Читать книгу 📗 Наркоз для совести. Часть II (СИ) - Фабер Ник

— Но, похоже, что у кого-то сверху не хватает яиц на то, чтобы нормальные приказы отдать, — фыркнул Карл и кивнул в сторону разгневанной, но всё ещё не рискующий подходить к стене толпы. — Посмотрите на них. Чёртовы уроды! Мы прилетели в эту помойку для того, чтобы помочь им, а в нас тут камнями кидают… неблагодарные говнюки.

Услышав его, Эмма лишь поморщилась.

Она хорошо помнила свои «поездки» по Уратрехту. И то, как они во время них проезжали мимо разрушенных домов, которые местные продолжали раскапывать, порой делая это чуть ли не голыми руками, лишь бы достать оказавшихся под завалами своих близких.

Или их мёртвые тела.

Будь она поглупее, то обязательно спросила Хиггинса, зачем военнослужащие федерации обстреливают гражданские дома во время боевых действий. На свою беду, опыт и понимание у неё имелся. В таких вещах никогда нельзя сделать всё так, чтобы никто и нигде-то не ошибися. Рано или поздно, просто из-за случайности, но снаряд или ракета прилетает не туда куда надо. И тогда страдают те, кто пострадать не должен был.

Сопутствующие потери, как, вероятнее всего, сказал бы стоящий рядом с ней Карл.

Угу… сопутствующие. Эмма до сих пор помнила выражение горя и бесконечной боли на лице той женщины, которая едва не забила её камнем во время их первого выезда в город. Вопрос в том, как она сама поступила бы на её месте?

Ответ Эмма знала. И он ей не нравился…

— Кирн! Эй, Эмма! Ты слышишься меня? Отвечай, когда я тебя вызываю, чёртова женщина!

Вздрогнув, она вдруг поняла, что уже несколько секунд слышит зовущий её голос по системе связи шлема.

— Д… да. Да, сержант, я тут. Простите, задумалась.

— Задумалась она… Шла бы ты отсюда, — сказал Хиггинс. — И оператора своего прихватила бы, от греха подальше. А то не нравится мне, куда всё идёт.

Даже сквозь динамики своего шлема и доносящиеся со стороны толпы вопли, Кирн поняла, что что-то не так.

— Что случилось?

— Похоже, что кому-то из наших старших пришла в голову охренительно гениальная идея, — проворчал сержант. — Они хотят попробовать поговорить с этими идиотами и попытаться их образумить. Только чёт у меня паршивые мысли на этот счёт. Вот я и…

— Я бы лучше осталась, — тут же заявила Эмма. — Тем более, что нам с Майком работать нужно. Материал сам себя не снимет и…

— Эмма…

— Хиггинс, я не собираюсь вылезать за пределы стены, если ты об этом, — быстро и как можно более убедительно добавила она. — И если что-то произойдёт, то мы с Майком тут же уйдём со стены. Я обещаю.

Несколько долгих секунд в канале была тишина. На какой-то момент Эмма даже решила, что Хиггинс продолжит упорствовать и тогда ей придёстя использовать свои бумажки, как козырь, чтобы остаться тут и выполнять свою работу.

А она этого делать не хотела. Сержант нравился Эмме. Как человек и профессионал. С ним было приятно работать. Так что портить отношения таким образом она не хотела. А в том, что если она так сделает, их сотрудничеству и каким-никаким дружеским отношениям придёт конец, она даже не сомневалась. Это было ясно, как день.

— Ладно, — наконец решил он. — Но, как только скажу — проваливайте отсюда. Ты всё поняла?

— Так точно, сержант!

— Эх, всегда бы такую покладистость, — услышала она тяжкий вздох.

— Слушай, Эмми, может он всё-таки прав, а? — негромко предложил Майк и Кирн сначала не поняла, почему его голос звучит так тихо.

Только через пару секунд до неё дошло, что он отключил систему связи в своём шлеме и говорил с ней напрямую.

— Нет, — ответила она, коснувшись переключателя на боку шлема и выключив передатчик. — Не прав. Я хочу увидеть, что тут будет происходить. И мне нужно, чтобы ты снимал, Майк. Это наша работа, если ты не забыл.

— Нужно ей, — ворчливо буркнул Майк, достав планшет. — И, нет. Не забыл. А ты подумала, что будет если меня пристрелят? Что будешь делать?

