Читать книгу 📗 Империя (СИ) - Старый Денис

— Войдите! — спокойно, без единой дрожи в голосе крикнул Хендрик.

Тем не менее, его правая рука плавно скользнула под столешницу. Там, в специальном скрытом креплении, покоился заряженный двуствольный пистолет с тяжелыми свинцовыми пулями. Стволы были направлены аккурат в сторону стула для посетителей. Фон Ларге рассчитал всё так, чтобы при малейшей угрозе выстрелить не глядя, прямо сквозь дерево стола, разворотить врагу живот и мгновенно уйти тайными путями отхода, которые всегда были наготове.

Дверь со скрипом отворилась. В комнату, больше похожую на колдовскую лабораторию, озаренную тусклым светом свечей и пропахшую спиртом и травами, шагнул новый помощник фон Ларге. Это был щуплый австрийский фармацевт родом из Вены — один из тех «трофеев», что прибыли в Москву вместе с генералом Стрельчиным после того, как его войска безжалостно разграбили юг Австрии.

Первоначально Хендрик рассчитывал, что этот щуплый австриец станет для него идеальным связующим звеном со Священной Римской империей, куда предприимчивый фон Ларге тоже планировал выгодно продавать свои аналитические выкладки. Но на деле всё пошло не так.

С одной стороны, венский фармацевт казался человеком абсолютно аполитичным и даже не тяготился тем, что был вынужден покинуть родину в качестве трофея. С другой — по твердому убеждению Хендрика, игравшего роль саксонца, помощник был просто патологически слаб и нерешителен. Иметь дело с таким ничтожеством означало лишь плодить ненужные опасности. Трус непременно выдаст и себя, и шведского резидента при первом же мало-мальски серьезном допросе в тайном приказе.

— Что у тебя? — сухо спросил Хендрик, не отрывая взгляда от мензурок. — Беги! — неожиданно твердым, лишенным привычной подобострастности голосом бросил «австриец». Хендрик замер: — Что? — Беги! Аптеку уже окружают. — Но как? Ты же… — Тебе многое казалось. Я уже давно понял, кто ты на самом деле.

Хендрик фон Ларге, мнивший себя гением осмотрительности, умнейшим человеком, которому под силу на равных состязаться в дьявольской хитрости с самим генералом Стрельчиным и его цепными псами, на мгновение впал в жесточайший когнитивный диссонанс.

— Дзынь!

Дорогая стеклянная склянка с опиумной настойкой выскользнула из ослабевших пальцев шведского шпиона и разлетелась вдребезги об пол, наполняя комнату резким, дурманящим запахом. Этот звук мгновенно привел его в чувство. Тело сработало на рефлексах: рука метнулась под столешницу, сжав теплую рукоять двуствольного пистолета… Вот только дула были направлены совсем не туда, где сейчас стоял его помощник.

— Я разрядил этот пистолет, — холодно констатировал лже-австриец. — А те шифрованные бумаги, что ты прячешь за двойной стенкой в дальнем сундуке, я еще утром забрал себе. Не делай резких движений. Просто беги!

— Но кто ты такой⁈ — прохрипел пришедший в себя фон Ларге, всем телом подбираясь для отчаянного, смертельного броска.

— Я не австриец. И сколько бы ты ни удивлялся тому, почему я не проливаю слез над разоренной русскими Австрией… Я был там. Я знаю, что русские принесли им только благо, но австрийцы, как всегда, оказались неблагодарными скотами. Я — венгр. И слава Аллаху, да пребудет Он вечно на небесах, мне глубоко плевать на Вену. Беги! Уходи тайным ходом. А я найду тебя позже и, возможно, в дальнейшем призову на службу.

Хендрик неверяще уставился на своего помощника. На человека, который еще вчера казался ему забитым, трусливым фармацевтом. И тут шведа прошиб холодный пот озарения. Он вдруг отчетливо понял: это не он выбрал себе послушного австрийца-подмастерье. Это венгр, принявший ислам, хладнокровно выбрал Хендрика.

Помощник присосался к шведской резидентуре, как ненасытная пиявка. Месяцами он незаметно ковырялся в бумагах своего «учителя» как в собственных, перехватывая все потоки информации. И всё самое ценное, аккуратно, через проверенных восточных торговцев, переправлял в Османскую империю.

