Читать книгу 📗 Тени Казани - Шляпникова Юлия

— Триста девяносто четыре, — гадая, поймет ли он отсылку, ответила она. — Третья сверху строка.

— А кто это у нас тут фанат «Узника Азкабана»? [22] Ладно, вот что тебя ждет: «Что такое подвешивание?»

Ада вырвала у него из рук книгу и тут же скривилась.

— «Пятьдесят оттенков серого» [23], серьезно?!

Дима расхохотался так радостно, как будто шутка и впрямь удалась. Ада молча вернула книгу на полку и тоже не удержалась от смеха. Ей бы и в голову не пришло даже брать в руки этот «шедевр», тем более на нем гадать.

— Давай что-нибудь посерьезнее, — предложила она и сняла с полки «Дракулу».

— Страница триста два, вторая строка сверху.

Ада послушно открыла названную страницу и прочитала вслух:

— «Каждый из нас исполнил свой долг как нельзя лучше» [24].

Повисло неуютное молчание, которое они почему-то не решались нарушить. Как будто было в этой фразе обещание будущего.

— Не ходите туда, где есть иные создания, — раздалось из-за спины. От неожиданности Ада отскочила и налетела прямо на Диму. Томик «Дракулы» упал на пол, его подняла и отряхнула неряшливо одетая женщина. В седых волосах, убранных валиком вокруг головы, сбоку торчал красный искусственный цветок, будто украденный с похоронного венка.

— Вы тоже слышите голоса и видите иное? — Незнакомка протянула Аде книгу.

Дима забрал ее и, сглотнув, ответил:

— Видим, видим.

— Вот и я видела. А потом доктор прописал мне таблетки и сказал, что больше я их не увижу. Я и правда перестала с ними общаться, но мне так это надоело, что я выкинула таблетки. И вот иные существа снова рядом со мной!

Ада напряглась. То, что осень — время сезонного обострения, вспомнилось как нельзя кстати. Дима тоже выглядел напуганным, он кое-как запихнул книгу на место и, схватив Аду за руку, потащил к выходу.

— Куда вы, детишки? — закричала на весь магазин женщина. — За вами беда ходит! Я знаю, как ее отвести!

Расталкивая людей у кассы, Дима и Ада выскочили из магазина как ошпаренные. Охранник сначала бросился за ними, решив, что они что-то украли, но рамки остались молчать, так что он затормозил у выхода.

— Пошли скорее отсюда, — пробираясь к эскалатору, выпалил Дима, и Ада согласно закивала.

Оглянувшись, они поняли, что женщина не стала за ними бежать, так что на эскалаторе дружно выдохнули.

— Я так боюсь сумасшедших, ты бы знала! — поделился Дима, и Ада ощутила, как его потряхивает. Сочувственно сжав ладонь парня, она попыталась улыбнуться, но слова женщины не шли из головы.

«Получается, она говорила нам не идти на сходку? Чушь какая!»

Она ни на минуту не верила, что там и правда будут убыры или оборотни. Несмотря на утреннюю встречу с феей и рассказы Димы, она все еще не до конца верила в существование иного мира. И встреча на Сковородке казалась ей просто знакомством с новой компанией — от ожидания потряхивало, но не больше, чем обычно.

Дима, немного успокоившись к первому этажу торгового центра, сказал:

— Ну что, на Сковородку?

Ада кивнула, и они направились к выходу из «Кольца».

[22] Ада делает отсылку к сцене из книги и фильма «Гарри Поттер и узник Азкабана», когда профессор Снейп ведет урок вместо профессора Люпина и, по совпадению, разбирает с классом тему оборотней.

[21] ТЦ «Кольцо» — торговый центр, расположенный в центре Казани, на пересечении улиц Баумана и Петербургской. Открыт в 2006 году, является одной из самых известных торговых площадок города.

[24] Стокер Б. Дракула / Пер. с англ. Н. Сандровой, В. Смирновой. — М.: Алгоритм, 2023. — С. 277.

[23] Джеймс Э. Л. Пятьдесят оттенков серого / Пер. с англ. Т. Китаиной, М. Клеветенко, И. Метлицкой. — М.: Эксмо, 2013. — С. 235.

