Читать книгу 📗 "Все, что нас не убивает... (СИ) - Стриж Сия"

– Кружки не трогай, я быстро.

И, подхватив пакет с одеждой, ретировалась в ванную, что сейчас была наполнена паром и ароматом морозной свежести, который в последнее время стойко ассоциировался у меня с де Эксилиром.

Моей скорости принятия душа позавидовал бы спецназ, потому что уже через пять минут я стояла перед зеркалом в ванной, чистая до скрипа и благоухающая, словно целая клумба цветов, и вытаскивала из пакета сменную одежду.

Что за?

Блин, почему я сразу не посмотрела, что мне принесли в пакете? Да я просто даже подумать не могла, что не наделенная особым умом феечка захватит не лежащие сверху штаны и футболку, а откопает в шкафу приобретенное в минуту помутнения рассудка легкое, без рукавов и до середины бедра, шелковое платье кремового цвета. Такие наряды тут даже дома не носят, но, когда Мириам сшила его в качестве эксперимента по моим куцым эскизам, я не удержалась и купила сие чудо. Потом, в своей комнате, я конечно сто раз обругала себя за бесполезное в этом мире приобретение и забросила платье в дальний угол шкафа. И вот на тебе, всплыло, когда не ждали. Ну не идти же мне теперь в полотенце? Делать нечего, пришлось надевать то, что есть.

Мой выход оказался не менее шокирующим для эльфа, чем его для меня.

Расставляющий на небольшом столике тарелки, он так и замер в полусогнутом состоянии, глядя на меня стремительно темнеющими глазами. Я скромно улыбнулась и одернула край платья. Думаю, что на моем лице была сейчас нарисована та же смесь удовольствия от произведенного впечатления и небольшой части смущения.

Моргнув, эльф все же разогнулся и тихо произнес очевидное:

– Я нам ужин еще заказал.

– Есть плюсы в том, чтобы быть преподавателем, – поддержала диалог я, оглядывая стол. Блинчики, румяный пирог, нарезанные фрукты. Уж не знаю, специально ли или так случайно совпало, но на столе красовалось все, что прекрасно подойдет к молочному шоколаду.

– Ты меня раскусила, вот только ради бесплатной еды с доставкой я и согласился устроиться в Академию, – усмехнулся де Эксилир.

Захватив кружки с горячим напитком, предварительно развеяв сотворенные мною же коконы из энергии огня, я уселась с ногами в мягкое кресло напротив Рена.

Я уже говорила, что за интересной беседой, да еще и с приятным собеседником, время нечет поразительно незаметно и быстро?

Казалось, мы только сели, а уже и еда вся съедена, и шоколад с молоком давно выпит, а красавица луна щедро освещает мягким светом комнату.

Начавшийся несколько напряженно, диалог быстро перетек от моих рассказов об успехах в месте обитания рогатого народа, перемежаемых едкими замечаниями Рена, к воспоминаниям из детства (я честно пыталась представить сидящего передо мной сексуального мужчину нескладным подростком, но выходило слабо), а после к обсуждению местных традиций.

Кстати, вспомнила и об одном из мучавших меня вопросов.

– Рен?

– Что? – мягко улыбнулся эльф, смирившись с тем, что наедине я его теперь только так и называла. Правда сам он упорно величал меня Джозефиной, никак не соглашаясь сократить эту мизерную дистанцию.

– Я все спросить хотела. Что не так с вашим королем?

– В смысле?

– Ну он какой-то… не совсем адекватный, – подобрала я наконец приличное определение.

– А-а, ну да, в последнее время он сильно изменился. Правда, я не застал время его правления в расцвете лет и сил, но он много полезного сделал для Конкордии, поэтому за него до сих пор и держатся.

– Да? – с явным скепсисом переспросила я.

– Тебе подарить книгу по политической истории? – укоризненно поинтересовался Рен.

– Не нужно, – буркнула я.

Никогда не любила и не интересовалась политикой. Вот всю остальную историю я перечитала и выучила лучше местных жителей, да и на родине с удовольствием читала исторические романы, но все, что касалось политики, нагнетало уныние и тоску, а потому начисто мной игнорировалось.

