Читать книгу 📗 "Босс не по плану (СИ) - Бондарь Эва"

Он не написал. Ни ночью. Ни утром.

Телефон лежит в кармане пальто. Я чувствую его. Пустоту внутри него.

Я скучаю.

Прижимаю ладонь к стеклу. Холод пробирает сквозь кожу.

Я не могу быть его тенью. Не могу идти следом, шаг в шаг.

Я провожу пальцем по инею на стекле. Лёд крошится, осыпается.

У него могут быть дела. Люди. Обязанности. Мир не сжимается до размеров моего ожидания.

И всё же…

Я сижу у окна и думаю только о нём. Меня тянет к нему. Сильно.

Сегодня последний рабочий день. Потом каникулы. Мы будем втроём.

Улыбаюсь отражению в стекле.

Интересно, он любит мандарины? Я даже не спросила. Интересно, поедем ли мы за город? Или останемся дома и будем валяться до обеда?

Я представляю его без рубашки на кухне. Его голос:

— Кнопка, не суетись.

Сердце сжимается от нежности.

Автобус останавливается. Люди выходят. Ещё секунду смотрю в окно. Я счастлива. Я жду его.

Захожу в лифт вместе со всеми. Кто-то смеётся. Кто-то держит коробку с подарком.

Двери закрываются. Нас много. Тёплые куртки рядом. Чужое дыхание касается виска. Чья-то перчатка едва задевает мою ладонь.

Смотрю в зеркало. В отражении — толпа. И я среди них. Странное ощущение — будто я одна. Будто между мной и всеми — прозрачная стена. Двери открываются.

Коридор встречает тишиной. Иду к своему столу. Бросаю взгляд на его кабинет. Закрыт. Ладно.

Снимаю пальто. Сажусь. Включаю компьютер. Офис досиживает последний рабочий день. Работы мало. Пара согласований. Пара писем. Формальности.

Я открываю документ. Читаю строку. Не запоминаю ни слова.

Смотрю на его дверь. Пусто. Я в ожидании.

В десять не выдерживаю.

Пишу:

Ты где?

Ответ приходит быстро.

Срочное дело на объекте. Буду к концу рабочего дня.

Коротко. По-деловому. Я перечитываю. Закрываю чат. Откладываю телефон. И всё равно жду.

Ближе к обеду меня вызывает Фёдор Сергеевич.

Стучу и, не дожидаясь ответа, аккуратно открываю дверь. В кабинете тихо. Он стоит у окна. Поворачивается ко мне с папкой в руках.

— Виктория, присядьте.

Я сажусь. Он говорит о работе. О проектах. Благодарит за последние месяцы работы.

Слушаю и киваю. Немного неловко. Я не умею принимать похвалу.

— Вы большая молодец, — добавляет он. — Справились лучше, чем я ожидал.

Щёки теплеют. Он протягивает мне коробку. Аккуратную. С бантом.

— Небольшой подарок к Новому году.

Я растерянно улыбаюсь.

— Спасибо… правда не нужно было.

— Нужно, — мягко перебивает он. — Я рассчитываю, что в следующем году наше сотрудничество будет таким же плодотворным.

Следующий год.

Я беру коробку. Она лёгкая. Тёплая от его рук.

— Я постараюсь, — говорю тихо.

Выхожу в коридор и смотрю на упаковку несколько секунд. Чувствую, как у горлу подступает ком.

Глупо. Это всего лишь работа. Подарок. Обычные слова. Но я так старалась. Так держалась. Быстро моргаю. Улыбаюсь.

Мы с Леной идём на обед. Медленно. Никто не спешит. Офис окончательно расслабился. Словно мир переключили на замедленную съёмку.

— Последний обед в этом году, — говорит Лена торжественно.

Я улыбаюсь. В кафе шумно.

Мы заказываем что-то простое. Смеёмся. Обсуждаем ерунду.

Лена рассказывает, как Лёша купил не ту гирлянду. Я смеюсь. Мне легко.

— А вы где Новый год встречаете? — спрашивает она, помешивая кофе.

Я открываю рот. И понимаю, что не знаю.

— С Платоном. И Стёпой, — отвечаю уверенно.

Пауза.

— Где?

Я улыбаюсь.

— Пока не знаю. Как скажет Платон.

Лена поднимает бровь.

— То есть ты правда не в курсе?

Я пожимаю плечами.

— У него же точно есть идеи.

Он всегда всё решает. Правда?

