Читать книгу 📗 Гематофаги (ЛП) - Козеневски Стивен

Тина тычет начальницу службы безопасности в плечо, и Хелена действительно вздрагивает. Я задерживаю дыхание. Но вместо того чтобы взорваться гневом, Хелена, кажется, успокаивается.

- Извини, док. Так ты что-нибудь узнала? Расскажи мне, ну пожалуйста, с вишенкой на торте?

- Ну... Я не собиралась, но раз уж ты добавила вишенку...

Тина поднимает свой планшет так, чтобы мы все могли видеть. Мы все собираемся вокруг, кроме Хайме, которую, предположительно, уже проинформировали о ее медицинском состоянии. Мне приходит в голову, что показывать кучке незнакомцев историю болезни пациента - это, вероятно, нарушение медицинской этики, но Хайме либо не имеет представления о кодексах конфиденциальности, либо ей просто все равно.

Я не могу понять, что именно вижу. К счастью, я не одна такая, поэтому мне не нужно первой признаваться в своем невежестве.

- Что, черт возьми, это значит? - спрашивает Хелена.

Тина усмехается. Она прекрасно знает: никто из нас, кроме, может быть, Заниб, не разберет эти медицинские записи - тонкий профессиональный юмор.

- Это значит, что она здорова. По крайней мере, насколько я могу судить. Никаких известных мутагенов или патогенов. Я даже пыталась экстраполировать на основе всего, что мы знаем о живом мире, на основе всех пассивных данных и активных исследований, которые мы проводили с момента прибытия. Наука движется вперед, но я не могу найти ничего.

- Значит, болезни нет?

- Я не заражена, - говорит Хайме, - что я и так знала. Проблема в том, сможете ли вы выявить зараженных вообще?

- Я не знаю, - признается Тина.

- Значит, мы ничего не добились, - рычит Хелена. - Мы все еще не знаем, существует ли болезнь и есть ли она у нее.

- Нет, - соглашается Тина, - но теперь у нас есть базовый уровень. Мы можем провести это еще тридцать один раз и сравнить результаты. Я имею в виду, мы никогда не можем знать наверняка то, чего не знаем - невозможно опровергнуть отрицательное, - но, возможно, нам повезет.

- Удача: высший метод планирования.

- Это называется наукой, Хелена.

Заниб кивает.

- Это в некотором роде суть науки. Продолжать пытаться, пока тебе не повезет.

- А что насчет тебя? - спрашивает Тина.

- Что насчет меня?

- Твой образец.

- Оооо, - говорит Заниб, растягивая это слово, - ты имеешь в виду К.П.? Он красивый парень. Ты не согласна, Пейдж?

- Очаровательный, - соглашаюсь я, закатывая глаза.

- Прошу прощения, - говорит Хайме, - вы говорите о каком-то животном? О местном образце?

- Да, - отвечает Заниб. - Вы знакомы с местной фауной?

Хайме качает головой.

- После того как заражение захватило нижние палубы, мы остались изолированы. Но мы не знали, что существует местная жизнь выше уровня микробов и вирусов или, возможно, грибов. За исключением самой планеты, конечно.

- Живой мир - это захватывающая экосистема, - говорит Заниб, - но это вне моей компетенции. В основном этим занимаются климатологи и теоретики хаоса. Но я всегда подозревала, что живой мир потенциально может быть домом для целой экосистемы паразитов. И, похоже, я права.

Заниб подключает свой планшет к адаптеру на переборке и нажимает несколько кнопок. Мерцающее трехмерное изображение К.П. появляется в центре комнаты, настолько фотореалистичное, что я почти уверена, что могу протянуть руку и коснуться его слизистой плоти. Это та же технология, которую мы использовали для просмотра "Предначертанной Судьбы", адаптированная для делового использования. Голограмма извивается и скользит в пустом воздухе, имитируя движения паразита в аквариуме, в который Заниб его переселила.

- Жуткое зрелище, - бесстрастно констатирует Хелена.

- О, я думаю, они прекрасны, - возражает Заниб, приближаясь к голограмме и поглаживая ее. - Когда-нибудь этот вид назовут в мою честь, знаешь ли.

- Они съедобны? - спрашивает Хайме.

