Читать книгу 📗 "Прятки с Драконом (СИ) - Рофи Рина"

Его пальцы на моём клиторе не знали пощады, а его толчки внутри — глубины. Казалось, он хотел проникнуть в самую душу, раствориться во мне, стереть все границы. Мир сузился до белого шума в ушах, до влажного жара его тела за моей спиной, до всепоглощающего ощущения, что вот-вот случится нечто необратимое.

— Андор... — его имя сорвалось с моих губ в виде хриплого, бессвязного шёпота, мольбы и признания одновременно.

И тогда это накрыло меня. Не волна, а целый океан. Ослепляющая, сметающая всё на своём пути вспышка, что вырвалась из самого моего нутря. Тело затряслось в немых конвульсиях, выгибаясь и прижимаясь к нему в поисках опоры. Крик застрял в горле, превратившись в долгий, беззвучный выдох. Он не останавливался. Пока моё тело ещё билось в спазмах наслаждения, он, с низким, победным рыком, достиг своего пика.Он оставался во мне ещё несколько мгновений, тяжело дыша, его лоб был прижат к моей мокрой спине. Его руки, всё ещё лежащие на мне, дрожали от напряжения.

Тишина, нарушаемая лишь шумом воды и нашим тяжёлым дыханием, была красноречивее любых слов. Всё было сказано. Всё было решено. По-своему.

— Диана, убегаешь, моя беглянка..

Его голос прозвучал прямо у моего уха, низкий, хриплый, но без прежней ярости. В нём сквозила усталая нежность и... понимание. Он видел мой порыв, мою попытку вырваться, и теперь, после всей этой бури, его слова звучали не как обвинение, а как констатация факта. Факта, который его больше не злил, а почти забавлял.

Я не ответила. Просто стояла, прислонившись лбом к прохладной кафельной стене, чувствуя, как вода остывает на коже, а его тело всё ещё прижимается к моей спине. Его руки медленно скользнули с моих бёдер на талию, обвивая её, но не сковывая. Это были не цепи, а скорее... утверждение присутствия.

— Убегай, — прошептал он, и его губы коснулись моего мокрого плеча. — Я всё равно найду. Всегда. Потому что ты — моя.

Он медленно вышел из меня, и это движение было почти нежным, лишённым прежней резкости. Затем его руки снова нашли моё тело, но на этот раз не для того, чтобы возбуждать или удерживать.

Он взял гель для душа и начал смывать с моей кожи следы нашей бури — запах секса, его семя, смешанное с водой. Его движения были методичными, почти ритуальными. Он промыл мои бёдра, живот, спину, и в этом простом действии не было ни смущения, ни похабности. Была какая-то странная, глубокая интимность. Забота хищника, приводящего в порядок свою добычу после трапезы.

Он не говорил ни слова. Просто делал то, что считал нужным, а я стояла, позволив ему это, чувствуя, как под его прикосновениями напряжение окончательно покидает моё тело. Когда он закончил, он выключил воду и накинул на мои плечи моё же полотенце, его руки на секунду задержались на моих плечах, согревая. Одним резким, точным движением руки он разорвал материю перед собой. Воздух затрещал, и появился портал, ведущий прямо в его спальню — в то самое место, откуда я сбежала утром. Он не толкнул меня. Не потащил. Он просто посмотрел на меня, его взгляд был тяжёлым и ожидающим. Выбор, как всегда, был иллюзорным.

Я вздохнула, чувствуя, как остатки сопротивления тают под этим взглядом и ступила в портал, и он последовал за мной. Проход захлопнулся, оставив за спиной шум воды и прохладу душевой. Мы стояли в его спальне. Тишина здесь была иной — густой, насыщенной его присутствием. Он снял с меня мокрое полотенце и отбросил его в сторону.

— Садись, — сказал он просто, и в его голосе не было приказа, а лишь констатация того, что должно произойти. Ночь ещё не закончилась. И наш разговор — тоже.

