Читать книгу 📗 Я так велю! (СИ) - Быченин Александр Павлович

Чего⁈ Фу, мля, какая гадость! Уберите это немедленно! Ладно, кластеры. Компьютеры и компьютеры, их не так уж и жалко. Да, есть некое… сожаление, пожалуй. Но оно сродни тому, какое я бы испытывал при виде свалки роботов или летательных аппаратов, да и вообще любой техники. Исключительно из-за неразумности такого обращения с ценными материальными ресурсами, не более. А вот люди… люди — это совсем другое дело! Я отнюдь не жаждущий власти маньяк… вернее, не совсем так. Во-первых, мне не нужна власть абсолютная (я не гордый, я согласен на медаль), а во-вторых, ну какой из меня властитель дум? Какой из меня руководитель, и уж тем более вождь народа⁈ Я ж конкретный раздолбай! Я вам такого наруковожу! Такого нарукожоплю! Потом расхлёбывать задолбаетесь. А совесть? А душевные терзания? А неуверенность? Ну нет во мне стержня, нет какого-то безусловного императива, как в том же Юджине Ване, который, при всём моём неодобрении, руководствовался в своем искреннем заблуждении пусть и неверными, но всё же принципами? Аморальными, не без этого! Зато хребет у него был всем хребтам хребет! Не то что мой — шило в заднице! Так что нафиг, нафиг…

И вот об ЭТОМ грезил Ли Тегуай? Вот ЭТО мнил пределом мечтаний? Какой же, блин, идиотизм!.. Ну да, власть. Ну да, здесь и сейчас практически безграничная. Ну и что? Что, я вас спрашиваю? Уподобиться божественному вершителю судеб и упиваться собственной… собственным… а чем, собственно? По факту — всего лишь безнаказанностью вкупе с тотальной безответственностью. Ну и стоило к этому вот стремиться?

В общем, накрыло меня капитально. Хорошо хоть, связь с Эшу Урсу оказалась с двусторонней проводимостью, так что ему пришлось столь же несладко — уже от моего эмоционального фона. Видимо, по этой причине ему и не удалось подавить мою волю и заставить действовать по уже прописанному в мой мозг императиву. Ну а потом — возможно, через несколько мгновений, но не исключено, что и через несколько часов — я всё же взял верх. Сам того не ожидая и уже практически сдавшись на милость победителю. Просто подумал, что вот это всё — наносное, пришедшее извне. Мой призрачный медвед такой фигнёй отродясь не страдал, так что это, скорее всего, наследие Фэй Ляня. Или, что ещё вероятней, «мускусного» симбионта. Который, угодив в «братские» объятия доставшегося мне от Хорхе «слизёныша», поделился с тем «прошивкой». Но, поскольку влияние, как я уже говорил, взаимное, а «подселенец» Дикого был всяко сильнее фамильяра Юджина Вана, императив, имевший для почившего китайца статус категорического, для меня стал всего лишь… довлеющим, но не преобладающим. И уж точно не подавляющим. Отсюда и моё столь долгое сопротивление. И да, Ли Тегуай был настоящим драконом, не зря же Фэй Лянь принял именно такую форму! Я же этого дракона… нет, не уничтожил. Всего лишь убил.

Потому что любого дракона при должном старании и подготовке можно лишить жизни. Но вот уничтожить раз и навсегда, так, чтобы и воспоминаний от него не осталось — фигушки! По той простой причине, что убийца дракона, как правило, сам становится драконом. Это ещё из детских сказок всем прекрасно известно.