Заниб рефлекторно прижимает спроецированного К.П. под мышку и прячет его от взгляда Хайме. По-видимому, это интерактивная голограмма. Я видела такие только на детских праздниках. Проекторы в университете очень прагматичны.

- Ты не посмеешь съесть моего маленького детеныша!

Хайме бледно улыбается, и впервые я чувствую, что она действительно заставляет себя казаться приятной. Должно быть, Заниб задела за живое, чтобы пробить стальную броню виламинянки.

- Были времена - много раз - даже при моей жизни, когда мы страдали от голода. Нас даже вынуждали прибегать к...

Она замолкает.

- Каннибализму? - спрашивает Хелена, скорее заинтригованная, чем встревоженная.

Хайме не отвечает, но я чувствую нервный холодок - Хелена угадала правильно.

- Потребовались огромные усилия и большая часть моей жизни, чтобы обезопасить гидропонные сады и наладить производство достаточного количества пищи даже для нашего небольшого населения. Это, безусловно, самая популярная цель для саботажа зараженных.

- Гидропоника, которую мы видели, была забита продуктами, - говорю я.

Хайме кивает.

- Мое наследие для следующего поколения. Чтобы никто никогда не голодал. Думаю, теперь это уже неважно. Но подумать только, что у нас все это время был этот источник пищи, если бы мы только открыли свои окна и, возможно, свои умы. Многие жизни можно было бы спасти.

- Или потерять, если бы больше людей подверглось воздействию инфекции, - бесстрастно говорит Хелена.

- Ну, я не буду вам врать, наш К.П. полон белка и рыбьего жира, но не думаю, что вам бы сильно повезло с ловлей его сородичей. Мои первоначальные сканы мозга показывают, что они удивительно умны. Мне нужно будет провести гораздо больше исследований, но я думаю, они даже способны решать головоломки, что довольно редко встречается в природе. У меня расставлено одиннадцать других ловушек, и пока это единственный паразит, которого я поймала. И я думаю, что поймала его только потому, что ему было любопытно. Может, вы и смогли бы добыть пару-тройку обедов, но после этого они, скорее всего, держались бы от вас подальше.

- Кто вообще захочет есть космическую миногу? - спрашивает Тина.

- Когда ты голодаешь, - тихо говорит Хайме, - такие мелочи, как отвращение и мораль, очень быстро улетучиваются. Отчаяние - ужасная, ужасная вещь. Я надеюсь, вы никогда этого не испытаете.

Мы все замолкаем, но неловкость длится недолго. В шлюз стучит Грейс.

20

Кажется, мы все вздрогнули - ну, или почти все. Насчет Хелены я не уверена - не думаю, что это в ее природе. Проссер и Тампа быстро открывают шлюз, и когда Грейс проходит внутрь, каждая из них щелкает чем-то на своих лучеметах, со звуком, не предвещающим ничего хорошего. Грейс оглядывает их обеих. Я не очень разбираюсь в оружии, но знаю, что лучемет работает одинаково хорошо, щелкает он или нет. Этот щелчок - реликтовое устройство из древних времен. Просто то, что должно быть у каждого оружия, наверное, для устрашения.

- Что они... - начинает Хайме.

- Прошу прощения, - произносит Хелена тоном, в котором не звучит ни капли извинения, и вклинивается между Хайме и Грейс. - Что происходит? Что сказали твои люди?

Грейс смотрит на Хайме, которая кивает, разрешая ей продолжать. Она быстро оглядывает каждую из нас по очереди, и я чувствую, как работает расчетливый ум. Возможно, она оценивает, сможет ли пробиться через нас или насколько трудно будет добраться до "Предначертанной Судьбы" раньше нас, что-то в этом роде. Какова бы ни была оценка Грейс, ее поведение не меняется.

- Пришлось много что обсудить, - говорит Грейс, - но в итоге никто не хочет оставаться. Или быть брошенным. Они согласны.

- Отлично, - говорит Тина. - Можем мы начать приводить их в лазарет? Мне предстоит много работы - нужно осмотреть каждую из ваших людей.

- Разве директор не сказала привлечь колонистов к работе?

Это была Хелена.

- Я никого не допущу к работе, пока они не получат чистое заключение о состоянии здоровья, - отвечает Тина, - пока что это относится только к ней.