Читать книгу 📗 Найденные судьбы (СИ) - Зауэр Елена

— Ты воду-то зазря не лей, — прозвучал над ухом сварливый голос Меланьи, я и не услышала, как она подошла ко мне, — ополоснула руки, и отходи.

— А вытирать чем? — спросила я, про мыло решила не спрашивать, в поле зрения оно не наблюдалось, а значит, его не изобрели ещё. Меланья и так после слов про рецепт смотрит на меня подозрительно.

— Дык, вон тряпица-то, — мачеха показала на какую-то не первой свежести тряпку, мотавшуюся на гвоздике.

Я осторожно взяла её в руки, тряпка оказалась чистой, пахнувшей какими-то травами, просто вид уже имела совсем затасканный.

— Да, не эту, дурёха, этой папаша твой после конюшни руки вытирает, — Меланья забрала у меня тряпицу, вернула её на место, сняла с другого гвоздя длинный лоскут с красивой вышивкой и подала его мне со словами. — Странная ты всё-таки сегодня, Марьяна. Не пойму я, что с тобой сделалось! А мне ведь за тебя перед Афанасием ответ держать, что я ему скажу?

Я опустила голову. Ну, что я могла ей ответить? Я уже всё про себя им с бабулькой рассказала. А они не поверили. Да я бы тоже сама себе не поверила. Можно сказаться больной на голову, но не известно, как тут психов лечат. А то прибьют по-тихому, да прикопают, от греха подальше. Меланья вроде что-то про жениха говорила, с которому папаша Марьянин договорился дочку в жёны отдать. А тут стыд-то какой, у дочки кукушка поехала. Нет, ненормальной притворяться – не вариант.

— А может, ты меня назад к тётке отправишь? — спросила я первое, что пришло на ум. — Погостить недолго.

А что, неплохое решение проблемы. Пока это папаша приедет оттуда, где он сейчас находится, пока до тётки доберётся, чтобы меня назад забрать. Я за это время уже что-нибудь да придумаю. Или тётка посоветует, как быть.

— Ишь чего удумала, — воскликнула Меланья. — Мамань, слышь, чего твоя внучка предлагает?

Мачеха схватила меня за шкирку и потащила назад в горницу.

— Ну, чего она ещё там учудила? — поинтересовалась старуха, не отрываясь от шитья.

Меланья усадила меня рядом, сунула в руки иголку с ниткой и чью-то рубаху.

— К тётке своей погостить просится! А! — возмущённо воскликнула она. — Не нагостилася там за все эти годы! Плохо ей с нами живётся! Неблагодарная!

— Скучает девка просто, — ответила бабка Меланье, — ты бы что не скучала, кабы тебя из родного дома увезли?

— Да я бы сбежала, — быстро проговорила мачеха и заткнулась, поняла, похоже, что ляпнула не подумавши.

Я бы тоже сбежала, если бы знала, куда бежать.

Глава 9. Марина.

Хотя, почему это я не знаю, куда бежать. Откуда там папаня Марьяну, то бишь меня, привёз? Из Ухарей, вроде бы? Значит, тётка моя там осталась. Вот туда я и пойду. А дорогу по указателям найду или по карте. Есть же у них здесь какие-нибудь карты. Должны быть, иначе как они на местности ориентируются. Не по памяти же?

— Ты чего натворила? — вывел меня из раздумий окрик мачехи.

— Ничего я не творила, — ответила я, но увидев плод своего шитья, поняла, что по головке меня сейчас не погладят. Зашивая дырку под мышкой, я умудрилась зашить и рукав с горловиной.

— Маменька, эта поганка любимую княжью рубашку испортила! — запричитала Меланья. — Как я её теперь Ивану отдам?

— А нечего было девке эту рубашку вообще давать, — спокойно проговорила старуха, — дала бы ей другую чью, а княжьи сама штопай.

— Да, кабы я знала, что она такое учудит! — не успокаивалась Меланья. — Давеча она ж всё ладно зашивала и хлеба выпекала, а сегодня как подменили девку!

В точку, подменили! Я уже хотела было поддакнуть и уже открыла рот, но старуха меня опередила.

— Ты чего несёшь, Меланья? — прошипела она. — Закрой рот, пока беду на нас не навлекла. Или ты хочешь, чтобы нас в ведовстве обвинили?

Меланья вылупилась на старуху и ненадолго заткнулась. А я раздумала пока говорить, послушаю, что там с этим ведовством не так. Не зря же старуха переполошилась.

