Читать книгу 📗 Плотоядный: Вожделение плоти (ЛП) - Хертс А. К. » Страница 3

Мы переспали, и не могу сказать, что он принуждал меня к этому. Он был прекрасным любовником, чутким, нежным. Когда он кончил, он укусил меня в шею, как это делают вампиры в кино. Было адски больно. Вскоре после этого он отвел меня в подвал, где находятся так называемые апартаменты для его гостей. С тех пор я заперта здесь.

Комната вполне роскошная. На площади примерно три на четыре метра размещено все необходимое для жизни. Кровать служит местом для отдыха в течение дня. Есть откидной стол, приделанный к стене, который можно совсем убрать. В задней части есть туалет и душ. В шкафу, который всегда заперт, хранятся туалетные принадлежности и средства личной гигиены. Он может сделать эти вещи доступными для нас с помощью дистанционного управления. В определенное время нам разрешается ухаживать за собой, в другое мы должны убирать наши комнаты, в третье - он дает нам поесть. Еда подается через шлюз. Он кладет ее в отсек со своей стороны, а мы можем забрать ее с другой, как только он откроет замок. Здесь вообще все очень хорошо продумано. Дверь, которую также может открыть только он, ведет в спортивный зал. Он позволяет нам по одному, пользоваться велотренажером, беговой дорожкой или степпером. Хочет, чтобы мы тренировали свои тела, чтобы наши мышцы оставались красивыми и упругими для него. Почему мы подчиняемся ему? Я бы сказала, из чистого страха. Наказания за непослушание, мягко говоря, суровы.

Передняя часть наших камер может быть закрыта решетками, панелями из бронированного стекла или ширмой для уединения. За исключением решеток, все стены еще и звукоизолированы. Но каждый раз, когда он забирает одного из нас, он заставляет остальных смотреть, чтобы они знали, что их ждет. При этом он не убивает направо и налево, а часто забирает себе только части тела. Молодому парню в трех комнатах от меня несколько дней назад ампутировали ногу выше колена! Я много раз видела, как он вырезал языки. Насколько я могу судить, руки - его вторая любимая часть тела. Каждый раз, когда он приносит нам что-нибудь поесть, я задаюсь вопросом, откуда берется мясо. Я какое-то время пыталась отказаться от еды, но он засунул мне в горло трубку и кормил так. Каждый раз, когда он приходил ко мне в комнату с пластиковой трубкой в руках, он спрашивал меня, не хочу ли я поесть сама. В конце концов я сдалась. Процедура была настолько унизительной и болезненной, что я перестала сопротивляться и снова начала есть самостоятельно.

В распоряжении Мясника есть две комнаты, которые он может скрыть от нас с помощью защитных экранов. Одна комната напоминает операционную. Там он проводит ампутации. Вторая комната - это кухня, оборудованная по последнему слову техники, о некоторых аппаратах я не имею ни малейшего представления. Он часто проводит там время, но редко позволяет нам наблюдать. Когда решетки не закрыты стеклом, можно чувствовать запахи готовящейся еды или мелодичное жужжание приборов. Он отлично готовит. Еда очень вкусная, даже тот суп, который мне выдается уже несколько дней.

Около месяца назад он вставил в мою яремную вену иглу с тонкой пластиковой трубкой. Когда ему хочется, он пьет из нее. Никто не может представить, как это отвратительно - слышать, как он сосет и глотает, и видеть, как он облизывает губы в конце. Раньше он говорил мне комплименты по поводу того, какая изысканная на вкус моя кровь. Теперь трубка отсоединена уже несколько дней. Он что-то замышляет, я это чувствую. Как он смотрит на меня в последнее время! Наверное, он уже обдумывает, что будет делать с моим телом, с моей плотью.

Виктор

По дороге домой беспокойство неуклонно нарастает. Йонас, молодой человек из клуба затуманил мои чувства. Я представляю, каково это - взять его. Интересно, каково мне будет погрузиться в него? Будет ли он кричать? Может быть, ему это даже понравится? Возможно, я даже смогу доставить ему удовольствие, если буду делать это осторожно. Я бы очень хотел попробовать. Насколько ему будет стыдно, если мужчина доведет его до оргазма? Глядя на него, я поняла, что он позволил бы мне поцеловать его, хотя и считает, что он не гей. Людям всегда приходится принимать решения. Мне одинаково нравятся представители обоих полов. Мне нравятся женские изгибы так же, как и крепкие мужские мускулы.

