Читать книгу 📗 После того как мы упали (СИ) - Любимая Мила

Мне, прежде всего, жалко волосы и ногти. Ни один парень на свете не стоит того, чтобы их портить.

Вы в курсе, каких бешеных бабок стоит красивый маникюр? А волосы? В моем шкафчике столько уходовых средств, начиная с шампуней и заканчивая сыворотками, что меня можно спокойно включать в список Форбс.

Я бы точно не стала из-за какого-то там придурка, не способного контролировать свой член, заниматься подобным вредительством.

Но, возможно, если бы девушкой, с которой мой любимый человек мне планомерно изменял довольно длительное время, оказалась не Аврора Жарова, я бы и кинулась в открытый бой. И если бы не знала восемьдесят процентов правды про отношения Авы и Марка.

Как я вообще могла обвинить её? Тем более мы с Авророй достаточно хорошо общаемся. Ни то чтобы подружки не разлей вода, но…

Черт, надо уметь отбрасывать любовную любовь в сторону и рассуждать трезво. Это мужики суют свои нефритовые жезлы во все, что движется. Почему девочки должны из-за них ссорится?

В конце концов, мы с Авой одинаково пострадали. Он обманывал нас обеих, вынудив согласиться на жестокую игру. Как так можно? С двумя одновременно? Или это просто я наивная и правильная?

Жаровой повезло хотя бы в том, что она не придумала себе красивую жизнь а-ля Барби и Кен.

ДВА ДОЛБАНЫХ ГОДА Я С НИМ.

Сколько раз собиралась уйти от него?

Просто не счесть!

Марк — один из тех парней, для которых у меня существовало довольно простое правило: спасайся, кто может!

Красивый, таинственный, притягательный, излучающий сексуальность и харизму настолько мощно, что ему сложно противостоять. С такими парнями не заводят серьезных отношений, за них не выходят замуж, не рожают от них детей…

А я, добившаяся в своей жизни всего, чего хотела, мечтала о нормальном парне, который станет впоследствии моим мужем. Я была готова завести ребенка с ним, по классике — пока смерть не разлучит нас, а он…

Ну блин, если вы встречаетесь два года, то — это серьезно. Куда больше? Как говорит моя мамочка, гражданский брак. Только штампов в паспортах не хватало.

Мы жили вместе, отдыхали. Я привозила ему в больницу обеды каждое дежурство… ближе Марка у меня никого нет.

Но наши отношения не были спокойными. Скорее, я добровольно согласилась на экстремальный аттракцион. Иногда затишье — все чаще бури.

Безбожно ревновала его, даже подозревала, будто что-то не так. Наверное, подсознательно чувствовала подвох. Но мужики умеют искусно бросать пыль в глаза. И потом, ведь без доверия ничего не получится, правда? Я пыталась ему доверять, хоть порой приходилось глотать обиды и реветь ночами в подушку.

Иногда срывалась, устраивала сцены ревности. Вслед за ними всегда шли наши крики, ссоры и угрозы расстаться. Как итог, примирение в виде жаркого секса.

Когда Ава показала мне его фотографию, я чуть не умерла. Фигурально. Но какая-то часть моей души точно отправилась в преисподнюю. Что-то сломалось, рассыпалось на части. Может быть, это была любовь к Марку.

Сколько я терпела, сколько ждала его! Как любила! Это, не говоря о том, чего натерпелась до того, пока мы начали встречаться.

Как он мог так поступить со мной после всего? Разве любимый человек способен на подобную жестокость?

Похоже, Марку было удобно со мной. Конечно! Когда есть всегда готовая дурочка Настя, к которой можно вернуться. Днем, ночью, через неделю или месяц!

И она, идиотка, примет.

Но больше я не стану его личной грушей для битья. Устала… бороться за эту извращенную одностороннюю любовь.

— Настя! — Марк схватил меня за руку. — Куда ты собралась в таком состоянии? Садись в машину. Домой поедем.

