Читать книгу 📗 Черновик для Эффы (СИ) - Ильин Владимир Леонидович

— Так что случилось-то?..

— Нажрался и спал на земле. Думаю вот, с воспалением слягу, может. А в больницу с котом нельзя.

— Ты это старосте своей скажи, она поверит. Тан?

— Полетели в город, кота устроим. Потом к порталу. — Отрицательно качнул я головой.

— Эй, я ж не такси тебе. — Смотрела она вместе со мной на гравилет таксопарка. — Этот просто подвернулся. А так у меня и своих дел полно.

— Тогда просто оставь меня где-то в городе.

— Ладно, довезу уж. — Тут же легко согласилась она. — Залазь. Кстати, у тебя есть тысяч пять в долг?

— Нет.

— Все пропил⁈ — Даже остановилась Эффа.

— Если одолжу, будет шестьсот девяносто пять тысяч, а не семьсот. Тут внутренняя гармония, понимать надо. — Устроился я на заднем сидении, отгороженным от водительского прозрачным листом прочного пластика.

Потому как пассажир непредсказуем, а гравилет даже на автопилоте может представлять угрозу — если начать тыкать по клавишам.

— Слышь!

— Ах да. Гармония, Эффа, это… — Поправил я стрелочку на брюках.

— Захлопнись. У коллег займу.

— Да уже перевожу, — буркнул я. — Ну вот, все. Теперь ноликов не пять, а три… Тебе, кстати, зачем? Бегала — догонялась ночью?

— Да там… — Тренькнула смс о переводе. — Спасибо. Таксисту пообещала.

— Потаксовать вместо него?

— Что-то вроде того. — Буркнула девушка. — Договорились на пятерку, а у меня пока нет. Страховая лютует, пришлось юриста нанимать. Потратилась, — грустно защелкала она тумблерами, и машина поднялась с земли.

— Им-то что не нравится? «Искру» твою ведь с их площадки умыкнули.

— Угу, но до осмотра и оформления. Поэтому намекают, что я ее сама передала угонщикам.

— Удостоверение показывала?

— Ага. Сказали, что как и куда заявление писать знаю, раз там работаю. А то, что «Искру» доставила служба эвакуации, а меня на скорой увезли — им не интересно. Бесят! — Дернула девушка рычаг на себя.

Пространство внизу — с поляной и кустами, резко уменьшилось, став мелкой деталью в сложном переплетении железнодорожных путей и здания вокзала.

— Жулики, — веско констатировал я.

— Юрист пообещал всех там строем научить ходить. — Уже с оттенком веселья продолжила Эффа. — Он из наших, человек надежный.

— Ага, из ваших, — кивнул я внешне нейтрально, внутри помрачнев.

Природа, котики, полеты. А проблемы остаются прежние.

Пока валялся, кое-что переосмыслил из увиденного и услышанного вчера. Иногда нужно время, чтобы составить правильную картину.

Мистер Хайни и его свора не продают вирус. Для этого не нужен человек, не нужны сложности с туристом — хватит всего-то предмета, которого коснется зараженный. Значит, вчерашнее первое предположение неверно.

Старик и его организация продают эпидемию. И стоит это очень больших денег — там, где кто-то обречен потерять все из-за карантина, другие заработают на препаратах и средствах санзащиты, на новых маршрутах в обход закрытых территорий и точках экономического роста взамен всему закрытому. Даже вложи деньги в похоронное бюро — и уже утроишь капиталы.

Но эпидемию надо продать так, чтобы до ее источника не докопались. Поэтому и нужен работник «Бадазаж Групп». Пока Эффа охотилась на чужих котов, успел посмотреть в поисковике — крупнейший концерн, занятый лекарственными препаратами, в том числе для лечений патологий энергетики. Да и мелькало у нас в универе что-то про это предприятие — в качестве конкурента нашим. Могли ли там работать с опасными вирусными штаммами?.. Видимо, да — раз Гаусу Хайни понадобился именно их работник.

Тавви тоже заняла свое место в общей картине. Тут удивляться нечему — те неприятности, что я прогнозировал на ее пути, уже явно случились. И жизнью ее теперь правит циничный старичок в старомодном костюме. А что до разговоров Тавви с Эффой — видимо, в детали девчонку не посвящают. Обозначили, что миллионер, и надо рассорить до драки — так и сделала. Иначе зачем она там? Иначе зачем эти гопники?.. А дальше Тавви решила поработать в своих интересах — ей ведь, чтобы вырваться из-под контроля Хайни, нужен кто-то достаточно богатый и зубастый, чтобы откупить и защитить. Но слабо верится, что такие найдутся.

