Читать книгу 📗 "Все, что нас не убивает... (СИ) - Стриж Сия"

Меня передернуло от отвращения, ибо мое живое воображение тут же нарисовало картинку во всех подробностях. Правда несчастные девы, по которым гордо ступала вереница безэмоциональных мужчин в камзолах и таких же равнодушных ко всему дам в бальных платьях, были еще живы и истошно при этом причитали, что не добавляло оптимизма в картинку.

– Поэтому каждого нового мага, попадающего в общество, близ лежащее к короне, король тщательно проверяет и стремится выяснить мотив того, кто желает его к этому обществу приблизить.

Так, вот мы и подобрались к самому интересному.

– Вот откуда у него эта склонность к вуайеризму! – воскликнула я, на что вместо ожидаемой укоризны получила лишь скупую усмешку.

– Да, Его Величество прекрасно знает причину, по которой я сбежал от безмятежной жизни эльфийского принца к людям. А потому знал, что я бы ни за что не смог поцеловать девушку, к которой испытывал бы что-то меньшее, чем глубокую привязанность.

В голове тут же вспыхнули миллионы мыслей: «Значит, я ему нравлюсь!», «Больше, чем глубокая привязанность, ты слышала? Глубокая привязанность!», «А-а–а, я ему нравлюсь!», «Что делать? Что делать? Обнять? Поцеловать? Запищать, как я рада? Нет, это, пожалуй, перебор…», и еще бесконечность схожих восклицаний пронеслись в моей бедной головушке за одно мгновение.

И именно в этом момент де Эксилир обратил внимание на то, что луна уже медленно сдает свои позиции стремящемуся к восходу солнца.

– Ох, Джозефина, засиделись мы с тобой! – как-то через чур наигранно воскликнул эльф. – Утром рано вставать, пора тебе к себе, спать.

– А цветок? – воскликнул мой рот до того, как мозг смог предложить несколько вариантов на тему совместного сна.

– Какой цветок? – опешил Рен.

Честно говоря, для меня тоже было сюрпризом то, что мое явно переутомленное сознание смогло сейчас вспомнить тот цветок. Видимо, мне так не хотелось покидать на удивление открытого к сближению эльфа, что мозг цеплялся за любую соломинку, чтобы остаться. Ну или в данном случае за травинку.

– Помнишь, цветочек из Пустынной Земли? Который я вылечила. Он жив?

– Разумеется жив, Джозефина. Цветет и пахнет в моем городском доме. Как только снова придешь в гости, я тебе его обязательно покажу.

Я кивнула, судорожно стараясь придумать еще парочку тем для разговора. Ну там, погоду на Марсе обсудить, хотя тут и о Марсе-то не знают. Тогда можно затронуть теорию множественности миров? Интересно, у них тут уже отметился аналог Хью Эверетта?

– Джозефина, – мягко улыбнулся де Эксилир. – Нам обоим правда пора спать.

Я грустно вздохнула и нехотя выползла из кресла, в глубине души соглашаясь с ним.

Окинув меня взглядом вновь потемневших глаз, которые за этот вечер только успевали менять свой оттенок от практически черного до насыщенно-синего и обратно, Рен что-то неразборчиво буркнул себе под нос и удалился в комнату, которая вероятно была его спальней. Не успела в моей головушке проскользнуть хоть одна связанная мысль, как эльф уже вернулся, протягивая мне черную мантию. Ну да, я, конечно, не обременена местными правилами приличия, но в таком наряде топать зимой, пусть и напоминающей больше позднюю осень, через пол территории не самой маленькой Академии было бы, мягко говоря, прохладно. Мантия на поверку оказалась мне несколько великоватой, но зато очень теплой, что сейчас было гораздо важнее ее сомнительной эстетичности.

– Джозефина, – остановил меня в дверях Рен. – Я так понимаю, что ты не намерена отступиться от идеи сблизиться со мной?

Я улыбнулась. Какой догадливый, а, не прошло и года.

– Верно.

– Тогда у меня к тебе будет просьба.

– Всего одна? – игриво удивилась я. Правда я еще не слышала этой просьбы, иначе бы так не улыбалась.

– Я бы не хотел, чтобы ты распространялась об этом.

– Что? – да, вот теперь улыбка быстро сползла с моего лица.

– У нас с тобой слишком важное и разное положение, чтобы так опрометчиво…

– Короче, ты крутой глава мицаев, а я девочка с деревни, ты это хотел сказать? – психанула я, невоспитанно перебив эльфа. Хотя о каком воспитании может идти речь, когда тебя тут оскорбляют?

