Читать книгу 📗 Хроники Тириса. Книга 4 (СИ) - Маханенко Василий Михайлович » Страница 46

Приняв решение, я начал закидывать камни в находящийся за спиной рюкзак предтеч. Мне достаточно было подносить камень к контейнеру, после чего он действовал сам, считывая мои намеренья. Камень забирался самим контейнером и куда-то в нём прятался. То есть из процесса укладки меня полностью исключили, чему я был искренне рад. В вырытом туннеле заниматься ещё и этим было бы неудобно.

Так и пошло — я выковыривал камни и отправлял их сразу в своё хранилище, уверенно двигаясь вниз, к пустой полости. Камни исчезали один за другим, пропадая, словно в чёрной дыре. Я даже начал подозревать, что универсальное хранилище будет глотать камни с тем же безразличием, с каким он недавно проглотил весь мион, однако неожиданно начал появляться вес. На мою спину начало что-то давить.

«Стоять», — тут же заявил Эхо. — «Достигнут предел массы. Предположительно около тонны. Видимо — это текущий предел твоего контейнера».

«Текущий?», — спросил я, услышав правильное слово.

«С большой долей вероятности твоё хранилище можно улучшить», — пояснил Эхо. — «Я занимался только бронёй, не обращая внимания на универсальный контейнер и меч. Но что, если универсальные кубы способны превратиться во что-то, что сделает твои официально зарегистрированные предметы сильнее? Например, меч начнёт резать биоткань ксорхианцев? Или контейнер предоставит возможность хранить в себе не тонну, как сейчас, а сразу две? Всё это нужно тестировать».

«Что по объёму?», — спросил я, стараясь погасить возбуждение. Получить усиленное оружие — идея настолько заманчивая, что я прямо сейчас был готов сбежать обратно на «Груваку» и использовать один из кубов предтеч.

«Предела я не вижу», — ответил Эхо. — «Тонна камней поместилась в твоём небольшом контейнере, словно так и надо. Всё же предтечи отлично умели покорять пространство, здесь ничего не скажешь. Даже обидно, что мы раньше не могли пользоваться всеми возможностями твоего хранилища. Спрятали бы в нём много чего полезного, не отдавая другим»

«Данные всё равно видны на тактическом планшете», — не согласился я, выводя на планшет содержимое своего контейнера. Камни, камни и ещё раз камни. И немного миона. Но он среди камней был даже незаметен.

«Да, но…», — задумался Эхо. — «Уверен — если улучшить контейнер, то он перестанет показывать всё. Только то, что тебе нужно. Но нужно проверять».

«Вот этим и займёмся, когда вернёмся», — заявил я. — «А сейчас я пополз обратно. Нужно скинуть камень».

Мне пришлось ещё трижды возвращаться, чтобы скинуть камни — сокровищница бывшего дворца находилась непозволительно глубоко. Постепенно камень начал уплотняться, двигаться стало тяжело, пока я не упёрся в идеальную кладку. Сразу за ней шёл толстый слой сплошного фазового сплава, способный противостоять любому ксорху, и уже за ним находилась та самая пустота, которую заметил Эхо.

Прохода не было от слова «совсем». Сколько Эхо не сканировал, найти двери, через которые я мог проникнуть в «святая святых» древней столицы, он так и не смог. Сразу возникла мысль о том, что древние попадали в сокровищницу не через обычные двери, а через врата, но Эхо ничего подобного внутри не замечал. Это было просто герметично запертое место.

«Опасно, но ничего не поделать», — согласился с моими мыслями Эхо. — «Только режь как можно быстрее. Вдруг ксорхи не сразу поймут, что происходит».

Речь шла о том, чтобы использовать меч предтеч и прорезать себе дыру в сокровищницу. Позади меня было тридцать метров сплошного камня, так что вероятность того, что заметят, была низкой. Но не нулевой. На Гиперионе-7 меня заметили с большоого расстояния. Вдруг здесь точно также?

Ой, грувак бояться — детей не делать!

Рукоятка меча выскользнула из брони и, как только появилось красное лезвие, я тут же утопил его в камни и металл. Если камни резались, как вода, то с фазовым сплавом пришлось повозиться. Древние имперцы не пожалели металла, сделав толщину перегородок с палец. Но и это не помогло им сберечь свою ценность от одного крайне настырного меня.

