Читать книгу 📗 Отшельник. Жизнь сначала. Просто не будет (СИ) - Архипова Елена

И столько было затаенной радости в её голосе и надежды, что Дубов забыл, как дышать.

Тот, кого называли Отшельником, кто жил все эти годы, отгородившись от людей и эмоций, вдруг только сейчас понял, что никто ни разу за все эти годы не ждал его и не радовался его возвращению. Некому было радоваться. Домработница — это другое, это не в счет.

Меньше всего Дубову хотелось думать о том, как он выглядит в глазах Киборга и его водителя.

Пусть бы даже и смешно! Плевать! Вот сейчас — так точно!

Она ему рада!

Она!

Его!

Ждет!

Тихон точно не тот, кто будет его осуждать.

К тому же очень уж задумчивое сейчас было у него лицо.

Видать, и ему было о чем подумать. И Дубов готов был спорить на что угодно, что в данный момент тот, чьи эмоции никогда не прорывались наружу, думает о чем-то своем.

Наталья же, услышав низкий мужской голос в телефонной трубке подруги, удивленно на неё посмотрела, а потом, увидев покрасневшие щеки Ильки, протянула недоверчиво:

— И-и-и-ль?

— Ну да! Да, Наташ, да! — Илька полыхала маковым цветом щек под ошарашенным взглядом подруги и счастливо улыбалась. — Я влюбилась!

— А я вот сейчас правильно же всё поняла — этот альфач, если судить по его офигительно сексуальному голосу, сейчас мчит к тебе? Сюда? В больницу?

— Ну да.

— А почему он к тебе летит?

— Ну я ему рассказала, что боюсь больниц…

— Да?

— Да. Он дождался, когда я усну, и уехал. А я проснулась. Поняла, что не усну, за шоколадкой вот в аппарат на первом этаже пошла. Из лифта вышла и увидела тебя…

— Ты от темы-то не уходи, подруга! — Наталья пресекла попытки Ильки свернуть обсуждение таинственного мужчины, появившегося в её жизни, на себя саму. — И он, всё бросив, наплевав на поздний вечер, рванул к тебе?

Илька, не в силах сказать это вслух, кивнула, улыбаясь счастливой улыбкой, потом, всё так же улыбаясь, прошептала:

— Наташ, он необыкновенный! Надежный, взрослый и всё-всё понимающий! Ты бы видела, какие у него необыкновенные глаза! Черные как ночь! Я могу смотреть в них бесконечно! А как он целуется! Меня еще ни разу в жизни так не целовали!

— Та-а-ак, подруга, — Наталья, забыв о своих проблемах, тут же включила режим “строгая учительница”, — а я ведь правильно сейчас понимаю, это тот, к кому тебя отправила Анжи? Тот, кто поможет тебе отомстить отцу и Витале?

— Да.

— А, кстати, Иль, ты сама-то как в больнице оказалась?

— У меня, пока я добиралась до его дома в лесу, сломалась машина. По той дороге мало кто ездит. Пока я тащилась к нему, промокла и замерзла. Потом он не хотел меня впускать, — увидев взгляд подруги, Илька поспешила пояснить: — Наташ, человек живет один, отшельником. Сам сознательно ушел от общества, а тут я! Здрасьте! Вы не ждали, а мы приперлись! Кругом лес, дождь, машина сломалась, связи нет.

У Натальи от удивления брови ползли вверх, а Илька продолжала тараторить:

— Чужие к нему не ходят. Да и вообще мало кто ходит. Его дом далеко от города и цивилизации. Я психанула и наорала на него в домофон, пригрозив, что меня волки сожрут, а он виноват будет. Он впустил. А потом у меня поднялась температура, и он меня полночи обтирал, чтобы сбить жар. Только я этого не помню. Прикинь?

— Только обтирал?

— Да! Только!

— Сбил?

— Сбил. А утром на собственном вертолете привез меня сюда, чтобы обследовать. Ну, чтобы исключить у меня пневмонию.

— Дом в лесу? Пускать не хотел? Волки сожрут? — Наталья как-то странно смотрела на Ильку и заторможено повторяла за ней её же слова.

— Наташ, он живет отшельником!

Илька повторила это устало и глубоко вздохнула, но Наталью этими тяжкими вздохами было не остановить, и она продолжала свой допрос:

— А целовались вы с ним когда?

— Сегодня. Здесь.

— Иль, а тебя уже обследовали? — сменила вдруг тему подруга.

