Читать книгу 📗 Вчерашнее возрождение (ЛП) - Бейли Тесса

— В каком смысле?

— Мне никогда раньше не приходилось облекать это в слова. — Джинни задумалась на несколько мгновений. — У каждого человека есть колода карт для каждого, кого он любит. У тебя есть карты сожалений, карты хороших воспоминаний, карты плохих воспоминаний. Когда один из твоих людей умирает, эта колода карт взлетает в воздух, и карты разлетаются повсюду. Поминки и похороны нужны для того, чтобы разложить их в новом порядке. Ты обязана это сделать. Одна половина каждого воспоминания, которое у тебя было с ними, исчезла. Тебе нужно понять, как жить дальше, имея на руках только свою половину. Это гораздо труднее, чем кажется.

Роксана качнула ногой, обтянутой в кожу. — Звучит запутанно, Джинни. Может, лучше вообще не иметь близких.

Прежде чем Джинни успела ответить, в вестибюле раздался громкий грохот. Спустя секунды в комнату вбежала женщина, таща за собой чемодан на колесиках. Она бросила его у двери и резко замерла, словно наткнулась на стеклянную стену. Её руки взлетели к рту, и она медленно двинулась вперед. Женщина в первом ряду обернулась, и её отрешенное выражение лица сменилось облегчением, за которым хлынул поток горя. Новоприбывшая всколыхнула воздух, проходя мимо Джинни и Роксаны; она наклонилась, чтобы обнять женщину в первом ряду, и в зале воцарилось ощущение завершенности.

— Забудь то, что я сказала про карты, — вздохнула Джинни. — Вот ради чего этот ритуал на самом деле.

Роксана неэлегантно шмыгнула носом. — Сегодня я напьюсь, и ты тоже.

— Весь мой опыт общения с алкоголем сводится к мачехе. О! И двум недавним бутылкам пива. Что, если из меня выйдет ужасная пьяница, которая испортит всем вечер тем, что будет танцевать на столах и выворачивать желудок?

— По мне, так это звучит как отличная вечеринка, но мы не пойдем развлекаться куда-то. Не в этот раз. — Она крутанула кистью. — Я стащу бутылку водки из ликеро-водочного, и мы устроим девичник дома. Я даже посмотрю один из твоих старых фильмов.

— Похоже, у тебя есть какая-то причина держать меня взаперти.

— Не нужно читать мои действия, — проворчала Роксана. — Это очень грубо.

Джинни повернулась вперед, наблюдая за сценой в начале зала. Женщины стояли перед гробом, слившись в объятиях. Были ли у них сожаления? Может быть, пропущенный телефонный звонок от Кристофа или спор о политике, который обернулся неделями молчания? Она часто задавалась вопросом, что делали бы люди, обладай они даром предвидения. Как бы они все изменили, если бы знали наперед, что принесет будущее?

Она-то знала.

Большую часть своей жизни она сидела на этом самом стуле и изо дня в день наблюдала за целым парадом чужих сожалений. У неё не было оправданий тому, чтобы сидеть сложа руки и просто смотреть, как жизнь проходит мимо. Слишком долго именно этим она и занималась. После внезапной смерти отца она, возможно, создала себе привычные шаблоны поведения, которые отвлекали её от горя, но эти шаблоны стали способом прятаться. Они не открывали её новому опыту. Тому, который позволил бы ей почувствовать что-то новое.

Начиная с этого момента, Джинни брала управление своей судьбой в собственные руки. Она больше не хотела поступать так, как от неё ожидали. Хватит безопасных шаблонов и защитных механизмов.

Джинни деликатно прокашлялась. — Я иду тусоваться. По-настоящему.

— У меня было предчувствие, что ты это скажешь. — Роксана побарабанила пальцами по колену. — Я ведь могу привязать тебя к стулу.

— Но ты этого не сделаешь. Не в мой день рождения.

— Джинни, ты из тех отвратительных людей, которые называют это «неделей дня рождения»? С этим я смириться не смогу.

— Нет, не из тех, — с тихим смешком отозвалась Джинни. — Но у меня больше нет других рычагов давления, чтобы выторговать себе один вечер веселья и свободы. Я не бессмертна. У меня нет твоих невероятных навыков…

— Продолжай, я слушаю.

— …На данный момент всё, что у меня есть, — это дата в календаре.

