Читать книгу 📗 "Я устала быть сильной (СИ) - Истомина Аня"

Решив, что это разрешение, открываю новый лист и делаю первые штрихи.

– И что, совсем никуда не ходишь? – хмыкаю, не отрываясь от своего занятия.

– Нет, почему? Иногда хожу. Люблю театр. Ты любишь театр?

– Очень, – улыбаюсь, вспоминая, как Денис сдерживал зевоту на балете, на который я его позвала. – Ну, зачем ты шевелишься?

– Я хочу кофе, – усмехается Чудовище. – Тебе попался неусидчивый натурщик. Тогда давай сходим в театр?

– Я сейчас криво тебя нарисую, – хмурю брови и тоже тянусь к чашке. – Давай. Только туда не пускают в халате, мне нужно будет доехать за одеждой.

– Не переживай. Пока ты рядом со мной, ты можешь пойти в театр хоть голой и тебе и слова никто не скажет. – хмыкает он, не скрывая самодовольства. – Давай сходим завтра? Сегодня вечером у меня деловая встреча.

– А мне можно с тобой? – уточняю, а Рафаэль давится кофе и начинает истерически хохотать.

55. Важные темы

Конечно же, я не взял Эмму с собой. Во-первых, сегодня будет конфиденциальный рабочий разговор. Во-вторых, мне не нужно дважды наступать на грабли, чтобы понять, что этот бриллиант должен находиться вдали от глаз людей, которые не способны отличить его от фианита.

Уникальная женщина.

Я впервые испытываю ощущение, что нашел родственную душу. Причем, это не про “дышать одним воздухом” и не про одинаковые взгляды на жизнь.

Мы разные. Разные настолько, что, по закону природы, должны были оттолкнуться. Но нас притянуло так, что вокруг сыпятся искры. Эмма принимает меня таким, какой я есть, и каким-то образом находит во мне что-то хорошее, хотя я пытаюсь ей объяснить, что она заблуждается. И мне не хочется разочаровывать человека, который, кажется, единственный видит свет в моей темноте.

Мы знаем недостатки друг друга и уживаемся с ними.

Это странно. Ладно, я, привыкший к идеальным покладистым женщинам. Я могу объяснить себе свою одержимость тем, что провокации и искренность Эммы являются для меня какой-то диковинкой. Но что ее привлекло во мне? Уж не страсть к проституткам – точно.

Вхожу в здание ресторана и администратор провожает меня в отдельный вип-зал, скрытый от посторонних глаз. Сегодня тут организована встреча людей, на деньгах которых держится половина всех бизнесов города. Дядя Вова тоже сегодня должен быть тут.

– Привет, бунтарь, – хрипло смеется он, завидев меня. Пока что он единственный за столом.

– Привет, дядя Вова. – жму его руку и усаживаюсь в мягкий удобный стул рядом, а он с хитрым прищуром разглядывает мою разбитую морду. Я уверен, что он уже в курсе нашего конфликта с Зориным.

– Я впервые вижу, чтобы ты был готов пойти на конфликт с деловым партнером из-за женщины, – хмыкает он, прикуривая сигару, а я морщусь, как пацан, которого отчитывает отец. – Расскажи мне, мой мальчик, неужели все так серьезно? Ты решил остепениться?

– Я никогда не строю таких далеко идущих планов, ты же знаешь, – усмехаюсь сердито, доставая сигареты. – Просто Эмма – не шлюха. И неприкосновенна.

– А кто она? – дядя Вова с любопытством смотрит на меня.

– Хорошая знакомая. – отвечаю обобщенно, не желая раскрывать подробностей.

– А, кто ты, она знает? – задумчиво покрутив бокал с коньяком в руке, уточняет он.

– Знает, – вздыхаю. – Не испугалась.

– Да-а, – тянет он уважительно. – Хороша… Такую женщину надо беречь. От себя самого, в первую очередь.

Ухмыльнувшись, ничего не отвечаю. Тут он абсолютно прав.

– С Богданом что-то решать будете?

– Будем. Я тут подумал, что казино у меня еще не было. – выпускаю струю дыма в потолок и задумчиво разглядываю, как он рассеивается, пока дядя Вова переваривает мои слова.

– Послушай, Рафаэль, – помедлив, зовет меня он. Перевожу взгляд на хмурое лицо человека, к советам которого всегда прислушиваюсь. – Иногда где-то нужно потерять, чтобы где-то приобрести. Для баланса.

