Читать книгу 📗 "Низший - Инфериор. Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Михайлов Дем"

До этого я был колючей глистой, что с трудом управлялась, порой причиняла Камальдуле проблемы, но при этом все же усердно уничтожала других подобных мне паразитов, что не желали жить по системным правилам. Под конец я из жопы добрался до загнившего мозга и хорошо прочистил там каждую извилину.

И хватит с меня…

Если эта история начинается с системного громкого клича «Помоги мне, герой Оди!», то я иду мимо. Хотя бы потому, что именно этот след самый явный и легко отслеживаемый кем угодно с достаточно высоким доступом. Я не верю, что у системной ведьмы Эдиты в наличии только отряд зомбо-солдат. Хер там. Как только я понял с кем предстоит столкнуться – если доберусь – мои булки тут же напряглись так, что посрать мне в ближайшие дни вряд ли суждено. Там и волосинке не пропихнуться – настолько сильна судорога испуга.

Эдита – дочь своего гребаного отца.

Она не только плоть от плоти, как это всегда бывает, если не вмешался соседский фактор, но и разум от разума, что уже куда реже. Она всегда была запредельно умной девочкой, но раньше ей никогда не приходилось особо напрягать свой мощный разум. Блестящие результаты в образовании, неизменно потрясающие достижения в помощи отцу во время их поначалу тайного спасения планеты… Я читал архивы во время долгих перелетов и помню пусть далеко не все, но все же достаточно, чтобы понимать насколько херово мне придется, как только почти придушенная мной зомбачка вдруг узнает, что внутри ее мирка появился гоблин Оди…

Насколько сильно был поврежден ее мозг? Насколько много там осталось от острого прежнего разума и природной смекалки?

Скрипя зубами от дикой боли, что сковала и одновременно зажгла грудные мышцы и трицепсы, я жесткой доской рухнул опять на пузо и прохрипел:

- Пять минут отдыха. Потом канаты.

Как только я увидел свисающие с верхнего края стены канаты, что были переброшены через самодельные краны с лебедками, я тут же понял, как мы добьем наши тела. Спуститься, потом подняться, снова спуститься… это будет самое то.

Пока лежал, чувствуя, как мышцы медленно отходят, а боль становится не такой жгучей, я невольно вспомнил старую фотографию, где улыбающаяся девчонка в красном сплошном купальнике, с маской для ныряния на загорелом лбу, скрестив ноги, сидит на границе, где встречаются волны и прибрежный песок, держа в сложенных ладонях перед собой несколько только что вылупившихся морских черепашек. Первый успешно заработавший даже не инкубатор, а с нуля созданный природный внутренний резерват. За ее спиной пара мелких островков, увенчанных пальмами, а еще дальше вздымается едва различимое защитное железобетонное кольцо вокруг искусственного рифа, что был началом Атолла Жизни.

Она выросла на том сраном гнилом островке, разделив с отцом все тяготы жизни в палатке. Она прошла весь путь… пока ее дорога вдруг не оборвалась пальбой в одном из внешних офисов корпорации Алоха Кеола…

Поднявшись, я зашагал к краю стены, стараясь не морщиться от пронизывающей бедренные мышцы боли – а нехило мы напрягли ноги, наприседавшись, а затем перетащив немало тонн строительных материалов с дальнего склада к текущему месту работ семейства Болрог.

Пальцы перекрутило еще одной судорогой еще до того, как я сомкнул их на канате. Зло оскалившись, я с силой ударил ладонью о бедро и, взявшись за канат, двинулся по нему вниз. Никакого сука скольжение. Руки мерно перебирают канал, я спускаясь плавно, продолжая слепо глядеть в пространство перед собой и размышлять. Или вспоминать? Да посрать… в голове звучат мысли, а не бессильный скрежет зубов.

Нет никаких доказательств, что там действительно Мокко – или то, что от нее осталось.

Нет ни малейших доказательств этого! Слова системы – не в счет! Я уже давно убедился, что Управляющие те еще хитрые суки и способны на многое ради своей выгоды.

Опять же даже изображение лица Мокко на том нимбе – тоже сука не в счет! Даже если видеозапись настоящая – не в счет! Пока я не вырву хребет из спины ведьмы Эдиты и не уверюсь самолично – я не верю, что Первый сотворил с Мокко подобное. Буду считать это лишь частью их новой хитрожопой игры.

