Читать книгу 📗 Жнец Теней (ЛП) - Нони Линетт

— Я слушаю, — сказала Мира, перенеся вес на пятки.

Вири помедлила, не планируя рассказывать об этом так скоро.

— Наверное, это пустяк.

— Позволь мне самой это решать.

Это прозвучало как приказ, и Вири выдохнула, решившись:

— Вчера в архивах кое-что произошло.

Мира удивленно — и недоверчиво — моргнула.

— Теперь я знаю, что ты лжешь.

Сухая отповедь вызвала у Вири невольную улыбку.

— Я не говорила, что это было что-то захватывающее. Просто… нечто.

Взгляд Миры стал острее:

— Продолжай.

Насколько могла, кратко Вири рассказала наставнице о своей задаче, объяснила систему кодировки цветами и числами, упомянула растущую стопку «красных троек», особенно за последние полгода.

— Как я и сказала, может, это ничего не значит, — повторила Вири. — Торнтон настаивал, что Nox проверили все случаи, но одна его фраза не давала мне покоя всю ночь, и я не могу выкинуть её из головы.

Лицо Миры оставалось непроницаемым.

— Говори.

— Он сказал, что по каждому случаю Nox «либо раскрыли дело, либо у них закончились зацепки», — пересказала Вири. — Это два совершенно разных исхода.

— Это так, — согласилась Мира, всё еще не выдавая эмоций, хотя на её лбу пролегла морщинка. — Он сказал что-то еще?

— Только то, что исчезновения нельзя связать со жнецами, потому что жнецы не похищают детей, они убивают их на месте. — Вири почесала подбородок. — Он прав.

— Но ты все равно волнуешься? — спросила Мира.

Вири посмотрела на мат, чувствуя неуверенность.

— Не знаю. Может быть? Я знаю, что Nox всегда прилежны, как и знаю, что те дети, скорее всего, вернулись к семьям, а их дела закрыты. Но у меня есть это… чувство, от которого я не могу отделаться.

— Твои инстинкты никогда тебя не подводили, — заявила Мира, и в её голосе послышался упрек. — Не вздумай сомневаться в них сейчас.

Вири вскинула взгляд:

— Что ты хочешь этим сказать?

— Ты охотник или кто? — Мира вопросительно выгнула бровь. — Большая часть твоей работы — это расследование. Так расследуй.

— Но… мое наказание… архивы…

— У тебя есть перерывы, не так ли? А еще есть время после смены.

— Ты думаешь, в этом что-то есть? — у Вири внутри всё перевернулось при этой мысли.

Мира обдумала ответ:

— Обычно я бы сказала «нет». Если бы был повод для беспокойства, мы с Дариком наверняка были бы в курсе. — Она переступила с ноги на ногу, кожаные сапоги оставили вмятины на мягком мате. — Но я выбрала тебя в свои протеже не просто так, Вири. Я доверяю твоей интуиции. Так что разберись с этим, хотя бы ради того, чтобы мы обе обрели душевный покой, зная, что волноваться не о чем.

Вири кивнула, вдохновленная доверием наставницы. Ей стало легче от того, что теперь у неё есть план, даже если он — надежда умирает последней — ни к чему не приведет.

Договорившись держать Миру в курсе, Вири покинула тренировочный зал, чтобы привести себя в порядок и заглянуть в любимую пекарню перед походом в архивы. Элликсенные барьеры снова измучили её уставшее тело, заставляя спотыкаться, пока она следовала за Торнтоном в свой кабинет. Горы бумаг казались еще выше, чем вчера.

Со вздохом Вири принялась за работу. Часы тянулись так же, как и в предыдущий день, с той лишь разницей, что теперь у неё внутри всё обрывалось каждый раз, когда она находила новую «красную тройку» за последние полгода. Вскоре она стала настолько нервной, что взяла ранний обед, чтобы последовать совету Миры. За время перерыва она посетила два адреса из архивов — и обе семьи быстро подтвердили, что их дети целы и невредимы. Ложная тревога, заявили родители, смущенные тем, что побеспокоили Nox по пустякам.

С плеч Вири упал груз. Она знала, что нельзя сдаваться, проверив всего два адреса, но это всё равно принесло облегчение.

Следующий день прошел так же: тренировки, документы, посещения новых семей. Все они сообщали, что их дети больше не числятся пропавшими. Вири даже встретилась с некоторыми из ребят, лично убедившись, что они живы и здоровы.