Тяжко вздохнув, но смирившись с моей дремучестью, Рен тоном умудренного опытом лектора принялся просвещать меня (хотя в его исполнении любая лекция была интереснее самого кассового фильма).

– Думаю, что тебе не нужно напоминать, что чуть больше двухсот лет назад королем был подписан указ о массовом уничтожении всех универсалов, за исключением тех, кто приносил ему кровную клятву верности.

Я кивнула, ибо да, о таком сложно позабыть.

– Так вот до этого момента король уже и так постепенно начал подозревать в своих приближенных заговорщиков, стал видеть в драконах, эльфах и демонах потенциальных захватчиков, а близких друзей подозревал в замышлении предательства. Почувствовав вкус власти, он отчаянно не хотел расставаться со своим положением, приобретенным таким трудом. А подстрекательства молодого Ивара Авфула оказались последней каплей, и король от молчаливого удаления от трона возможных соперников за власть перешел к активным действиям.

– Подписал тот указ?

– И не только, – кивнул Рен. – Сразу же после этого он потребовал принести ему клятву верности всех, кто пожелал остаться при дворе или занимал руководящие должности в государственных службах.

– И ты тоже давал такую клятву?

– Не так быстро, – улыбнулся эльф. – В то время я еще был простым эльфийским принцем и даже не думал обосноваться в человеческом государстве.

– А когда ты стал главой мицаев? – не утерпела я.

Вместо ответа на меня посмотрели с таким укором, мол я тут стараюсь, историю тебе рассказываю, а ты все портишь. Так что я мигом прикрыла рот и даже сделала вид, что закрываю его на замок, а ключ выкидываю. Удовлетворенно улыбнувшись, де Эксилир продолжил повествование.

Глава 31

– Как ты знаешь, любая клятва, как и сделка, оставляет след в энергетическом поле как мага, который приносит клятву, так и мага, которому эту клятву приносят. А поскольку энергетическое поле не бесконечно даже у сильнейших универсалов, а уж у простого мага и подавно, то и принять клятву верности у всех живых существ король не мог чисто физически. Поэтому от не-универсалов он принимал лишь магически укрепленные заверения в их преданности. Но и такого послабления не хватило бы на всех подданных. Так во дворце осталось лишь несколько семей, помимо стражи и слуг.

– Как-то удручающе звучит, – пробормотала я, забыв о том, что вроде как закрыла рот на замок.

– Удручающе, – не стал возмущаться моим комментарием де Эксилир. – Однако дальше еще печальнее. Новых магов король приближать к себе отчаянно не хотел, ведь с каждого нужно стребовать треклятую клятву верности, пусть и упрощенную, но все-равно здоровье уже многого не позволяло. Поэтому каждому, кто желал попасть в общество власть имущих, приходилось доказывать свою верность иными способами, и лишь в крайних случаях король прибегал к принятию заверений и клятв. Разумеется, уже спустя век во дворце остались десятки, кто не смел покинуть стены замка, дабы не навлечь на себя подозрения. А новые лица появлялись все реже и лишь по ходатайству уже укоренившихся представителей.

– И ты? – опять не вытерпела я.

– И я, – не стал отрицать Рен. – Нас с Дикардом рекомендовал наш куратор, который в то время был военным советником у короля. Не стану рассказывать, чего нам стоило доказать свою верность, но сейчас мы оба занимаем не последние места в Конкордии.

– То есть клятву верности вы с драконом не приносили?

– Нет, – покачал головой эльф, задумчиво глядя в стену. – Но сдается мне, что это бесово заверение в верности обошлось бы нам гораздо дешевле.

В памяти тут же всплыли восторженные изречения Эрика в адрес этих двоих, но что-то мне подсказывало, что сейчас Рен не станет делиться своим сомнительным прошлым.

– Именно поэтому на так называемом балу ты видела лишь стариков, да нескольких молодых воинов, ведь круг допущенных к царской персоне с каждым годом все сокращается. При этом каждый год он, ваш король, старается все ярче показать свои власть и силу. В этом году он притащил лишенных воли универсалов. В том году он восседал на троне из тех, кто, как ему показалось, замышлял против него заговор. А несколько лет назад он вообще устлал вход в бальный зал из тел невинных дев, которые, по его заверению, хотели родить от него наследника и тем самым убрать его с трона.