Читать книгу 📗 Наркоз для совести. Часть II (СИ) - Фабер Ник

Один из десантников приложил ладонь к сенсорной панели. Замок щёлкнул и дверная панель открылась, сдвинувшись в сторону.

Андерсон шагнул внутрь и жестом приказал Арнольду остаться снаружи.

Предназначенная для капитана корабля каюта была просторной и не смотря на весьма скудную, с минималистичной строгостью обстановку, выглядела довольно комфортной. Андерсон отметил это мимоходом и прошёл в гостиную, совмещённую с рабочим кабинетом. У дальней стены застыли трое десантников с теми же нашивками спецназа флотской разведки, что находились у их коллег снаружи. И точно так же, как и они, эти держали оружие на изготовку. Единственным, кто не обратил абсолютно никакого внимания на вошедшего в каюту Андерсена оказался сидящий за столом мужчина.

Капитан Зарин сгорбившись сидел в своём кресле. Его руки лежали на столе, скрещенные. Голова опущена. Он даже не поднял глаз, когда дверь в каюту открылась. Адмирал несколько секунд смотрел на него, после чего перевёл своё взгляд на солдат.

— Оставьте нас, — приказал Андерсон.

Начальник караула шагнул вперёд, явно собираясь возразить.

— Адмирал, мы должны находиться здесь ради вашей безопасности и…

— О своей безопасности я смогу позаботиться и сам, — холодно проговорил Андерсон, не повышая голоса. — А теперь оставьте нас. Я желаю поговорить с капитаном Зариным наедине. Лично.

Десантники переглянулись между собой. Тот, кто попытался возразить, явно испытывал, но встретил взгляд Андерсона — пустой, лишённый какого-либо выражения — и передумал. Они вышли. Дверь закрылась с тихим шипением, оставив двух мужчин наедине друг с другом.

В каюте стало тихо. Слышалось только едва слышное и привычное гудение системы вентиляции.

Андерсон несколько мгновений стоял посреди каюты и смотрел на Зарина. Тот мало чем походил на офицера, которого Андерсон видел полтора месяца назад. От прежней внутренней энергии, сдержанной и собранной, которую он видел тогда, не осталось и следа. У адмирала складывалось ощущение, что перед ним сидел выжатый досуха человек. Тот, кто стоял практически на грани.

— Капитан, — сказал Андерсон.

Зарин не ответил. Он даже не пошевелился.

Андерсон подождал несколько секунд. Тишина. Капитан выглядел так, будто вообще не заметил его присутствия. Глаза открыты, но взгляд отсутствующий, устремлённый куда-то сквозь матовую и пустую поверхность стола. Адмирал подошёл к рабочему столу, сел в кресло напротив Зарина и хозяйским жестом положил локти на подлокотники, соединил пальцы. Мысленно отметил, что это молчание мало похоже на образцовый доклад. Но и ситуация была, мягко говоря, несколько нестандартной.

— Капитан, — заговорил Андерсон вновь, но в этот раз его голос прозвучал чуть громче. — Что случилось на «Агеноре»?

И вновь, Молчание.

— Что произошло с майором Карличенко?

Молчание.

В этот момент Андерсон испытал чувство отдалённо похожее на раздражение. Он наклонился вперёд и заглянул Зарину в глаза. Те были мутными, словно капитан не спал несколько суток или находился под действием чего-то сильнодействующего. Но зрачки — нормальные. Значит не стимуляторы.

— Что случилось с вашим экипажем, капитан?

В этот раз Андерсон заметил реакцию. Слово «экипаж» заставило Зарина вздрогнуть. Едва заметно — только веки дрогнули да пальцы сжались — но этого хватило. Что-то внутри него отозвалось. Ярость. Глубокая, невысказанная.

Андерсон сменил тактику.

— Где ваш старший помощник, капитан?

Зарин поднял голову. Впервые с того момента, как адмирал вошёл в каюту, он посмотрел ему в глаза.

— Вы знали? — спросил Зарин тихо. Голос его был сухим, хриплым, будто он долго не говорил.

— Знал что? — уточнил Андерсон.

Он понял. Это был не вопрос. Это был приговор.