Я должен решить что-то с Ниной. Моей маленькой уборщицей, моим мясом на ближайшие дни. Сегодня я просто возьму ее руки. Эти тонкие пальчики манят меня с тех пор, как я впервые их увидел. Во время собеседования ее руки непринужденно лежали у нее на коленях, и я все время мог думать только о том, как отрежу их, запанирую и приготовил во фритюрнице. Сгрызать мясо с костей - это всегда особое удовольствие, которому я уделяю много времени. Хорошее вино, камин, возможно, даже сама хозяйка деликатесов, расположенная на меху перед огнем. Она могла бы смотреть, как я ужинаю, потом я мог бы еще немного поразвлечься с ней и, наконец, завтра зарезать ее окончательно. Да, звучит неплохо. Именно это я и собираюсь сделать. Без рук она всего лишь обуза, не сможет убираться за собой, не сможет содержать в чистоте свой номер. Кроме того, мне нужно место для моего нового друга, для Йонаса, который еще не подозревает, каким будет его будущее. Все мои мысли о нем, я укладываю его в постель, укрываю одеялом, нежно целую, глажу, чтобы он заснул. Ну а что? Я тоже испытываю потребность в нежности.

На ум приходят мягкие маленькие груди Нины. Я часто брал их в рот и игриво покусывал, представляя, как отрезаю их от тела острым ножом и обжариваю на сковороде с небольшим количеством оливкового масла первого отжима.

На мой взгляд, женская грудь очень переоценена. По большей части состоит из жировой ткани. Чтобы придать вкус, нужно уметь хорошо приправить и обжарить жир. Поскольку я уже много лет занимаюсь приготовлением только человеческого мяса, я могу превратить эти вторичные половые признаки во вкусную еду. Возможно, я даже позволю некоторым из моих гостей отведать ее.

Кевин 

Этот урод отрезал мне ногу! Я до сих пор не могу в это поверить, но когда смотрю вниз, вижу, что не хватает целого куска. А если точно – от моей правой ноги осталось только бедро. Боль такая, что хочется выпрыгнуть из окна, чтобы ее прекратить, но выхода из этого ада нет.

Когда он привязал меня к кушетке и включил эту маленькую электрическую пилу, я попросту вырубился. Он заранее предупредил меня, что не может меня обезболить, потому что иначе мясо станет несъедобным. По той же причине он сейчас не дает мне никаких болеутоляющих. Когда он пришел осмотреть рану, я не спал, но от боли темнело в глазах. Он сказал, что ему настолько понравился стейк, который он вырезал из моей икры и поджарил, что скоро он захочет от меня еще. Слушать такое - уже настоящая пытка, но потом он меня еще и поцеловал! Это было так отвратительно! Мне бы надо было плюнуть ему в морду, но от шока впал в какой-то ступор.

Есть я сейчас не могу, поэтому мне делают капельницы, как в больнице. Он привязал мою руку с воткнутой в нее иглой, но я мог бы вырвать ее другой, свободной. Только вот зачем мне рисковать, и навлекать на себя неприятности? Чтобы он и руку мне отрезал? О, Боже, какая же это больная свинья! У меня в члене катетер! Я не помню, как он его мне вставлял, но он горит, и мне кажется, что я умираю, что в общем-то так и есть. Надеюсь, в следующий раз он убьет меня, а не изуродует еще больше и не оставит наедине с болью.

Я могу видеть остальных. Камеры расположены полукругом, стеклянные стены опущены. Мы можем смотреть друг на друга, но не разговаривать, потому что стекла звуконепроницаемые. Женщина сидящая по диагонали напротив, иногда смотрит на меня с жалостью. Все остальные избегают смотреть в мою сторону. Я напоминаю им, что с будет и с ними. Этот психопат в конце концов убьет каждого из нас.

Ублюдок-извращенец заказал в нашем магазине пиццу, а я должен был ее доставить. Он не мог бы спланировать свой поступок заранее, если только ему было все равно, как выглядит доставщик. Скорее всего, он принял решение спонтанно и выбрал меня, когда открыл мне дверь. Помню, что в его глазах мелькнул какой-то блеск, но тогда я не воспринял это как предупреждение. А зря. Надо было в тот самый момент хватать ноги в руки и бежать, сверкая пятками!