Читать книгу 📗 ""Фантастика 2023-123". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Глебов Виктор"
Мы как раз подлетали к перекрестку двух дорог, одна из которых вела к реке, как с земли поднялся и отчаянно замахал руками ободранный весь измазанный в пыли человек с обшарканной балалайкой за спиной.
— Антонио? Бандерас, ты ли это? Мы думали ты погиб во время недавней войны. Как ты? Что-то выглядишь не очень. Неужели карьера певца здесь так и не сложилась?
— И, вам, доброго утра, господин Пахан. По правде сказать, дела мои не очень. Шах погиб, а простым людям сейчас не до развлечений.
— Так куда ты сейчас направляешься?
— Я мечтал попасть в столицу, там раздолье для творческих людей, но денег на телепорт у меня нет, а пешком мне не пройти, там за рекой, — Бандерас махнул рукой на юг, — начинаются темные земли. И тянутся они на десять, пятнадцать дней пути, и не умереть за это время там просто нереально.
— Хм, полетели пока с нами, до столицы мы тебя не довезем, но, по крайней мере, голодать тебе не придется. А может, если у нас все получится, еще и с эльфами познакомишься, насколько я знаю, они к хорошей музыке не безразличны. Только одно условие, пока до них не доберемся, к балалайке своей даже не прикасайся.
— Эльфы? — Не верящее переспросил Антонио, — эльфы это же золотая мечта моего детства, хотя даже в мечтах я не мог представить, как я буду выступать в императорском дворце эльфов.
У тощего барда в этот момент было такое лицо, что я не решился сразу ему сказать, что ему такое и не светит.
— Ты, давай, сильно на это не рассчитывай, но если мы защитный полог с Восточного Леса умудримся снять, то пару эльфов в слушатели я тебе найду. Потом по барам походишь, по гостиницам, а там, глядишь, и до дворца доберешься.
Но горе-бард меня уже не слышал, его тело начало карабкался на Драккар, а душа уже была там: среди залов великолепного замка правителей эльфов.
Быстро представив его старым эльфам, я передал им управление Драккаром и завалился досыпать недоспанное этой ночью.
Глава 13
Лозы дикого винограда, цепляясь за неровности камней, оплели всю сторожевую башню, делая ее похожей на лишенный веток замшелый ствол дерева. Склонившееся к самым кронам деревьев солнце просвечивало сквозь налитые соком ягоды, вырываясь наружу рубиновыми искорками. На самом верху башни, привалившийся к стене капитан эльфийской стражи лениво сорвал пару ягод, любуясь на ставшие, в лучах заходящего солнца, багряными верхушки деревьев. Посыпанные белым песком дорожки, вьющиеся среди могучих мелорнов, окунулись в вечерние тени. Воздух, наполненный ароматами ночных фиалок, обволакивал, унося сознание капитана к родному дому, к красавице жене, нянчившейся сейчас с их маленькой дочуркой. Хорошо, что сейчас он не далеко от дома, но какой же это позор! Он, один из лучших воинов своего народа, вынужден куковать на дозорной башне, защищающей, уже лет двадцать как, никем не атакуемую границу, в то время, как его народ ведет ожесточенную войну, добивая остатки объединенных войск темных. И все из-за этого недотепы Утыдатолитенорока: послали ведь боги ему в отряд этого неуклюжего придурка. И ведь надо же было догадаться на последнем смотре войск, нацепить свои дурацкие крылья и сигануть в них со скалы, в надежде доказать, что предлагаемое им создание отрядов крылатых эльфов возможно. Итог этого идиотизма предсказуем. И ладно бы он просто разбился, так ведь нет. Со всего лета врезался в Повелителя Духов Стихий, одного из трех военачальников армии эльфов, чуть не убив и отправив того на долгое лечение, а себя и своего капитана, вместе со всем десятком, на эту заброшенную заставу.
— Капитан, я вам чай принес, — донесся сзади голос того самого придурка. Капитан закатил глаза, — вспомнишь идиота… и он тут как тут. Он повернулся на встречу вошедшему, протягивая руку за принесенным чаем, но тот на последней ступени запнулся и уронил заварник с крутым кипятком, прямо на ноги командиру. Капитан взвыл на секунду, а затем замолчал и задергался всем телом, будто получив удар молнии от речного угря. Затем ноги его подкосились, и он упал лицом на пол. Утыдатолитенорок поднял взгляд от пола и уставился на своего командира. Из спины бравого воина торчало с пяток толстых арбалетных болтов. Еще несколько пролетев над ним, ударились в стену и упали на пол. Грубо ошкуренные, с кое-как примотанными обрезками перьев и грубыми зазубренными жалами, явно работы лесных гоблинов.