— Ну пока только кровь я сдала, и флюорографию сделали, — Илька ответила, не понимая, куда клонит подруга.

— А мозгоправу тебя не показывали?

— Зачем?

— Иль, ты слышишь себя, нет? — взорвалась праведным возмущением подруга. — Ты влюбилась в того, кого знаешь чуть больше суток.

— Вообще-то, нет, Наташ. Не чуть больше суток.

— Ну прости! Двое суток! — верная подруга хмыкнула скептически.

— Да нет же, Наташа! — Илька вспыхнула и тут же, смутившись своей импульсивности, пояснила: — Сегодня, когда я проснулась в палате одна, я всё вспомнила. Понимаешь? Его вспомнила. Он когда-то работал с моим отцом и отцом Витали. Только тогда его звали Дмитрий Ярцев.

В палате наступила тишина. Илька выпалила и ждала вопросов от подруги, а та, силясь вспомнить подробности об одном из друзей отца Ильки, молчала. Потом, поняв, что что-то упускает или не помнит, спросила:

— Иль, ты же говорила, что он вроде погиб? Или его убили?

— Выжил. Только изменился сильно. До неузнаваемости, — Илька проговорила это почему-то печально.

— Иля, ты дура? Как можно измениться самому, да еще до неузнаваемости? Постареть? Я ведь правильно понимаю, что он ровесник твоему отцу?

— Нет. Дима моложе. Я помню, отец его Молодым называл. Нет, Наташ, он не постарел. Возмужал, стал таким… таким… — Илька вздохнула и покачала головой, признавая свое бессилие подобрать подходящее слово. — Он и тогда был так красив, что на него все женщины оборачивались. Я хоть и в школе еще училась, но слепой не была, так что видела всё!

— Илька, так это ты в него влюблена была, что ли?? — ахнула Наталья, вспомнив давние признания подруги.

В этот момент дверь в палату распахнулась, девушки от неожиданности резко повернулись на звук, и обе замерли.

На пороге стояли двое мужчин.

Наталья увидела огромного, как скала, мужика со шрамами на лице и только потом — стоящего за его спиной Тихона.

Илька же видела только Дмитрия и его пронзительный и обеспокоенный взгляд. Увидев её, он с явным облегчением выдохнул и шагнул в палату.

Глава 30

Илька смотрела только на Дмитрия, а потому не заметила того, как Наташка, встретившись взглядом со своим Киборгом, сжалась, спряталась, как улитка в свою ракушку.

Зато и Дубов, и Тихон это увидели. Дальше мужчины действовали не сговариваясь.

— Синичка моя боевая, пойдем в свою палату, да? — Дмитрий в два шага оказался рядом с кроватью Натальи, на которой сидели обе девушки, но не навис скалой, а присел на корточки напротив Ильки, оказавшись с девушкой почти вровень. — Ночь на дворе. Спать давно пора. Док, если узнает, что вы нарушаете больничный режим, по головке не погладит.

— Тихон Петрович? — Илька, сдвинув брови, посмотрела грозно на Дубова, кивнула в сторону начбеза: — Ты рассказал ему обо мне, да?

— Синичка, пойдем в нашу палату. Честное слово, я всё тебе расскажу! Обещаю, мой план мести тем, кому положено, тебе понравится! — ушел от прямого ответа Дубов.

Наталья, наблюдая за этими двумя, не верила своим глазам. Огромный мужчина мог бы, не спрашивая, подхватить маленькую и худенькую Ильку одной рукой, но он сидел, уговаривал и улыбался.

И не просто улыбался! Он был счастлив. Он пожирал и облизывал её глазами. Он её хотел.

А Илька впилась взглядом в мужчину, сидевшего перед кроватью на корточках. Дубов, сидящий вот так, на полу, был немногим ниже её, сидящей на кровати. Сейчас она очень была похожа на ту самую боевую синичку против огромного тигра. Молчала, испепеляя его взглядом, и кусала губу. Согласилась неожиданно:

— Хорошо, пойдем! — слезла с кровати подруги, обошла по дуге Дубова, так и сидящего на корточках, и направилась на выход из палаты.

— Я Дмитрий, приятно познакомиться, — Дубов наконец перевел взгляд на неё и улыбнулся.

— Наталья, — ответила машинально и даже попыталась улыбнуться ему в ответ, — взаимно.

— Наташа, буду рад с Вами позже пообщаться, но не здесь и не в этой обстановке, согласны?

— Да, полностью.