Для чего?

Для того, чтобы успокоить башку и начать думать разрушительно продуктивно, а не воюще-бессильно.

Эдита…

Я знаю ее.

И я уверен, что помимо зомбо солдат на нее работает немало головастых компьютерщиков, что днюют и ночуют за терминалами с высшим уровнем доступа, отслеживая происходящие в мире странности. Эдита вся в отца и не могла не подстраховать тылы. Она постоянно на связи со своими солдатиками информационного фронта.

И это уже хреново. Хотя все зависит от сидящих за терминалами. Если там кто-то с боевым прошлым, то это хреново – такой не пропустит мимо глаз идущие чередой странности, что вытянуты от окраины к центру. А именно такой след я обычно за собой оставляю. Цепочка жестоких убийств, смен руководства над зонами, там и там льющаяся кровь… нейрочипы убитых потухают, а одновременно с этим на инфо-карте гаснут облачка звездочек…

Да… придется погрузиться максимально глубоко. И заодно надо избегать любых зон с системным присутствием, а значит, Дублин-5 возможно последний город Формоза, где нам удалось побывать.

Руки сорвались и последние семь метров я пролетел в свободном полете, перехватившись лишь в самом финале и смягчив падение. Перекатившись, поднялся, сплюнул кровавую слюну, вцепился в канат и замер, давая себе отдышаться. На стоящих вокруг усталых работяг я внимания не обращал, а они, поглазев чуток на меня и спускающихся следом, вернулись к работе. Им еще пахать и пахать. Нет времени пялиться на пыльных изможденных хренососов…

Что с Первым?

Почему во все предыдущие наши беседы он умело игнорировал тему своей дочери, а тут вдруг его прорвало?

Разве Первый или даже его бледная копия не мог предугадать, что Кальвария заблокирует его и ради собственного спасения и вызволения, откроет мне правду? Да любой даже самый тупорылый псевдо-аналитик сможет такое предсказать! Управляющая хочет жить, Управляющая хочет вернуть себе полноценный контроль над Формозом, Управляющая не желает гибели загнившего Формоза – да тут верняк, что она найдет способ пусть даже насильно открыть мне глаза на происходящее! Не захоти я смотреть – она бы мне веки вырвала и ткнула бы залитыми кровью зенками в ближайший экран – смотри, гоблин! Смотри, что сделали с Мокко! Давай, загорайся гневом, пихай в жопу динамит и беги мстить! Убей ведьму Эдиту! Убей! Убей! Убей!

Любой предскажет такое. Любой также предположит, что у меня будет пусть и крохотный, но все же шанс, добраться до глотки Эдиты. Нельзя допускать моего попадания на Формоз. Ну нахер.

Так какого ж хера я здесь?

Почему Первый то и дело противоречит себе? Почему меняет стили общения? Почему его кидает от вальяжности к истеричности, а затем – как это было сегодня – к глухому молчанию, хотя шлем по-прежнему лежит на гребне стены, и я услышу, если его полумертвые динамики оживут.

Что за гребаная херня происходит?

Что я упускал все это время? На что не обращал внимания? Что игнорировал в его словах?

Поняв, что руки больше шевелиться не желают, я качнулся, затем еще раз и сумел дотянуться ногами до дощатой узкой платформы, что примыкала длинной стороной к стене с несколькими окнами и дверьми. Жилые каморки прямо в теле стены. Испуганные кухарки метнулись от выложенного глиной и кирпичами кухонного очага. Лежа на боку, я глядел вниз, а оттуда на меня глядел орк с перекошенной харей, вцепившийся зубами в свой канат и что-то мычащий.

- Заползай – выдохнул я и перевалился на спину – Все заползайте, гоблины. Передышка…

Что я потеряю, когда пойду сумрачным путем?

Да дохера чего. И самое главное – медицину.

Если точнее – мы потеряем серьезную медицину. Ту медицину, что за секунды оттащит от границы между жизнью и смертью, качественно залатает даже самые серьезные дыры в гоблинских телах, заменит раскромсанные внутренние органы или конечности. В недавнем прошлом мы всегда кочевали от одной связки медблоков к другой и везде нас с радостью встречали отточенные скальпели и пузырящиеся убойной химией иглы. Все это помогало восстанавливаться в максимально сжатые сроки.