Магомед Сулеймани — именно под таким именем этого человека знали кураторы в Стамбуле — плавно поднял руку, направляя дуло изящного кремневого пистолета прямо в грудь фон Ларге. Времени на уговоры не оставалось. Если этот заносчивый швед не хочет бежать сейчас, значит, его нужно прикончить на месте. Теперь Хендрик знал слишком много. Риск того, что он расколется в подвалах Стрельчина, кратно перевешивал всю возможную пользу от его агентурной сети в будущем.

— Всё! Я ухожу! — сдаваясь, поднял пустые руки Хендрик, пятясь к потайной двери за шкафом.

И в эту секунду с оглушительным звоном разлетелось стекло.

В распахнувшееся окно залетел странный, наглухо запаянный керамический кругляш. Еще не коснувшись дубового пола, он разорвался с невообразимым, чудовищным грохотом. Предельно тонкие стенки первой экспериментальной шумовой гранаты брызнули во все стороны мелкой крошкой. Они могли лишь слегка оцарапать открытую кожу, но поражающим фактором было не это. В замкнутом пространстве лаборатории громовой удар по ушам и ослепительная вспышка мгновенно дезориентировали всех.

Сулеймани сдавленно вскрикнул, выронив пистолет, и схватился за кровоточащие уши. Хендрик фон Ларге кулем рухнул со стула, поймав тяжелейшую контузию: перед глазами всё плыло, а в голове непрерывно выл колокол.

Глава 18

Немецкая Слобода.

22 апреля 1685 года.

Ванька Пуля слушал… Внимательно, напряженно. Операция входила в неотвратимую фазу, но нужно точно знать, кто шпион. А тут еще и такие страсти… Ждали одного, а выходит, что и два… Пуля даже немного растерялся.

Такое прозвище этот гвардеец получил не зря. Во-первых, он всегда был дьявольски шустрым и бегал быстрее любого в полку. А во-вторых, стрелял он так метко и легко, словно состоял в прямом кровном родстве с каждой свинцовой пулей, которую загонял в ствол и отправлял точно в мишень или в лоб врагу.

Так вот, этот молодой, невероятно перспективный парень из спецкоманды генерала Стрельчина подошел к выполнению задачи по захвату вражеской аптеки весьма креативно. Он не стал выбивать дубовые двери ногами, подставляясь под пули забаррикадировавшихся шпионов. Он просто закинул в окно «сюрприз»…

Ванька резонно рассудил, что вовсе не обязательно заявляться к фон Ларге с парадного входа и долгими, утомительными беседами вытягивать из него признание в шпионской деятельности. Будь это единственно верным выходом — он бы так и поступил. И ума, знаний на подобное должно было хватить.

Парень показывал отличные результаты в учебе: у него выработалась огромная, порой непреодолимая тяга к знаниям. Он запоем читал всё, что попадалось под руку, поглощая книги, которые сейчас массово печатались в разрастающихся русских типографиях. Уроки мудрого Игната и лекции самого кумира Ваньки, генерала Стрельчина, явно пошли впрок. Ванька усвоил главное: врага нужно выбивать из колеи.

Поэтому, когда Пуля со своей собственной оперативной группой из сорока двух бойцов начал окружать здание аптеки, перекрывая все подходы и дороги к жилищу известного лекаря, он приказал делать это предельно громко. Нарочито шумно. Бряцать оружием, топать коваными сапогами, перекрикиваться. Так, чтобы услышали все вокруг.

Замысел был прост: аптекарь обязан задергаться. А если «мирный» лекарь попытается сбежать с оружием в руках, то ни у кого уже не останется сомнений в том, что он враг.

Сам же Ванька, обладатель невероятно цепких пальцев, сдававший лучше всех в полку нормативы по лазанию по канату и веревочным лестницам, словно дикая кошка, бесшумно вскарабкался по кирпичной кладке на второй этаж. Он намертво вцепился в карниз у приоткрытого окна.

Вот так он и висел на одних руках, между прочим, добрых пятнадцать минут. И в тот самый момент, когда он уже готов был подтянуться и самолично ворваться в аптекарский кабинет, до его слуха донесся весь этот поразительный разговор.

Натруженные еще в юности, в кузне у дядьки, руки были мощными, а ежедневные гвардейские упражнения укрепили их до состояния стальных тросов. Ванька висел, слушал и мстительно улыбался. Вместо одного шпиона в сети попалось сразу двое!