– Да нет же, Джозефина. Я ведь тебе еще перед балом все объяснял, – попытался успокоить меня де Эксилир, вновь вернувшись к образу безэмоционального робота новейшей модели.

Но у меня в голове уже возник прекрасный план, как заставить упрямого темного эльфа, вбившего себе в голову, что какое-то стремное проклятие превращает его в гиену среди красавцев львов, пожалеть об этой просьбе.

– Хорошо, – мигом прикинувшись кроткой ланью отступила я.

– Хорошо? – недоверчиво переспросил Рен, изогнув одну бровь.

Нет, так-то он прав, что заподозрил что-то неладное, но идея, возникшая в голове, мне нравилась все больше, так что я продолжила делать вид послушной дамы.

– Да, не волнуйся, я все понимаю. У тебя работа, у меня репутация, ты не хочешь мне портить жизнь, но согласен на встречи наедине. Будем узнавать друг друга постепенно, ведь нам совершенно некуда торопиться. Верно?

Надеюсь, Рен не разглядел в моих глазах невинной и преданной овечки опасный отблеск костров, через которые прыгали в предвкушении оживившиеся черти.

– Я рад, что ты все поняла, – расслабился наивный эльф.

– Не волнуйся, никто и не заподозрит, что нас с тобой может связывать что-то теплое, – подмигнула я.

Послав воздушный поцелуй, я быстро подхватила края мантии, сцапала пакет с грязной одеждой и слиняла к себе, пока до не глупого, в общем-то, мужчины не дошло, что уж больно многообещающе (при чем совсем не приятное обещающе) прозвучала моя последняя фраза.

***

Учебный процесс постепенно пошел по накатанной.

Организм быстро вспомнил, что такое физические нагрузки повышенной сложности. Основы боевой магии все больше воспринимались именно как основы и уже хотелось чего-то более интересного. А факультатив по артефакторике и так уже давно превратился для меня в кружок «очумелые ручки», где моему воспитанному в цифровом мире сознанию было очень легко придумывать и воплощать в жизнь упрощенные магические аналоги наших гаджетов.

В рекордно короткие сроки был написан и успешно защищен курсовой, темой которого я выбрала магические татуировки.

Занятия у де Эксилира тоже продвигались успешно. Ну то есть для меня успешно, ведь я каждый день старательно доводила темного эльфа до нервного тика, а потом на индивидуальных занятиях делала большие глаза и клятвенно заверяла, что это все для дела, ведь так никто точно не догадается о моих теплых чувствах. Интересно, как скоро Рен поймет, что что-то тут не так?

Спустя две недели после начала учебы объявился Ивар Авфул. Девушка я отходчивая, а потому при нашей встрече мы даже смогли нормально пообщаться, без желания с моей стороны отправить старого мага куда-нибудь подальше да позаковырестее.

Вот, кстати, он как раз был среди тех, кто в свое время принес королю клятву верности. И сколько бы ни убеждал меня Авфул в возможных прекрасных перспективах, которые мне откроются, если я соглашусь оказаться среди приближенных к венценосному сумасшедшему (нет, он его, конечно, не так называл, но сути это не поменяло), я твердо стояла на своем. Пусть король и смог наладить мир во всем мире и впервые в истории построить государство, где представители всех рас вместе учились, работали и счастливо жили, но для меня он был старой больной собакой на сене, близко к которой даже подходить желания не было, не говоря уже о большем. Ну и заодно подкрепила свою позицию сообщением, что больше не нуждаюсь в финансовой поддержке, что хоть и было воспринято с возмущением, но все же принято к сведению.

Достигнутое перемирие с Иваром Авфулом позволило мне (ну или обязало, тут смотря с какой стороны посмотреть) поближе познакомиться с местной природой и поизучать географию ближайших земель на практике.

В общем, я была допущена до экспериментов с не только утащенными с Пустынной Земли растениями, но и (наконец-то!) до самой пугающей местных жителей аномальной зоны. Правда необходимость такой практики пришлось долго и упорно доказывать одному небезызвестному эльфу, но два упрямых мага, жаждущих действий, смогли преодолеть эту страшную преграду. Так что раз в недельку мы втроем выбирались к какой-нибудь затерянной в непроходимых лесах границе Пустынной Земли, дабы свидетелей в округе не было, и я по чуть-чуть вливала энергию в мертвую землю. Ивар Авфул устраивался где-нибудь неподалеку и что-то усердно строчил в своем побитом жизнью блокноте, а де Эксилир с мрачным выражением лица следил за тем, чтобы я не перестаралась и не отдала больше, чем допустимо для сохранения своего здоровья.