К третьему дню — четвертому дню Вири в архивах — она проверила двенадцать семей, разбросанных по нижнему городу, верхнему и внутренностям горы Тембрис. Все дети были в порядке. Вири почти отказалась от своей миссии, и сделала бы это, если бы не постоянно растущая стопка красных троек — и если бы не то, что произошло на четвертый день расследований.

В обеденный перерыв она навестила семью, чья одиннадцатилетняя дочь пропала больше месяца назад… и до сих пор не была найдена.

После этого словно прорвало плотину: каждая новая семья, к которой Вири приходила, со слезами на глазах признавалась — их дети всё еще числятся пропавшими без вести.

Тринадцатилетняя Авелин, пропала два месяца назад.

Девятилетний Дейл, пропал шесть недель назад.

Двенадцатилетний Макир, пропал пятнадцать дней назад.

Десятилетняя Лилли, пропала три месяца назад.

Список продолжался. Возраст — от семи до тринадцати лет. Все дети были достаточно малы, чтобы еще не пройти церемонию «Наделения», их элликсен был силен — и идеален для вытягивания.

Вири тошнило каждый раз, когда она стучала в очередную дверь и видела родителей, смотрящих на неё с надеждой, которая гасла, когда она не могла дать им хороших новостей. Когда число пропавших перевалило за десяток, а затем за два десятка и дальше, серьезность ситуации стала очевидна. Кто-то похищал детей. Вопрос был в другом: кто? И зачем?

Мира не знала ответа, как и Дарик. Оба выглядели мрачно, когда в четверг вечером, после последней смены в архивах, Вири доложила им о своих находках. Она ежедневно отчитывалась перед наставницей, но Мира настояла, чтобы капитан Nox присоединился к ним в её кабинете в Гильдии охотников. Они должны были разобрать всё, что Вири удалось обнаружить за эту неделю расследований.

— По моим подсчетам, пропало тридцать два ребенка, но я успела просмотреть только половину дел, — сказала Вири, закончив доклад. Луна уже вовсю сияла над морскими утесами, видными из панорамного окна кабинета Миры. — Одному Древним известно, сколько еще «красных троек» скрывается в тех стопках.

— Я поручу нескольким Nox первоочередную проверку оставшихся дел, — сказал Дарик, и его черные глаза стали жесткими, как кремень, когда он впился взглядом в заметки Вири, разложенные на столе. — Я также заставлю их перепроверить твои цифры, поскольку мне трудно поверить в масштаб того, о чем ты говоришь.

Вири прикусила щеку, чтобы сдержать ответ. У неё не было причин лгать, и Дарик это знал.

— Если это правда, — продолжил он, — то тревожит сам факт того, что это оставалось незамеченным до сих пор. Архивисты никогда раньше не совершали таких серьезных ошибок.

— Я не думаю, что это их вина, — ответила Вири. — Торнтон сказал, что они месяцами работают в условиях нехватки персонала, а всё, что было в кабинете, где я работала, изначально пометили как «не требующее срочности».

— И я собираюсь в этом разобраться, — сухо отрезал Дарик. — Не только потому, что это лишает всякого смысла.

Видя замешательство Вири, Мира пояснила:

— Дела не отправляются на сортировку, пока их не подпишу я, Дарик, кто-то из Юридической гильдии или кто-то из Высшего совета. Именно так дела получают цветовую и цифровую кодировку — это мы делаем эти пометки, — после чего они отправляются в архив с грифом «срочно» или «не срочно».

— Вы хотите сказать, что кто-то ошибся, и многократно? — догадалась Вири, прежде чем её посетила более пугающая мысль. — Или же они сделали это намеренно.

— Возможно, даже не один человек, — сказал Дарик, поправляя манжеты своих черных перчаток. И добавил с многозначительным акцентом: — Разумеется, при условии, что всё это — правда.

Вири снова пришлось прикусить щеку, и на этот раз она почувствовала вкус крови.

— Для целей этого разговора мы исходим из того, что это правда, — так же многозначительно ответила Мира, — и это означает, что нашим приоритетом должны быть дети, а не халатность в бумагах. Мы попросим Магистрата начать межгильдейское расследование, чтобы установить, кто подписывал эти дела, но наш главный фокус должен быть направлен на поиск детей и их возвращение домой.