Дальше не последовало ни ярости, ни страсти, требующей немедленной разрядки. Вместо этого он повёл меня к кровати и усадил на край. Он достал из шкафа ещё одно сухое, мягкое полотенце и начал вытирать мои волосы, движения его рук были удивительно нежными и методичными.

Затем он принёс чашку с чем-то тёплым и дымящимся — травяным чаем, пахнущим мёдом и имбирём.

— Пей, — сказал он коротко, и в его голосе сквозь привычную властность пробивалась тень заботы. — Ты промёрзла.

Я взяла чашку, чувствуя, как тепло разливается по ладоням. Он сел рядом, не касаясь меня, просто присутствуя. Тишина между нами была густой, но уже не враждебной. Она была наполнена осмыслением всего, что произошло — моего побега, его гнева, нашей бурной встречи в душе и этого неожиданного перемирия. Он не извинялся за свою ярость. Не требовал раскаяния за мой побег. Он просто... был.

Андор смотрел на меня и в его золотистых глазах читалась не просто собственническая удовлетворённость, а нечто более сложное — понимание, что его строптивая пара — это не проблема, которую нужно сломать, а вызов, который нужно принять.

Он наблюдал, как я делаю глоток, и его взгляд был прикован к моим губам.

— Завтра, — начал он, и его голос вернул себе привычную твёрдость, но без прежней угрозы, — ты останешься со мной. С утра до ночи.

Я поставила чашку, чувствуя, как по спине пробегают знакомые мурашки. Не от страха, а от предвкушения.

— А если я откажусь? — спросила я, больше из привычки, чем из реального желания сопротивляться.

Уголок его рта дрогнул.

— Тогда я напомню тебе о сегодняшнем вечере. Более... наглядно.

В его глазах снова вспыхнули те самые огоньки, но на этот раз они светились не гневом, а тёмным, обещающим весельем.

«Целый день. С ним. После всего, что было... это звучало и как наказание, и как самая сладкая пытка. Но в его словах 'с утра до ночи' было что-то... окончательное. Что-то, что заставило другую мысль, тихую и до ужаса логичную, прорваться на поверхность.»

«А если он будет кончать внутрь?»

Мысль ударила с такой ясностью, что у меня перехватило дыхание. Мы никогда не говорили о предохранении. В пылу страсти, в гневе, в этой странной нежности — это просто... не всплывало. Но он — дракон. Я — кицуне. Наши биологии, наши циклы... Боги, я даже не знаю, насколько они совместимы. А если совместимы?

«Я могу забеременеть».

От одной этой мысли мир поплыл. Не просто быть его парой. Не просто смириться с его властью и своим странным, извращённым наслаждением от этого. А носить его ребёнка. Наследника дракона и кицуне. Маленькое существо, которое будет вечным воплощением нашей связи и нашей вражды, и нашей страсти.

Это было одновременно пугающе и... неизбежно. Если он и вправду видел во мне свою вечную пару, то дети были лишь вопросом времени. Его сегодняшнее 'всегда' обретало новый, куда более глубокий смысл.

Я подняла на него взгляд, и он, словно уловив смену моих мыслей по выражению лица, приподнял бровь.

— Что? — спросил он просто.

Я сглотнула, не в силах выдать наружу бурю, бушевавшую внутри.

— Ничего, — прошептала я. — Просто... думаю о завтрашнем дне.

Его губы растянулись в медленной, понимающей улыбке. Он знал, что это не вся правда, но он дал мне эту отсрочку.

— Хорошо. Думай. У тебя есть вся ночь. А утром... мы начнём.

— Андор... — я начала неуверенно, глядя на свои руки. — А как происходит беременность от драконов? Я... я буду яица высиживать?

Он замер на секунду, а затем так громко рассмеялся, что звук, казалось, потряс стены его спальни. Это был не тот снисходительный смех, что бывал раньше, а настоящий, глубокий, идущий от самого сердца.

— Боги, Диана, — он вытер выступившую слезу, всё ещё хохоча. — Ты где была, когда была лекция по физиологии сверхсуществ? На первой же неделе это проходят!