Вырезанный кусок провалился внутрь, а следом за ним нырнул и я, протискиваясь в узкое пространство. Меч тут же ушёл обратно в броню, я же, развернувшись, начал заливать гермопастой проход, изолируя помещение не только от густого ядовитого тумана, но и от ксорхов.

«Вроде обошлось», — заявил Эхо. — «Движения в нашу сторону я не вижу. Парочка брутов какое-то время волновалась, но продолжила бежать к пиратам».

Облегчённо вздохнув, я осмотрелся. Света мне не требовалось — броня предтеч прекрасно показывала мне содержимое одного из самых ценных тайников древней империи. Дверей, как мы с Эхо и предполагали, не было. Вместо них в самом центре помещения находилась потухшая арка врат предтеч. Она никуда не вела, словно вторая половинка была уничтожена.

«Это же невозможно», — удивился я. — «Врата предтеч неразрушимы! Это все знают!»

«Видимо, сегодня нам придётся многое узнать такого, чего не должно существовать», — заявил Эхо и подсветил несколько мест рядом с неработающими вратами. — «Это останки людей. Судя по тому, как они расположены — они до последнего отстреливались через врата. Посмотри, какие интересные срезы. Часть тела находится с нашей стороны, часть исчезла. Словно врата перестали работать неожиданно даже для них, и они не успели перейти на какую-либо сторону. Их просто разрезало. Очень интересное наблюдение. Полагаю, учёные империи многое бы отдали за одни фото этого места».

«Так в чём дело?», — спросил я. — «Зачем терять деньги, если мы можем заработать? Делай фото и проводи все необходимые исследования. Я бы ещё и сами врата забрал, но не уверен, что они поместятся в моём контейнере».

«Проверим?», — предложил Эхо. — «Объём не важен, а я не думаю, что врата весят больше тонны».

Эхо ошибся. Стоило мне подойти к валяющимся вратам и коснуться их, как универсальный контейнер пришёл в действие. Он обволок врата и меня прижало к земле. Хорошо, что я упал на спину, на контейнер. Если бы я свалился на живот, то меня просто бы расплющило. Весили врата непозволительно много для своего объёма. Они словно были изготовлены из ядра какой-нибудь нейтронной звезды!

«Я понял», — произнёс Эхо, как только мы избавились от врат. — «Став неактивными, они утратили всё своё волшебство покорения пространства. Ты же знаешь, что врата можно расширять до трёхсот метров? Видимо, каким-то образом вся масса арки, требующаяся для этого, хранится внутри самих врат. Когда они активны, то есть работают на обе стороны, масса исчезает в никуда, как в твоём хранилище. Но стоит уничтожить одни из врат, как возвращается вся масса».

Стройная теория, ничего не скажешь. Причём я был с ней полностью согласен. Весила небольшая на вид арка столько, что я её с места сдвинуть не мог. В то время как обычно это достаточно легко проходило. Тогда остаются только фото и записи. Но даже так учёные должны носить меня на руках. Ибо ещё никому не удавалось исследовать затухшие врата предтеч.

Отвлёкшись от валяющейся на земле арки, я ещё раз осмотрел сокровищницу. Своё название она не оправдывала. Здесь не было ни кредитов, ни золота, ни драгоценных камней. Вообще ничего такого, что можно было бы выгодно продать. Вместо сокровищ здесь от пола до потолка тянулись стеллажи и все они были забиты бумажными книгами. Тысячи, если не десятки тысяч томов. Несмотря на то, что прошла сотня лет с момента падения столицы, с книгами ничего не стало. Это не могло не радовать.

Я подошёл к ближайшему стеллажу и коснулся первой книги. Универсальный контейнер правильно понял моё намеренье, сцапав книгу и разместив её в своём «нигде». Говорите, в меня влезает тонна? А в книгах это сколько?

Макулатура полилась в меня полноценной рекой. Я грёб всё подряд, не разбирая, что есть ценное, а что просто так находится здесь за компанию. Пусть такие вещи заботят Лорана Солариона. Первый стеллаж. Второй. Пятый и даже десятый. Я поглощал книги сотнями, удивляясь их малой массе. Складывалось ощущение, что они вообще ничего не весят! Бумага, из которых были изготовлены эти древние артефакты, явно изготавливалась не из обычной целлюлозы. Здесь было использовано что-то технологичное. То, что доступно только высшим домам. Очень хочу увидеть лицо ректора, когда он осознает, что я сумел выполнить его безумное задание.