Ноэль — мужику просто не повезло. Ему наверняка показали запись, где он кого-то избил, показали избитого — или умершего после побоев — и Ноэль с радостью сбежал из Империи домой, где совсем скоро забудет все произошедшее как ночной кошмар. Никто не узнает ни о застенках, ни о якобы совершенном преступлении. Тут ребята Хайни отработали чисто.

Если бы Ноэль оказался перевозчиком эпидемии, вряд ли бы кто доискался до истинного источника. Плохо человеку после заражения становится далеко не сразу — можно неделю веселиться, пока он не сляжет, до того перезаразив всех коллег. Особенно тех, кто мог контактировать с вирусом по долгу службы. На них и подумают. А сам Ноэль нулевым пациентом себя не признает — слишком много в этом термине вины за последующие смерти.

Одновременно с невезением, Ноэлю крепко повезло — потому как жить ему еще долго, если снова куда-нибудь не влипнет. Вируса же нет. Просто будет обходить Империю десятой дорогой — благо, континент большой, есть куда съездить и без наших просторов.

Эффа — ну, ее и обсуждать особо нечего. Пока ничего не знает — и мистер Хайни будет в этом уверен — останется жить. Поэтому ничего от меня не услышит, да и отделаться от нее надо бы пораньше. На портальной площадке расстанемся навсегда.

Кот Кэр — отправится в Хранилище, где до него никто не доберется. Но это я уж откровенно уклоняюсь от главного.

Потому как дальше рассуждения становились невеселыми — не зря отодвигал их на потом.

Итак, что делать в этой истории Гаусу Хайни и Тану Савою? Ощущение, что не разойтись им сторонами.

Не может умерший вчера Тан Савой спокойно ходить на занятия, будто ничего не произошло. Слышал он слишком много, знает слишком много — и про эпидемию, и про базу, и про загадочное оружие. Такое уверениями, что «я ничего никому не скажу, оставьте меня в покое!» никак не перекрыть. Хайни и случайных-то людей устраняет с удивительной легкостью, а тут главный фигурант.

И что делать? Писать заявление? Кому — начальнику отделения, который исключил вещдок из описи, или начальнику другого отделения, объявившего постороннего человека в розыск? Сколько у мистера Хайни таких друзей в полиции и сколько служит еще выше?

Идти в прессу, громко кричать о мировом заговоре, который не состоялся? А потом кушать горькие таблетки, привязанным к кровати.

Ладно, допустим — получится выйти на людей, которые мне поверят. На тех, кто обладает влиянием и возможностями, чтобы прижать Гауса Хайни. Обычного расследования, подозреваю, не будет — риск утечки слишком велик. Никому не нужен скандал — да еще такой, что вся зарубежная пресса зашевелится, забурлит, а политики окрестных стран начнут дружить против Империи.

Все будет тихо, кулуарно — к Хайни придут и, вновь допустим, не договорятся, не вручат медаль, не пожурят за порученную ими самими операцию, а в самом деле сурово накажут. Очень сурово — расстреляют или засунут в одиночку до конца жизни.

Что делать с мистером Савоем, важным свидетелем чуть не произошедшего кошмара? Можно наградить. Можно пожать руку и отправить домой.

А если Тан Савой станет болтать, хвастать, торговать информацией?.. Если пойдет к журналистам, падким на сенсации? Дело-то государственной важности. Да у этого Тана и родни-то нет — пропадет, никто и искать не станет… Не верю я людям, но виноваты в этом люди.

Во всех этих выкладках просматривался только один хороший вариант — мистера Хайни сурово наказывают, а обо мне забывают. Но я так и сам могу.

Полностью до всех причастных не дотянусь — я их попросту не знаю, и не факт, что даже официальное следствие узнает все имена. Но основательно подчистить — почему нет?

Или можно уехать в другую страну — все языки на континенте одинаковы, отличаются только акцентами. Досадно потерять всех знакомых, но это лучше, чем полтора года искать сигнал чужого портального перехода в мертвом мире. Тем более что деньги есть.