Читать книгу 📗 Разбитые песочные часы (ЛП) - Борн Дж. Л.

Хэ Вэй говорил на очень ломаном английском и порой невольно развлекал остальных политически некорректными шутками. До назначения в Арктику он был гражданином Китая и подал заявление на получение гражданства США. Он добровольно отправился на Заставу-4, чтобы ускорить рассмотрение заявки. Ускоренное получение гражданства было одним из стимулов участия в тяжёлых американских арктических исследовательских программах.

Все звали его «Кунг-фу», или просто Кунг, — из-за заметного сходства с Брюсом Ли.

Хотя Крусоу, Марк и Кунг провели последние месяцы бок о бок с Ларри и Бретом — в комплексе, едва превышавшем размерами современную космическую станцию, — они знали о них немногое, кроме того, что оба были военными и входили в состав миссии ещё до того, как «всё полетело ко льду».

Многие американские оперативники, пережившие восстание нежити, подозревали, что по всему миру существуют сотни секретных объектов, замаскированных под научные станции. До падения человечества Застава-4 официально занималась бурением ледяных кернов, как и другие арктические базы, принадлежавшие десяткам стран.

Ларри и Брет никогда не обсуждали свой военный статус, однако их стрижки и манера поведения выдавали их сразу. Как и прочие «свежие пополнения», новые сотрудники прибывали вне сезона зимовки на модифицированном самолёте C-17. Лица менялись, но повадки оставались прежними.

Теперь Ларри был серьёзно болен, и его состояние ухудшалось уже несколько недель. Марк подозревал тяжёлую пневмонию. На лечение ушла половина оставшихся антибиотиков, но без заметного результата. Большую часть времени Ларри едва держался на ногах, и Брет помогал ему передвигаться по станции. По крайней мере, он оставался достаточно сознательным, чтобы носить маску.

Остальные не могли рисковать заражением — особенно Крусоу. Если бы он выбыл из строя, все они, скорее всего, замёрзли бы насмерть менее чем за восемнадцать часов. Именно он поддерживал работу генераторов и каким-то образом производил примитивное биотопливо из остатков химикатов и пищевых жиров.

Он явно не относился к категории расходного материала.

• • •

— Ладно, спасибо, что пришли, — сказал Крусоу. — Перейду сразу к делу: мы установили контакт.

— С кем? — резко спросил Брет.

— С «Джорджем Вашингтоном».

— Нас, чёрт возьми, спасут! — воскликнул Ларри, закашлявшись в маску.

Крусоу покачал головой:

— Не совсем. Они находятся в Мексиканском заливе и не смогут добраться сюда, даже если захотят. Мы на тихоокеанской стороне Полярного круга. Даже весной и при наличии ледокола это заняло бы слишком много времени. К тому моменту у нас закончатся припасы, и мы буквально превратимся в ледяные статуи. Поэтому нам нужно разрабатывать запасные планы.

Ларри снова закашлялся, после чего сменил маску.

— Какие ещё планы? Мы здесь как на марсианской базе. Без эвакуации через месяц-два замёрзнем.

— Возможно. Но сдаваться я не собираюсь, — ответил Крусоу, чуть повысив голос. Затем он успокоился. — У нас мало топлива, но у меня есть план.

— Мы слушаем, — сказал Брет.

— Я переоборудовал Сноукэт для работы на биодизеле. Это позволит использовать остатки обычного топлива для поддержания минимальной температуры — около пятидесяти градусов по Фаренгейту, то есть примерно +10 °C. Нам придётся спать в зимней экипировке и начать изолировать внешние секции комплекса. Сейчас мы рассредоточены, а это съедает энергию. Ларри, вы с Бретом перебираетесь в жилой модуль и герметизируете свои зоны.

— Постой! Почему именно мы должны переезжать? — вспылил Брет.

— Потому что иначе вы замёрзнете. Я контролирую тепло, свет и энергоснабжение. Через сорок восемь часов ваши секции будут отключены. Ничего личного. Мне нужно быть рядом с оборудованием, и я не собираюсь переселяться в военный отсек к вашему «железному лёгкому».

