоге? За семьёй своей не уследил, довёл до усобицы, — он хмуро провёл рукой по пробивающейся бородке. — Всё, что создал — развалилось, но он — герой, а нас, потомков тех, кто его учил и признавал, теперь монахи в хрониках песочат. Мол, ничтожные последыши.

Сида нахмурилась, будто что-то вспомнила. Даже имя пробормотала. «Гильда Премудрый».

— А саксы — не наше дело! Вот гвентцы, те да, и теперь держат саксов. Их служба, старшей вексилляции Второго Августова. А мы, младшенькие, знаешь, чем заняты? Мы смотрим, чтобы старой крепости в Городе Легиона не ударили в спину. Знаешь, против кого Вортигерн вообще призвал саксов? Против Второго Августова, то есть — нас! Только не заплатил вовремя, варвары и взбунтовались. Тогда на нас послали Кунеду с его северянами-вотадинами. Он даже одно время победил, но потом отворились врата Города Легиона, и правильные римляне из старшей вексилляции навели здесь правильный римский порядок. Только на севере так и сидит династия Кунеды, на северо-востоке потомки Вортигерна, зубы точат. Ну и саксы никуда не подевались.