На несколько долгих секунд молодой воин застыл в оцепенении, но их хватило на то, что бы снизу башни донесся шум начавшегося боя. Оцепенение спало, и молодой воин ужом скользнул к арке, ведущей под навес крыши. Один быстрый взгляд наружу заставил его еще раз оцепенеть. Насколько хватало глаз, меж деревьев тек бесконечный поток разнообразных существ, некоторых из них молодому воину не доводилось даже видеть на своем коротком веку. И они двигались не только по земле. В сгущающихся сумерках были видны тени, перелетающие с одного дерева на другое, а у подножия башни уже волновалось целое море врагов. У десятка защищающихся не было и тени шанса на то, что бы их остановить. Пятерка воинов, готовивших ужин во дворе, погибла, не успев даже осознать того, что происходит. Еще четверо успели захлопнуть дверь, ведущую в башню, и сейчас баррикадировали ее всем, что попадалось под руку. Утыдатолитенорок посмотрел вниз и увидел бледное лицо одного из своих товарищей.
— Весть! — Завопил тот, — надо передать весть…
Его голос заглушил грохот ударившего в дверь тарана. Приваленная к двери мебель, с грохотом рухнула на пол.
Выхватив из крепления горящий факел, эльф бросился к лестнице, ведущей на крышу, и швырнул факел в сложенную шалашом кучу хвороста, и тут же бросился назад, на помощь боевым товарищам. Вот только помогать было уже не кому. Двенадцатью этажами ниже не было видно никого кроме ворвавшейся туда нечисти. Его заметили и толпа врагов, рыча, и отталкивая друг друга, по винтовой лестнице бросились наверх. Эльфу оставалось не больше минуты жизни, но он, замерев лишь на миг, бросился в свою каморку, как у штрафника, расположенную на самом верху башни. Пять секунд на то, что бы ввалиться внутрь, еще три, что бы сбросить на пол, лежащий на кровати тюфяк. Тонкие пальцы пробежали по лежащим на кровати крыльям, что он вновь мастерил бессонными ночами из перьев серебристого пегаса. Раздался громкий удар и башня, содрогнувшись, швырнула его на пол. Еще несколько мгновений потеряны зря, а вой рвущихся к нему тварей становится все сильнее и яростнее. Еще удар, и снова башня пошатнулась. Хватаясь за ходящие ходуном стены свободной рукой, эльф протолкнул себя в дверь. Гоблины тремя этажами ниже взвыли, еще больше ускоряясь. На ходу вдевая руки в ремни на крыльях, Утыдатолитенорок выскочил в арку и, не останавливаясь, перескочил через перила, сиганув вниз. За ним, отставая лишь на доли секунды, бросились визжащие гоблины. На краткий миг все будто застыло. Фигура летящего тонкого как тростинка эльфа. Пяток впавших в боевое неистовство гоблинов, тянущих к нему скрюченные от непереносимой ненависти руки. Ухнувшая и начавшая заваливаться сторожевая башня. Заполонившее все свободное пространство вражеское воинство окружило башню, основание которой долбили вооруженные гигантскими стальными булавами тролли… А затем все вновь ожило.
Руки эльфа разошлись в стороны, ветер могучим кулаком ударил в крылья, чуть не разрывая его грудные мышцы, но стремительное падение превратилось в полет. Гоблины, еще раз взвыв, в этот раз разочаровано, рухнули вниз, как и вся башня. Рассыпаясь на части, она погребла под собой сотню беснующихся тварей, но остальным было все равно. Они пришли мстить за десятилетие бессилия и унижений. Все эти жертвы лишь еще больше распалили их жажду мести. Башня рухнула, так и не разгоревшийся сигнальный огонь бессильно взметнул вверх сноп искр и погас. Лес, погрузившийся в вязкую темноту, колыхнулся, взорвался диким воем и устремился за мелькавшей между деревьями белокрылой фигуркой.