Ответа не последовало. Оба военных понимали ситуацию.

После паузы Ларри спросил:

— Биодизеля меньше, чем обычного топлива. Где ты возьмёшь сырьё?

Крусоу тяжело выдохнул:

— Вот здесь начинается самая неприятная часть. До сих пор мы использовали старое растительное масло. Оно заканчивается. Думаю, я нашёл другой источник жира — достаточно, чтобы «Сноу-кэт» прошёл около сотни миль по льду и, возможно, вывел нас в зону радиосвязи.

Брет перебил:

— Если речь о собаках —

— Нет. Собак мы не трогаем, — резко сказал Крусоу. — Жира в них недостаточно.

— Тогда что? — спросил Ларри.

Крусоу выдержал паузу.

— Нам придётся спуститься в ущелье… и встретиться со старыми друзьями. Некоторые из них были довольно упитанными. Их тела замёрзли и хорошо сохранились. Внизу может лежать несколько сотен фунтов жира — примерно сто тридцать шесть килограммов. Этого хватит, чтобы выбраться отсюда.

— Ты спятил, — тихо сказал Ларри.

— Возможно. Но если у тебя есть лучший способ запустить генераторы и вывезти нас с этого ледяного шельфа — говори. И давай честно: ты слишком слаб, чтобы спуститься туда. Спуск больше двухсот футов почти отвесный. Нам нужны двое внизу и двое наверху с собаками, чтобы вытягивать тела.

Все молчали.

Крусоу не дал времени на раздумья:

— Ну что ж. Кто из вас, мерзавцев, идёт со мной?

• • •

За неделю до прибытия на Оаху

Мы с Сайеном наконец освоились с распорядком жизни на подводной лодке. Разобрались в иерархии привилегий. У меня уже были «морские ноги», но служба на подлодке — это совершенно другая культура.

Я помогаю в радиорубке — главным образом из корыстных побуждений. Пользуясь доступом, я отправил сообщения на «Джордж Вашингтон» и передал семье в «Отель 23», что со мной всё в порядке. Пока никто не возражал.

Последнее сообщение от Джона:

«Тара шлёт любовь».

Всего три слова — но даже такие короткие вести значат очень много. Я отсутствую меньше двух недель, однако кажется, будто прошли месяцы. Без электронной почты общение снова стало личным и ценным.

Интересно, сколько представителей «поколения я» погибло во время вспышки, проверяя сигнал смартфона или выкладывая обновления в соцсети?

Наверное, что-то вроде:

ОМГ, они выламывают дверь!

Какими бы эгоцентричными ни были эти ребята, мне всё равно жаль, что они не выжили. Хотя, признаться, с начала всего этого я отправил обратно в землю немало тварей в узких джинсах.

Несколько дней назад капитан посвятил меня в детали операции на Оаху. Подробности меня не удивили — только уровень риска ради весьма ограниченного результата.

По данным разведки, ядерный удар по Гонолулу полностью уничтожил город и прилегающие районы.

Ларсен слишком оптимистично считает, что удар оказался эффективнее против нежити, чем на материке. Он полагает, что основная масса тварей находилась в городе в момент детонации. По моему мнению, это опасно самоуверенная оценка.

Он капитан лодки. Я — приглашённый консультант. Но молчать я не стал.

Лично я считаю, что китайского переводчика следует оставить на борту и использовать его для работы с системой радиоразведки. Потерять специалиста на острове — слишком высокий риск.

Кроме того, нет гарантии, что системы Кунии вообще функционируют после отключения энергоснабжения Гавайев. Комплекс может быть затоплен, разрушен или заполнен облучённой нежитью.

Мы узнаем это только после высадки.

План, который я пока не готов одобрить.

________________________________________

Физические показатели

Максимум подтягиваний: 5

Отжимания: 65

Беговая дорожка, 1,5 мили (≈2,4 км): 11 минут 15 секунд

Надеюсь, беговая дорожка продолжит работать.

Я слишком привык бегать ради тренировки, а не ради выживания.

ГЛАВА 21

Юго-Восточный Техас