— А почему именно нас в ведовстве обвинить могут, маманя? — прошептала Меланья с испугом. — Мы ж ничего не делали.

— Вот именно, не делали, — проговорила бабка, — но завистников у нас много! Услышат твои слова про Марьяну и князю донесут! Думаешь, он посмотрит, что ты сестра его молочная при таковых-то обвинениях? Мигом на костёр оправит всех троих, даже разбираться не будет.

— Но я ему всё объяснить смогу, — проговорила Меланья неуверенно, — он послушает меня.

— Как же, послушает! — покачала головой старуха. — А то ты не помнишь, что тут было после гибели княгинюшки!

Да, дела! Я поёжилась от услышанного. И как тут быть. Признаться, что я подменыш? Или молчать в тряпочку и попытаться сбежать? Выбор не большой. И при любом раскладе перспективы у меня сомнительные. Я же не Марьяна, а значит, могу себя выдать в любой момент. Как же быть? Как же быть?

Наверное, нужно сначала узнать, что с княгиней случилось. Марьяна ведь этого по идее знать не должна, она же только недавно в Веренеево приехала. Или должна? Нет, она молода слишком. А Меланья говорила, что сына князь один воспитывал, значит, княгиня погибла, когда тот ребенком был. И Марьяна тогда ребёнком была, а она, кажется, моложе княжича, значит, эта информация должна была мимо неё пройти.

— А что с княгиней случилось, бабушка? — спросила я, теребя в руках своё рукоделие.

— Ох, Марьянушка, об этом тебе лучше не знать, — ответила старушка и погладила меня по голове, — давай лучше твою оплошность исправим.

Она взяла князеву рубашку и со вздохом принялась аккуратно распарывать швы. Ну, что могу сказать, шила я на совесть. По краю воротника красовались дырки, небольшие, но невооружённым глазом заметные. И по линии оката рукава тоже.

— Да, такое не скроешь, — проговорила Меланья.

— Даже после стирки дырки останутся, — согласилась с ней старуха.

— А, может, орнамент какой вышить можно? — несмело предложила я.

Обе женщины повернули головы в мою сторону. В глазах читалось непонимание и даже какой-то страх. Видно, я что-то не то ляпнула. Но что? Что их так испугало. Ведь вышивка на одежде есть, да ещё какая причудливая.

— Какой-такой орнамент, Марьянушка? — спросила бабка. — О чём ты баешь?

— Узор, бабушка, узор какой-нибудь, — дошло до меня, слово орнамент для них непонятное. Вот же ё-прст, и сколько ещё таких словечек я произнесу до того, как меня на костёр отправят? Наверное, лучше сбежать отсюда подальше. А можно прикинуться немой. Говорила, говорила, а потом головой ударилась и онемела? У кого бы совета спросить?

— Ах ты про узор говоришь, милая? — переспросила бабка и радостно добавила. — Точно, Меланья, узор вот тут пустить можно!

— Узор? — Меланья с сомнением посмотрела на рубашку. — Князь сразу заметит. Рубашка-то любимая! Её ему сама княгиня шила - расшивала.

И тут я вспомнила, что как-то мне в ВК попадался видосик как раз про такие дырки. Выскочил, как реклама, а я заинтересовалась и посмотрела, тем более, что он был короткий.

— Дайте как мне рубашку сюда, — попросила я. — Я попробую дырки убрать.

— Ещё чего, — прижала её к груди Меланья, — совсем испортить всё хочешь?

— Дай, Меланья, дай, — заступилась за меня старуха, — может и получится чего путного у девчонки?

— Да, чего у неё получится-то, маманя? — проворчала Меланья, но рубашку отдала.

А я немного намочила место с дырками водой, натянула ткань и стала ногтем осторожно проглаживать по следам иглы. Сначала дырки исчезать не хотели, тогда я смочила ткань побольше и стала тереть активнее.

— Пропадают дырки-то, Меланья! Пропадают! — восхитилась старуха.

— Ты смотрит-ко, — подошла поближе Меланья, — и правда исчезли почти все! Ай да, Марьяна! Это тебя тётка такой хитрости научила?

Я кивнула. Что мне ещё оставалось делать.

Глава 10. Марьяна.

— Ой, а мы к Вам с Самойловой собирались! — пропела Краснова и потащила меня к дверям.

— Зачем? — удивлённо посмотрела на нас тётя Катя.