— Вы знали, — повторил Зарин. — Вы всё знали с самого начала…

От автора: я знаю что глава маленькая. Я всё ещё пишу, но решил вырезать часть текста, которая является переходной к событиям, чтобы оформить в отдельную небольшую главу и дать вам. Остальное ещё пока в работе, но хоть так. Прода будет завтра.

Глава 13

«Отвратительные мысли»

Тремя неделями ранее

Космическая колония «Агенор»

Контрольный пункт реакторного отсека

— Мы все умрём…

Безумный старик в потёртом лабораторном халате сидел у стены контрольного пункта, раскачиваясь то взад, то вперёд, обхватив свои колени руками. Его широко раскрытые, покрасневшие глаза впились взглядом в пол прямо перед собой, пока он негромко бормотал себе под нос.

— Мы все умрём. Все… все, все, все здесь умрём.

Один из солдат, что стоял рядом с ним, пнул учёного в ногу.

— Заткнись!

— ЧТО ЭТО ТАКОЕ, МАТЬ ВАШУ⁈ — заорал командир группы, пялясь сквозь открытые смотровые панели на реакторный отсек.

Лежащий на груди Тайвин всеми силами пытался извернуться, чтобы увидеть происходящее. Скованные за спиной руки не позволяли ему нормально повернуться.

— Ран! — выкрикнул лежащий рядом с ним Дилан. Капитан «Артемиды» испытывал точно такие же проблемы. — Что там…

— Да откуда мне знать! — огрызнулся в ответ Ран.

Происходящее явно выбивалось за все рамки нормальности. Оно выбивалось из них с того самого момента, как человек, скрывающийся за псевдонимом Тайвина Рана, согласился на эту миссию. Эти мысли обожгли его огнём и вновь напомнили о том, куда и к кому он должен вернуться. О том, что он обязан это сделать. Любой ценой.

Пока окружающие их десантники отвлеклись на происходящее, Ран поджал под себя колени и смог кое-как подняться над полом. С такого ракурса ему оказалась видна часть огромного реакторного отсека, который хорошо просматривался сквозь неприкрытые более защитными створками смотровые панели. Тайвин поднял голову и посмотрел сквозь них.

И то, что открылось его глазам, не обещало ни ему, ни его товарищам абсолютно ничего хорошего.

Реакторный отсек старой колонии, превращённой в автономный исследовательский центр, имел поистине впечатляющие размеры. Если бы Тайвин подошёл ближе, то смог бы увидеть, что огромный отсек простирался на сотню метров. Главное термоядерное ядро — энергетическое сердце «Агенора» — находилось в центре: идеальная сфера из тусклого металла, опоясанная кольцами магнитных ловушек и охлаждающих контуров. В обычных условиях это зрелище могло бы впечатлить.

Но только не сейчас. Только не тогда, когда привычный глазу космического офицера образ оказался искажён. Центральная сфера реактора больше не блестела полированным металлом. Ту её часть, которая была видна Тайвину, покрывала какая-то серая, влажная на вид плёнка. Создавалось впечатление, будто огромное ядро кто-то облил чем-то вязким и, как бы абсурдно это ни прозвучало, живым. Толстые линии кабелей вторичного питания, что должны были подходить к ядру в строгом соответствии с планировкой, сейчас по большей части оказались вырваны из своих направляющих. Некоторые и вовсе просто свисали с потолка отсека, так же покрытые мерзкой на вид серой субстанцией.

Но хуже всего было то, что Тайвин увидел на одной из стен реакторной, что попала прямо в поле его зрения. Там, где раньше были ровные панели термоизоляционного материала, теперь зияли рваные дыры. Обрывки металла торчали в стороны, а вместе с ними — какие-то волокнистые ленты, словно бы похожие на оголённые сухожилия. Кое-где эти ленты спускались вниз, до самого пола, где они сливались с чем-то, напоминающим разлитую смолу. Огромное, неровное пятно расползалось от основания реактора во все стороны, застыв в самых нелепых складках.

И чем больше Ран приглядывался к этой жуткой, до омерзения гротескной картине, тем сильнее в месиве угадывались очертания — изогнутые спины, сплетённые конечности, застывшие в неестественных углах головы.

Это были не просто бесформенные наросты. Тела. Не только человеческие, но и животных, что едва не сбило Тайвина с толку. Они выглядели так, словно были вплавлены в эту субстанцию, став с ней единым целым.