Предельно простая и даже в каком-то смысле банальная сентенция. Тем не менее, её с лихвой хватило, чтобы вернуть меня в реальность. В каковой я и осознал себя стоящим подле «телевизора», и уже тянущим грабли к «клавиатуре» и «тачпаду». А на экране, между прочим, схема сложнейшей мыслящей и действующей системы, включающей как «оптических», так и «мускусных», причём как активных, привязанных к людям-носителям, так и «резервных», сохраняющих структуру исходного роксанианина-прототипа. И вся эта прелесть окутывала Роксану, что твоя паутина — многослойная, мерцающая и чутко трепещущая от малейшего прикосновения. Я бы даже сказал, искрящаяся от напряжения, поскольку хрупкое равновесие вкупе с балансом сохранялись скорее вопреки, чем благодаря. В каком смысле? Так в очень простом: вся людская роксанианская колония по сути представляла собой натуральную опухоль. И хорошо, если не раковую, хотя отдельные скопления значков-носителей в отрыве от основного места обитания можно и как метастазы расценить. А еле различимые на периферии картинки — тем более. Кстати, а что это? Неужели те, вывезенные за пределы планеты, кластеры? Хм… а ведь логично! Квантовые-то они квантовые, но, как бы это помягче… специализированные, заточенные под условия именно Роксаны. И за её пределами они резко обессилели. То есть прав был Ли Тегуай? А, пофиг! Главное сейчас вовсе не они, а… скажем так: точки бифуркации. Ключевые моменты, определяющие судьбы миллионов… вернее, точка. Одна. На противоположной от «опухоли» стороне планеты, причём ближе к её «северному полюсу». То бишь… я! Точно я, Олег Лесничий. Ваш покорный слуга. Который незадолго до текущего момента убил дракона — Юджина Вана, а сейчас вполне мог сам ему уподобиться, то бишь занять всё ещё остающееся вакантным место…

— Да ну нахер! — с содроганием в голосе рыкнул я, осознав, в какой блудняк едва не ввязался только что. — Оставлю-ка я всё, как есть! Как там говорили дофига умные римляне? Hoc volo, sic jubeo, sit pro ratione voluntas! Так я хочу, так я велю, и пусть доводом будет моя воля!

И, погрозив неизвестно кому кулаком, с невероятным удовольствием и изрядным облегчением в голосе добавил:

— Не дождётесь, суки! Ибо я! Так! Велю!!!

Эпилог

— Профессор?.. — довольно-таки вяло среагировал на моё появление Вова.

Наверное, потому что не хотел потревожить сон Джен, пристроившей голову у него на бедре. Ну а что ещё тут, в «схроне», в качестве подушки заюзаешь? Правильно — ничего! А благоверный пусть отдувается. В смысле, окружает заботой вкупе с теплом и уютом — разумеется, в доступной здесь и сейчас мере. Вот Вова и отдувался, рассевшись на полу с вытянутыми ногами и прислонившись спиной к стене. Затёк уже весь, бедный! Наверное. Да и девица недалеко ушла… впрочем, ей пофиг — Вовина жёнушка пребывала на той стадии упадка сил — что физических, что душевных — что ей было уже всё равно, где спать. Голый каменный пол, но зато безопасно и врагов поблизости нет? Офигеть, дайте два! Хотя справедливости ради должен отметить, что тут, в хабе-«единичке», очень даже уютно. По сравнению с улицей, конечно же. Там, судя по приглушённым голографической завесой отголоскам шторма, по-прежнему властвовала непогода. А здесь тепло и более-менее светло от слабо люминесцирующих поверхностей.

Кстати, среагировал мой бедовый приятель на шум — заранее запрограммированная в центральном пункте управления линия-«жгут» выбросила меня из ничего и нигде с изрядным… ну, пусть будет ускорением! Да ещё и на высоте около полуметра над полом. Так что я едва на ногах удержался, неслабо так шваркнув подошвами по камню. Ну и да, чертыхнулся ещё сдавленно. Тут даже если и не захочешь, всё равно всполошишься. А напарничек, вон, молодцом! Вторую половинку умудрился не потревожить. Зато праведное негодование сдерживать не посчитал нужным — как только убедился, что я жив, цел, орёл (ну, или как минимум полнокомплектен), так сразу и наехал:

— Фигли так долго, Проф⁈

— Ну, уж как сумел! — развёл я руками. И, аккуратно обогнув отдыхающую парочку, пристроился подле приятеля, вытянув по его примеру ноги и подперев спиной стенку. — Ф-фух! Кайф!..

Реально кайф, зря я на напарничка гнал, пусть и исключительно мысленно. Да и насчёт Джен мнение моё кардинально поменялось — как бы парадоксально это ни прозвучало, но камень под моим седалищем казался каким угодно, но только не жёстким. Такое ощущение, что некий демпфирующий слой сразу же образовался, не очень толстый, даже до матраса не дотягивающий, но с чем-то вроде туристического коврика-«пенки» вполне себе сравнимый. Ещё одна скрытая функция хаба? Не исключено.

— Я так понимаю, — после довольно длительной паузы поинтересовался Вова, — ситуёвину ты как-то разрешил?

— Ага, — лениво выдохнул я. — Как-то…

— А поподробней?

— Да всё пучком, Вов! Отстань! Дай кайфануть!..