— Горевать конечно! — тут же вскинулась она. — Знаешь, как мне в падлу потом будет ещё и за тебя работу делать!

— Потрясающе. Ну, просто мечта, а не начальник, — вздохнул он. — Ладно. Но я жду премию…

— Будет тебе премия…

— Двойную! — поспешно добавил он, ощутив покладистость начальницы.

— Да хоть тройную, Майки, — отмахнулась она, заметив движение внутри базы. — Кажется что-то начинается.

Протиснувшись мимо него к ограждению стены, она подошла к краю, который выходил на внутреннюю часть базы. Среди быстро возводимых модулей в их сторону шли три мобильных доспеха, в которых Эмма узнала стандартные М6 «Пантеры» со знаками Федерации на плечевых бронепластинах. За ними двигался небольшой бронетранспортёр на антиграве.

— Им, что? Пешком было не дойти сюда? — фыркнул Майк, направив пару своих дронов, чтобы те снимали приближающуюся процессию.

Эмма на это даже отвечать не стала. Вместо этого ещё раз проверила свою нагрудную камеру, которая писала видео и звук без остановки. На всякий случай.

Гадать, кто именно сюда сейчас двигался смысла не имело. Она и так знала, кому скорее всего пришла в голову блестящая мысль о том, чтобы пообщаться с протестующими. И эта её теория довольно быстро нашла подтверждение, когда мобильные доспехи приблизились к воротам базы и разошлись в стороны, освободив место для двигающегося позади них бронестраснопртёра. Опустилась задняя аппарель и наружу выбрался полковник Ластерхази, с которым она была весьма неплохо знакома. Именно он на протяжении нескольких дней мариновал Эмму, не давая ей разрешения выйти за пределы базы, мотивируя это тем, что переживал за сохранность её безопасности.

На самом же деле просто не хотел потом отвечать на тот случай, если ей головушку её любопытную прострелят, но это так — уже частности. К счастью Кирн и сама была достаточно изворотлива, чтобы наконец добиться разрешения делать то, что ей хотелось. Больше с того раза она с полковником не встречалась и сочла это за благо.

А вот насколько она знала, Дэнниэль, её коллега, как раз проводил большую часть времени в компании офицеров. Похоже, что тех прельщала перспектива того, что об их подвигах будут слогать журналистские легенды. Эмма же всегда предпочитала более приземлённый, пусть и более грязный подход для своей работы. Более честный и, как правило, куда более правдивый.

Ожидания её не обманули. Спустя минуту Ластерхази выбрался из транспорта и что-то сказал своему адьютанту. Как отметила Эмма, он был одет в полный комплект защиты. Не штурмовую броню, конечно, но обычную надел целиком. Бронежилет, шлем. Комплекты защиты для рук и ног. На боку висела кобура с табельным пистолетом.

— Он в этом собирается идти туда? К этим бешеным идиотам? — неверующим голосом спросил Майк, отслаивая движения полковника на планшете через камеры своих дронов. — Эй, скажите ему кто-нибудь, что они в нас камни кидают и, скорее всего, уже вилы точат, да факелы поджигают.

Эмма не ответила, но думала сейчас о том же самом. Да, пусть она знала Ластерхази, как проклятую занозу в своей заднице, постоянно стремящуюся вставить ей палки в колёса, мотивируя это заботой, не признать очевидного она не могла. Полковник был храбр.

Или самоуверен и туп.

Или всё сразу. Как показывает практика, очень часто храбрость и глупость являются двумя крайностями одной и той же сущности.

Впрочем, сделать то, что собирался сделать он, когда за твоей спиной находятся две полные роты вооруженных до зубов десантников, мобильное доспехи, автоматические турели и ещё бог знает, что… кто-то скажет, что много храбрости тут не нужно, но Эмма всё равно бы с этим не согласилась. Какая разница, что есть те, кто потом отомстят за твою жизнь. Тебе то всё равно уже будет.

— Открыть ворота! Всем отойти! — прозвучал над головой громкий голос из систем оповещения.

Вспыхнули предупреждающие маячки и тяжёлые ворота базы начали раздвигаться, открываясь в стороны.

— Господи, какой идиотизм. Так! Внимание! Всем приготовится! — услышала Эмма голос сержанта из динамикой шлема. — Если что-то пойдёт не так, то я хочу, чтобы все были готовы…