И желание выманить одного конкретного человека из его укрытия, даже если для этого придется танцевать на столе. Не то чтобы она собиралась озвучивать этот план вслух. Затея казалась ей довольно неоригинальной, но что еще ей оставалось делать, не имея ни силы, ни способа связаться с Джонасом?

К тому же, это был её двадцать пятый день рождения, и, возможно, это само по себе являлось достаточным поводом, чтобы немного сойти с ума. В детстве её дни рождения состояли из торта-мороженого в комнате отдыха при морге, пока отец завывал полную благих намерений, но жутко фальшивую версию «Happy Birthday».

Впервые в жизни… ну, вообще впервые… у неё появилась подруга, с которой можно было оторваться. Если Роксана находилась здесь потому, что Джинни по какой-то причине всё еще угрожала опасность, Джинни была полностью уверена: охотница не позволит ничему случиться с ней во второй раз. Они могли бы даже повеселиться.

— Ты ставишь меня в трудное положение, Джинни, — сказала Роксана, поднимаясь на ноги. — Но мы пойдем развлекаться. Хотя бы потому, что я превратилась в какую-то дурочку, которая забивает на алкоголь и танцы только потому, что кровосос попросил её об этом. — Её губа презрительно дернулась. — Их всех уже давно следовало истребить.

Джинни решительно кивнула. — Завтра.

— Да, завтра. А сегодня мы устроим разнос. — Охотница погрозила пальцем на наряд Джинни, и в её лице промелькнуло озорство. — Но сначала мы найдем тебе что-нибудь чуточку более интригующее. А то ты выглядишь как Пастушка-гот.

Прижимая куртку к себе, чтобы скрыть глубокое декольте, Джинни бежала трусцой по тротуару, стараясь не отставать от Роксаны. Вокруг них небо было расцвечено фиолетовыми и оранжевыми полосами — красивый закатный небосвод, который, казалось, отбрасывал сияние на многоквартирные дома и продуктовые лавки, выстроившиеся вдоль Мермейд-авеню. Ночной бриз доносил со стороны углового карибского ресторанчика ароматы карри и специй джерк, напоминая Джинни о том, что между завершением прощания с Кристофом, душем, сушкой волос феном и примеркой нарядов для Роксаны она совсем забыла поужинать.

— Куда мы идем?

— В место, которого ты не найдешь на Yelp. — Проходивший мимо мужчина уставился на Роксану, и та оскалила на него зубы. — Можно подумать, он никогда раньше не видел человека в красном латексном комбинезоне.

Джинни пожалела, что они всё еще не дома — тогда она смогла бы поправить одолженные стринги, которые в данный момент пытались забраться туда, где им были совсем не рады. — Этот комбинезон более или менее неудобен, чем то, что надето на мне?

Роксана, казалось, её не слышала. Она была занята тем, что сканировала улицу и крыши — в поисках чего? Джинни не знала. И её подруга не спешила откровенничать. — Послушай меня, Джинни. Если я скажу тебе что-то сделать сегодня вечером, подчиняйся мне беспрекословно. Если ты сможешь это сделать, мы, возможно, вполне вероятно, приятно проведем время. Мы договорились?

— Я слышу тебя четко и ясно.

— Потрясающе. — Она подхватила Джинни под локоть и резко повернула направо, увлекая их на узкую улочку, застроенную закрытыми гаражами, посреди которой протекала неглубокая канава со сточными водами. — Ловлю себя на мысли, что чувствую вину за то, что ранее назвала тебя Пастушкой-гот. Пожалуйста, скажи мне какую-нибудь гадость, чтобы я могла со спокойной совестью двигаться дальше.

— О нет, я не хочу…

— Я настаиваю.

Джинни надула одну щеку и медленно выпустила воздух. — Ты пугающе жестокая?

— Я просила оскорбление. А не похвалу. — Роксана цыкнула языком. — Неважно, мы почти на месте. Краткая сводка: владелец — мой бывший парень, и он до сих пор думает, что у него есть шанс. Шанса нет. Не упоминай Джонаса, Элиаса или Такера. Вообще ничего не говори о вампирах, иначе нас обеих убьют.

— Может, нам стоит просто пойти в TGI Fridays?

— Это бар охотников. — Что-то тревожное промелькнуло на её лице. — Здесь мы в наибольшей безопасности. Если только…