[18] Мем про 3 сентября, основанный на песне Михаила Шуфутинского (1993), по легенде, появился в Рунете в 2011 году и быстро стал символом ироничной сентябрьской тоски.

[20] Символ «А» в круге изначально использовался анархистами, в 1970-х годах стал более известен с развитием панк-движения. Дима поддерживает оба значения символа.

[19] Здесь и далее приводятся авторские стихотворения.

I thought of a story

And rushed to reach the end

Too soon [25].

The Cure, Primary

Над городом опустился сентябрьский вечер, и где-то в районе Кремля повисла толстобрюхая туча, обещающая дождь в ночи. Ада держалась по правую руку от Димы и весь подъем к Сковородке думала только о том, как ее примет новая компания. Школьная история с бойкотом в седьмом классе еще не совсем забылась, поэтому тревога не отпускала. От одного только воспоминания о том, каково это было, желудок до сих пор сжимался в крошечную изюмину.

Дима же бодро болтал о том, как планирует на зимних каникулах один махнуть в Питер, где у него жили друзья. Ей казалось, что Дима совсем не замечает ее состояния, пока на углу он не остановился так резко, что Ада даже споткнулась.

— Адель, ты не переживай так, ладно? Там все свои, Леся обещала подойти, так что я вас заодно и познакомлю.

От упоминания Леси стало совсем тоскливо.

К счастью, погрузиться в свои переживания Ада не успела, потому что они наконец поднялись к Сковородке.

На расположившихся полукругом скамейках собралась довольно большая компания, с виду сплошь из неформалов. Ада заметила и таких же, как Дима, панков, и парочку ребят в розово-черных полосатых прикидах, и хиппи, и даже девочек в нэко-ушках. Настолько разношерстной компании она не встречала никогда в жизни.

Неосознанно она придвинулась к Диме, почти касаясь его плеча.

— Вот видишь, — сказал он, словно не поняв ее движения, — все уже собрались. Только нас ждут.

Ада судорожно сглотнула.

От компании отделилась светловолосая девушка — та самая, с которой Дима обнимался у метро, — и с разбегу кинулась ему на шею. Не обратив никакого внимания на то, что он пришел не один, она запечатлела на его губах такой крепкий поцелуй, что он слегка покачнулся.

— Адель, это Леся, — наконец отцепив от себя девушку, сказал Дима.

Леся едва окинула Аду взглядом и бросила:

— Привет!

Ада молча кивнула, понимая, что о ее существовании тут же забыли.

На соседней скамейке сидели незнакомая девушка в джинсах и рубашке с традиционной татарской вышивкой и… Саша! Она совсем не изменила своему хипповскому стилю.

Аду поразило, как много было вокруг ребят в одежде с национальными элементами — не только татарскими, но и марийскими, чувашскими, русскими. Как будто у них была своя мода, не подчиняющаяся времени и массмаркету.

А еще с виду они все казались одинаково молодыми, и мелькнула мысль: а так ли это на самом деле? Ведь, если Дима говорил правду, в этой толпе могли быть и бессмертные существа.

— Привет! Рада, что и ты здесь! — сказала она, садясь недалеко от Саши.

Та бросила на нее рассеянный взгляд и кивнула. Явно не узнала, хотя сегодня они сидели в аудитории не так далеко друг от друга.

— Привет! — воскликнула девушка в вышитой рубашке. — Я Лиля, а ты?

— Ада, — отозвалась она и скинула сумку на скамейку.

— Приятно познакомиться, — широко улыбнулась Лиля, обнажив острые клыки. Аду тут же посетила догадка, которую подтвердил Дима, плюхнувшийся рядом.

— О, и Саша тут, привет! — сказал он, приобнимая Лесю, тут же свернувшуюся клубком под его рукой. — Я тебе про Лилю рассказывал.

Ада, прикрыв сумкой задрожавшие то ли от холода, то ли от внезапного страха коленки, ахнула. Она завороженно разглядывала лицо Лили, чуть изменившееся из-за клыков, и наконец воскликнула: