Читать книгу 📗 Тени Казани - Шляпникова Юлия

— Я приеду, как смогу, — протараторила Леся. — Только не дай ему натворить бед, хорошо?

— Хорошо. И ты береги себя.

Ада повесила трубку и проверила телефон. И правда звонил, не меньше, чем Леся. Ада набросала короткую СМС и отправила ему, чтобы не делал без нее чепухи.

Часы показывали половину седьмого. Казалось, что ее истерика длилась меньше, но, похоже, Ада в какой-то момент даже отключилась. Иначе куда пропало столько времени?

Ада ощущала такую отупелость внутри, как будто со слезами исчезла та ее личность, которая могла хоть что-то чувствовать. Осталась лишь хладнокровная Ада, первый раз проявившаяся в столкновении с Юхой. Что ж, теперь она достойная ученица этой змеюки.

В коридоре послышался звук поворота ключа, потом зашумела открывающаяся дверь. Ада вышла из комнаты и встретила маму. Увидев дочь, она тут же воскликнула:

— Да что же с тобой творится такое! Ты опять плакала? Из-за чего? Что случилось?

— Мам, закрой дверь, — тихо попросила Ада. Мама послушно заперла входную дверь и опустилась без сил на диванчик у входа.

— Это все из-за того парня, да? Что он тебе сделал?

— Все в порядке, мам, мне просто нужно кое-куда съездить.

— Витя сказал, что ты в кого-то влюбилась. Он бандит, да? Или какие-то другие проблемы?

Если бы Ада могла, она бы рассмеялась. Но ей казалось в ту минуту, что она больше никогда даже не улыбнется.

— Нет. У него куча других проблем. Мне нужно к нему, он просил.

— Адочка, послушай меня! — Мама вскочила, роняя сумку на пол и рассыпая вокруг себя мелкие вещи. — Ты же умненькая у меня! Ты же знаешь, что беду надо отгонять, а не брать на себя!

— Мам, мне надо идти. Он ждет меня.

— И ты вот так теперь всегда будешь срываться по любому зову? Зачем тебе больной человек? Ты такая молодая, ты найдешь здорового!

Ада вырвалась из рук мамы и так сильно разозлилась, что готова была ее ударить. Та, видимо, поняла это по виду и отошла назад.

— Такого, как он, я никогда не найду. А мне и не надо. Потому что такого, как с ним, у меня больше в жизни не будет. А знаешь почему? Потому что и его скоро в моей жизни больше не будет.

— Ада! Адочка! — мама причитала, как бабулька на похоронах. — Выбирай всегда себя, прошу тебя! Только себя! Иначе потеряешь!

Ада сжала руками виски и так крепко зажмурилась, что темнота перед глазами пошла звездами.

Где-то она уже слышала про выбор. Кто же говорил?!

«Тебе придется выбирать — ты или он. Не ошибись, иначе потом всю жизнь жалеть будешь». Тетя Люба, сумрачная квартира и пакетик трав в руке.

Ада открыла глаза и сказала:

— Я и выбираю себя. Уже выбрала.

Мама замерла, глядя на нее как на умалишенную. Что ж, недалеко от истины ушла. Только Ада ощущала, что лишилась половины души, которую у нее будто вырвали.

— Я вернусь не поздно, хорошо? — обойдя маму по дуге и уже застегивая ботинки, сказала она.

— Хорошо, — отозвалась мама и, как болванчик, качнула головой.

Ада взяла ключи и телефон и выскочила в подъезд. Слетев по ступенькам, она вцепилась в железную дверь и позвала ту ниточку, что еще осталась между ними. И, вдохнув аромат шалфея, толкнула дверь и вышла на улицу.

Вместо шалфея ее встретил запах дыма от костра. Горели бумага, ткань и что-то еще, что она не смогла определить.

Ада прибавила шагу и, обогнув дом, увидела Диму, который стоял у большой жестяной бочки и подбрасывал туда вещи по одной.

— Ты что творишь? — закричала она и подбежала к нему.

— Пришла, — машинально отметил он и выбросил в огонь еще страничку. С занявшейся по краям бумаги на нее смотрело собственное лицо, нарисованное карандашом.

— Как я могла не прийти?

— Вот и узнала, что в моих блокнотах, хотела же?

— Не так хотела.

Внутри было тихо. Стычка с мамой уже забылась. Осталось только острое чувство тоски, будто они с Димой прощались навсегда.

— Почему ты их жжешь?

— Не хочу, чтобы маме пришлось разбирать мои вещи после того, как Юха меня убьет.

Говорил Дима так равнодушно, как будто это уже свершилось. У Ады внутри все сжалось от этого — она ощутила его тлеющую боль как свою физическую.

— Мы что-нибудь придумаем. Скоро Леся приедет, вместе точно придумаем, — повторила Ада, сама пытаясь в это поверить, но ощущая только, как растет внутри черная дыра.

Еще один лист полетел в огонь, и Ада выхватила у Димы остаток блокнота. На каждой странице была она, и это вызвало целый рой мурашек по спине.

— Почему ты молчал? — разглаживая пальцами помятые страницы, спросила Ада. По щекам заиграло тепло, вторя такому же ощущению в груди.

— Я сказал. Только ты не так поняла.

От огня летели искры, так что Ада сделала шаг назад, потянув за собой Диму.

— И что мне с этим делать? Как дальше жить, когда ты уже собрался умирать?

В голос закрались нотки истерики, и она силой воли заглушила их. Не сейчас.

— Ты и должна жить. А таким монстрам, как я, не место на земле.

— Когда ты понял?

Дима тяжело вздохнул и наконец отвел глаза от огня. В болотных радужках будто колыхались сполохи темноты. И все равно она не могла перестать в них смотреть, будто зачарованная.

— Мне снились сны. Помнишь, как тогда с озером?

Ада кивнула, смутно припоминая его рассказ.

— Так это были не сны.

— Да. Я лунатил, не помнил, как возвращался домой. Только царапин и ран прибавлялось. Это уже потом я сложил два и два, когда стало слишком поздно.

— После медбрата?

Дима пожал плечами.

— Юха накинула размышлений, потом ты прогнала демона, а уж на лепреконше я все окончательно понял.

— Но как?! Как ты смог? — все-таки прорвалась истерика. Нахлынула волна жара, даже в голову будто ударило. — Ты же людей убил!

— Думаешь, я не знаю?! Думаешь, я хочу после такого жить? Я все им рассказал.

— Саше? — встрепенулась Ада.

— Всем. Лиля меня отпустила. Я ведь формально нашел убийцу, только вот незадача — оказался им сам.

Ада от отчаяния только взвыла. Она смахнула со щеки влагу и сжала зубы.

— И что теперь? Они за тобой придут?

— Зачем им марать руки, когда есть Юха?

И правда, ведь она сама сказала, что отсрочка небольшая.

— Должен же быть выход. — Ада в волнении наматывала круги возле бочки. Мутило все сильнее, тревога просила другого выхода.

— Какой выход? Ты о чем? Я же должен это как-то остановить. Юха права, больше нет способа.

— Есть, — вдруг остановилась Ада. И как она сразу не вспомнила! — У тебя осталось желание от химер.

— Я уже истратил его — попросил, чтобы в момент, когда мне понадобится что-то действительно важное, я это попрошу и получу.

— А разве это не тот самый момент?

Дима только хмыкнул и подбросил в огонь еще какие-то вещи.

— Да остановись ты! — вцепилась ему в руку Ада, между делом отмечая, что у него снова сбиты костяшки. От злости все слезы тут же высохли, стянув кожу на лице. — Тебе не нужно умирать! Он может умереть!

— Он как кусок моей души, ты же помнишь.

— Значит, ты убьешь его и наконец успокоишься, — резко сказала Ада, не отводя глаз. От зрительного контакта Дима как-то сжался и сбросил ее руку.

— Адель, ты все-таки очень прямолинейная. Разве можно говорить суициднику, что он имеет право себя убить? Ты же развязываешь мне руки.

— Только попробуй загадать себе безболезненную и мгновенную смерть! Тогда я вытащу тебя с того света и сама убью мучительно и жестоко! — пригрозила она, ощущая, как оттаивает что-то внутри.

— Вот теперь я тебя узнаю. А то какая-то бледная тень приехала.

И сам Дима, казалось, повеселел. От одежды несло смесью гари, курева и немытого тела, но Ада все равно уткнулась носом ему в грудь и обняла так крепко, как только смогла. Обнимая ее в ответ, он сказал:

— А вот и друг пожаловал.

«Демон», — поняла Ада. Она и сама ощутила его присутствие. Будто тень укрыла, как одеяло.

— Значит, зря я все это время от него шарахалась. Он не причинил бы мне зла.