– Ты просто жалеешь Зорина, – усмехаюсь.

– Я за равновесие. В нашем мире и так баланс нарушен. А если еще и междоусобные войны начнутся, то многим придется выбирать, на чью сторону встать. Это может означать большой раскол. Мне совершенно не хочется отбиваться потом от шакалов, которые тут же повылазят изо всех щелей, чтобы разорвать волков, оставшихся без стаи.

– Я тебя услышал, – цежу сквозь зубы и прикладываюсь к своему стакану с виски. – Но оставить все, как есть, я не могу. Зорин покушался на мою женщину, а потом собирался вышвырнуть меня за ворота как персону нон-грата. Не многовато ли на себя берет щенок, который еще совсем недавно был никем? Предлагаешь проглотить? Ну, давай, пусть все, кто сейчас придет сюда, еще и плюнут в меня.

– Остынь, – повышает голос дядя Вова, а я, усмехнувшись, откидываюсь на стуле и смотрю перед собой.

– Зорин поступил не по понятиям. С этим надо разобраться. Но, никакой самодеятельности. Я хочу присутствовать. Можете один на один хоть убить друг друга, выражая свое возмущение. Но, никаких покушений на чужую территорию я не допущу. Уясни это.

– Хорошо. Назначай время. – соглашаюсь.

– Завтра.

Вздохнув, киваю. Кажется, театр придется перенести.

В душе зреет злость. Окутывает своей чернотой. Я привык, чтобы все было по-моему. Казино мне, конечно же, нахрен не нужно, но проучить того, кто нанес мне личное оскорбление, для меня просто жизненная необходимость. Я бы уже сегодня собрал штурмовую группу и разобрал по кирпичу логово обидчика, но проводить время в компании одной свободолюбивой кошки оказалось куда более интересно. А теперь я потерял время, и мне придется следовать советам нашего главного медиатора.

Но, что самое неприятное, я прекрасно осознаю, что именно Эмма становится моим слабым местом, чего допускать категорически нельзя. Тех, кто теряет хватку, сжирают первыми. И, случись чего, ее сожрут вместе со мной.

Постепенно подтягиваются все остальные. Среди десятерых человек одна женщина. Алла. Хищная пантера с пухлыми губами, подчеркнутыми красной помадой, с черными волосами ниже поясницы и с силиконовой грудью. Красивая, яркая. Посмотришь – и даже на ум не придет, что это генеральный директор одной из фирм-монополистов.

Когда все собираются, обсуждаем насущные вопросы и корректируем стратегию по удержанию рынка. Я все еще злюсь и методы предлагаю жестче, чем все остальные, а когда большинством голосов выбирают менее травматичные для окружающих, запиваю молчаливую ярость виски. Пока что это – единственный доступный мне способ скинуть напряжение.

Единственная, кто поддерживает меня – Алла. Ловлю на себе ее пристальные взгляды. У нас была связь не так давно. Один раз, без обязательств. Судя по всему, она не против продолжения. Но я игнорирую. Я хочу домой. К зеленоглазой ласковой кошке. Мне кажется, только она сейчас сможет унять мою злость.

Договорившись и пропустив еще несколько стаканов чтобы плавно закончить вечер, расходимся.

– Рафаэль, – окликает меня дядя Вова, и я нехотя притормаживаю перед дверью. – Ты не передумал?

– Нет, – пропускаю его к выходу первым и собираюсь выйти следом.

– Рафаэль, можно тебя задержать на минуточку? – раздается сзади голос Аллы.

Вздыхаю и оборачиваюсь, прикрывая дверь. Мы остаемся с Аллой наедине.

– Может, поедем ко мне? – предлагает она, хищно прочертив по моей груди длинными красными ногтями.

– Мне некогда, – убираю ее руку.

– Что с тобой? – будто не замечая отказа, Алла кладет ее мне на плечо и прижимается грудью к моему телу. – Ты такой кровожадный сегодня.

– И большое везение, что за столом сидело восемь мужиков, а не женщин, с которыми у меня был секс. Иначе бы никто меня не притормозил. – хмуро усмехаюсь, уворачиваясь от поцелуя. – Я сказал: я тороплюсь.

Конечно, я понимаю, что методы, которые я предлагал, совершенно не годились. Меня немного отпустило под градусом и осознанием, что скоро я попаду в надежные руки.

Алла успевает проложить дорожку из поцелуев по моей щеке и шее прежде, чем я ее отстраняю и серьезно смотрю ей в глаза, придерживая за плечи.