Читать книгу 📗 Всадник на белом коне. Трилогия (СИ) - Морозевич Юрий В.

Он поднял пистолет и, тщательно выбрав место на гладкой стене, выстрелил. Гарпун унесся прочь, волоча за собой веревку, разматывавшуюся с ошеломляющей скоростью. Беззвучный удар о скалу... Эллингхаузер подергал свободный конец веревки: судя по всему, гарпун закрепился намертво. Тогда он привязал трос к специальной скобе у самого края люка и повернулся к Эмери.

— Я пошел, — сказал он.

Эмери промолчала, хмуро наблюдая за его приготовлениями. Идея высадки на неизвестный каменистый склон не слишком ей нравилась, а уж о полете над пропастью и вообще говорить нечего. Тем не менее, она прекрасно понимала мотивы, которыми руководствовался спутник: прояснить ситуацию до конца просто необходимо, потому что рано или поздно придет пора действовать, а это всегда лучше делать с открытыми глазами.

— Капитан! — в наушниках внезапно прозвучал голос Далтона. — Есть какие-нибудь результаты? А то мы здесь в полном неведении.

— Прямо перед нами скала с небольшим каменным козырьком, — ответил Эллингхаузер. — Я как раз намереваюсь совершить небольшую вылазку.

— Ага... понятно. Что ж, удачи.

— Как продвигается ремонт?

— Радиокомплекс в целом работоспособен, — чуть помедлив, ответил Далтон. — Однако пока выдает сплошной белый шум. Проблема, скорее всего, в антенне, но для этого мне придется выйти наружу. Заодно посмотрю, что там с видеотекторами.

— Хорошо, даю добро. Только после нашей с Эмери высадки. Конец связи.

Он пристегнул карабин к туго натянутому тросу, еще раз взглянул в глаза молчаливого медиколога и шагнул за обрез люка.

Дальнейшего не ожидал никто, даже он сам.

Мягкая, однако совершенно непреодолимая сила развернула его на девяносто градусов, в результате чего лицо за керамлитовым забралом шлема оказалось обращено прямо в пропасть, где по-прежнему клубились загадочные зеленые облака. Мгновенный приступ головокружения, и капитан обнаружил себя стоящим на внешней обшивке корабля, а слабо освещенный люк и встревоженная Эмери оказались у него прямо под ногами.

— Капитан! — крикнула она. — Что происходит?

— Ничего страшного, — неуверенно ответил Эллингхаузер. — Хотя и довольно эффектно... Просто снаружи вектор гравитации почему-то направлен совсем в другую сторону, нежели внутри.

Он поднял голову вверх. Черная скала с заветным уступом теперь находилась у него прямо над головой, и это было невозможно и дико.

— Кажется, теперь мне придется карабкаться прямо в зенит, — сказал он.

— Может быть, стоит вернуться? — предложила Эмери. Голос ее заметно дрожал.

— Ну уж нет, — твердо заявил капитан. — Ты же знаешь, десантники не сдаются.

Он обхватил трос руками и попробовал подтянуться. К его удивлению, довольно средний по силе рывок привел к потрясающему результату: капитан воспарил над внезапно провалившимся вниз кораблем и с небольшим, но прекрасно ощутимым ускорением помчался навстречу черной скале.

«Не влететь бы в нее головой со всего размаху,» — в приступе легкой паники подумал он, изо всех сил пытаясь развернуться.

В конце концов ему это удалось, хотя и ценой немалых усилий. Ноги оказались повернуты в нужную сторону, и тем не менее при посадке он довольно чувствительно стукнулся плечом о жесткий камень.

Эмери, конечно же, услышала болезненный вздох, потому что встревоженно спросила:

— Капитан! У вас все в порядке?

— Да... Ох, черт меня побери! Вот это полет!

— Я не верю своим глазам. Просто акробатика какая-то. Как вам удалось?..

— Сам не знаю. Говорю же, гравитационные аномалии... или пространственные. Для нас, впрочем, никакой существенной разницы. Думаю, смог бы перепрыгнуть эту пропасть и без всякой страховки. Хочешь попробовать?

— Нет уж... я лучше по-старинке, как вы.

— Давай, я тебя поймаю.

Эмери Паркс выбралась из люка, развернувшись при этом головой в сторону ожидавшего напарника, аккуратно пристегнулась карабином к натянутому тросу и подпрыгнула, в точности повторив стремительный полет над пропастью. Правда, взвизгнув при этом чисто по-девичьи. Несколько мгновений, и она оказалась в объятиях Эллингхаузера.