— Ну, романтично, — тянет Лена. — Сюрприз.

Я киваю. Сюрприз.

Мы идём обратно в офис. Молчим. Каждая в своих мыслях.

Телефон в её руке коротко вибрирует. Она смотрит в экран. Шаг замедляется. Потом останавливается совсем.

— Что? — спрашиваю я.

Она не отвечает. Смотрит то на меня, то снова в телефон. Лицо меняется. Неуловимо. Секунда — и улыбки нет.

— Лен?

Она сглатывает.

— Вика… я думаю, это какая-то фигня.

У меня внутри все холодеет.

— Что именно?

Она молча разворачивает телефон ко мне.

Фото.

Ёлка. Гирлянды. Тёплый свет. Платон. И Ева.

Её ладонь у него на шее. Губы касаются его губ. Не случайно. Не по-дружески. Он не отстраняется.

Подпись под фото: С днём рождения, любимый Скоро сбежим к морю.

Мир не рушится. Он просто становится тихим. Я смотрю на экран и чувствую, как звук вокруг выключается.

Люди идут мимо. Снег падает.

— Это… — начинает Лена.

Я не слышу продолжения. Гирлянда на фото светится слишком ярко.

Глава 45 Виктория

Голова раскалывается так, будто внутри кто-то стучит молотком. Медленно. Методично. Без жалости.

Я лежу одна. Не открываю глаза. Шторы закрыты. В комнате полумрак.

Вчера распадается на куски. Не день — набор обрывков. Работу помню плохо. Экран. Цифры. Чей-то голос. Я кивала. Что-то отвечала. Улыбалась.

Телефон завибрировал ближе к вечеру.

«Кнопка, не успеваю вернуться к концу рабочего дня. Возьми такси. Позже наберу.»

Я посмотрела на сообщение — и выдохнула. Облегчение пришло сразу. Резкое. Почти неловкое. Мне не нужно было его видеть. Я не была готова к разговору. Ни вчера. Ни сегодня. Вышла из офиса на автомате. Села в такси. Смотрела в окно и не видела город.

Хорошо, что Таня была дома. Они что-то собирали на кухне — конструктор, кажется. Помню разноцветные детали на столе. Она посмотрела на меня внимательно.

— Вик… ты что-то совсем бледная. Всё нормально?

Я пожала плечами.

— Голова.

Это было правдой. И неправдой.

Таня налила воды, нашла таблетки, сказала Стёпе говорить тише. Задержалась дольше обычного. Пока я не сказала, что всё нормально. Я уложила сына. Посидела рядом, пока он не уснул. Свет от ночника делал его лицо совсем маленьким. Потом я закрыла дверь его комнаты. И пошла к себе.

Свет не включала. Сначала села на край кровати, потом пересела к окну. Просидела так часа два. Может, больше — время расползалось, теряло очертания.

Во дворе проходили редкие пешеходы. Кто-то выгуливал собаку. Кто-то курил у подъезда. Машины проезжали лениво.

На небе висела луна. Чёткая, холодная. Чуть выше — одна яркая звезда. Я смотрела на неё так долго, будто она могла что-то объяснить. Будто если смотреть достаточно долго — станет понятно, где я ошиблась.

Я вспоминала, как он прижимал меня к себе в лифте. Как шептал в волосы. Как злился, когда кто-то на меня смотрел. Так не играют. Если это спектакль — он слишком хороший актёр. А я слишком наивная зрительница.

Иногда по щеке скатывалась слеза. Я сразу стирала её ладонью. Спокойно. Почти машинально.

Телефон лежал рядом. Я открыла её страницу.

Фото.

Её губы — на его губах. Его профиль — спокойный. За спиной — роскошная ёлка, залитая золотым светом. Всё правильно. Всё на своих местах. Кроме меня.

Я увеличивала. Снова. И снова. Рассматривала детали. Складку у его губ. Линию шеи. Его руку — не видно ли там напряжения. Не отстраняется ли он. Не сжимает ли пальцы.

Ничего. Он стоял спокойно. Уверенно.

Я могу воспроизвести это фото по памяти. Каждую деталь. Даже тень от её ресниц на его щеке.

Ревность.

Она поселилась во мне. Съедала изнутри. Кусочек за кусочком. Я же знала, что он нравится Еве. Ещё тогда. В его кабинете. Я всё поняла сразу. По тому, как она на него смотрела. Не как подруга детства. Так смотрят, когда любят.