— Господи, как же я испугалась, — едва отдышавшись, произнесла она, глядя на капитана широко открытыми глазами. — Наверное, мы сошли с ума, раз решились на подобную авантюру. А если бы упали в пропасть?

— Но я же Пауль-везунчик, — ухмыльнулся Эллингхаузер. — А значит, ничего плохого произойти с нами не может. Видишь? Даже «Леопард», угодивший в коварную ловушку, все-таки уцелел... да и мы еще живы. Так что смотри в будущее веселей! Поверь, все будет в порядке!

— Ох, — в голосе Эмери слышалось явное сомнение. — Хотелось бы верить.

— Думаю, самое время пойти и внимательно посмотреть, что на самом деле у нас с кораблем, — капитан отстегнул карабины. — Вот тогда и станем решать, предаваться унынию или совсем даже наоборот. Идем.

Они пересекли карниз, резко задиравшийся вверх с левой стороны и круто спускавшийся вниз справа, и остановились на краю пропасти. Их взглядам предстало удивительное зрелище.

— Далтон, — позвал Эллингхаузер, — Капитан на связи.

— Слушаю.

— Мы с Эмери совершили вылазку на поверхность. «Леопард» перед нами как на ладони. Итак, ситуация такова... Корабль висит безо всякой опоры над глубокой пропастью. Дна ее рассмотреть не удалось, зато прекрасно различимы непонятные зеленые облака, затянувшие все доступное взгляду пространство. Носовую часть рейдера видно плохо, но можно заявить определенно: от нее к скалам протянулось множество ярко блестящих нитей... похоже, металлических. Ну, что-то вроде паутины... или нет, не так. Детский воздушный шарик представляешь?

— Представляю, — угрюмо ответил Далтон.

— Так вот, наш рейдер — как тот самый шарик, привязанный к скалам, чтобы не улетел. Только нить не одна, а их много...

— Постойте, постойте... — немного растерянно произнес радист. — Я не понял, что значит «корабль висит»?

— То и означает, в самом прямом смысле. Говорю же — как воздушный шарик или дирижабль. Не спрашивай меня, почему или как такое может быть. Не знаю. Наверное, локальная гравитационная аномалия. Думаю, ее природа для нас вообще не важна, тем более сейчас. Строить гипотезы можно будет и после, когда закончим ремонт и наконец-то уберемся отсюда. Кстати, о ремонте: шлюз свободен, можешь выходить. Только имей в виду — на обшивке корабля вектор гравитации направлен к продольной оси, так что будь осторожен.

— Понял, — буркнул Далтон. — Этим меня не проймешь, и не такое видали. Конец связи.

«Ну, такое ты вряд ли видал, — подумал Эллингхаузер. — Хотя не спорю, всякое мы с тобой испытали, в каких только передрягах ни побывали. Но чтобы вот так... Это впервые.»

Он повернулся к Эмери.

— Пойдем посмотрим, что там за металл. Вдруг и вправду наш телемонитор.

Десантники осторожно спустились вниз по склону и остановились на ровной площадке рядом с теми самыми валунами.

«Та-ак... — подумал Эллингхаузер. — Почему-то я даже не удивлен.»

С первого взгляда стало понятно, что, конечно же, никакой это не телемонитор. И вообще, ярко блестевшее в лучах нашлемных фонарей образование явно не имело отношения к чему-либо, изготовленному человеческими руками. Более всего загадочный артефакт напоминал выпуклое зеркало метров полутора в диаметре... или около того, расположившееся прямо на усеянной мелким щебнем каменной поверхности. Форма правильного круга почему-то навевала мысли об искусственном происхождении, хотя в природе подобное вовсе не редкость.

— Никогда не видела ничего похожего, — заявила Эмери, склоняясь над загадочным объектом, чтобы рассмотреть поближе. В глубине «зеркала» тут же всплыло ее искаженное отражение. — Словно чаша, наполненная жидким металлом.

— Ртутью, — отозвался Эллингхаузер.

— Почему ртутью?

— Не знаю. Наверное, потому, что жидкий металл обычно ассоциируется с чем-то горячим, даже раскаленным, а тут... Впечатление такое, будто эта штука холодная, невообразимо холодная. А холодный расплав — прежде всего именно ртуть. Ну, как-то так...