Мудак.

— Пошел ты! — сорвалась на крик и показала ему средний палец.

Выкуси, козел!

Мы, Насти, конечно, ромашечки, но если довести нас, то не приведи Господь, тебе перейти нам дорогу. Особенно, если ты гад со стажем.

Всё.

Никаких мужиков.

Свят-свят-свят!

Научно доказано, что нервные клетки восстанавливаются. В частности, когда шлифуешь свой стресс винишком, но, боюсь, в следующий раз, мне придется скупать целый погреб.

— Настя! — он притянул меня к себе. — Успокойся. Давай спокойно поговорим.

Именно в этот момент я посмотрела на своего Барсика по-другому. Он ведь ничуть не сомневается, что его очередной левак — пустяк. Я прощу его снова.

А вот дуля тебе, Марк!

— Не хочу я успокаиваться! — прошипела зло и зарядила коленкой ему прямо в пах. — Что, больно?

— Ненормальная?

Марк согнулся пополам, морщась от неприятных ощущений.

Хотела бы сказать, что мне немного полегчало, вот только тогда пришлось бы соврать.

— Больно тебе? Так вот, родной, мне тоже больно!

— Истеричка, — выдохнул он. — Не делай мне сейчас мозги, ок?

— Я сделаю из твоих мозгов протеиновый коктейль и выпью через соломинку! — зарычала, несколько раз ударив его кулаками по груди. — Я любила тебя, идиот! А ты… ты… трахал мою подругу!

— Такси вызовешь или все-таки поедем?

Скотина!

А ведь каждая девочка считает, что именно с ней этот плохой парень, разбивающий сердца направо и налево, с ней станет другим. Хочется нам быть прекрасными феями, спасающими мужиков и котиков.

На самом же деле, мужики не меняются.

Хоть отруби ему копыта,

Хоть завяжи рога узлом,

Хоть накорми его досыта,

Козел останется козлом!

Хотела бы я быть сильной и независимой, наплевать на Марка и уйти себе красиво в новую жизнь под плейлист песен Валерия Меладзе.

Но я не сильная и это факт.

Мне так плохо без моего Барсика. Сердце рвется к нему, сворачивая кровь в кипящий газ. Я не могла не плакать. Потому что любое воспоминание о нем или о нас вызывало у меня новый приступ истерики.

Я гордилась тем, что прогнала его ближайший час.

Когда шла до метро. Пока ехала до своей станции. Потом восхищалась своей решительностью ровно до стен моей квартиры, в которой мы оба жили последние два года.

А после…

После я разревелась, не зная, как быть дальше, что делать…

Каждую секунду я ждала его прихода. Это и его дом тоже. У него есть свои ключи. Вернее, это мой дом… но я наивно полгала, что мы когда-нибудь обустроим тут совместное гнёздышко… ну или построим новое.

Дура.

Какая я дура!

Вырубилась только под утро. И то кое-как.

Предварительно залила в себя бутылку вина и съела огромный тирамису.

Спала беспокойно. Ворочалась с боку на бок. Просыпалась от собственных рыданий. Металась по такой большой для меня одной кровати…

И еще этот огромный медведь в углу спальни, что подарил мне Марк на последний день влюбленных, бесил невероятно. Хотелось взять нож и вытащить из него все внутренности.

Но мишка ни в чем не виноват…

Потому я оттащила плюшевого раздражителя на балкон и улеглась обратно в постель.

Проснулась от громкого звука. Хлопка, который нельзя было спутать ни с чем другим. Дверь…

Он пришел.

Я его так ждала, что сейчас уже не могла видеть. Думала было накрыться с головой одеялом, но не успела.

Барсик прошел в нашу спальню и сел в кресло-качалку, смотря на меня в упор, будто пытаясь загипнотизировать.

Полагаю, скоро я начну ходить к психотерапевту с диагнозом множественной личности, будто у Билли Миллигана.

Потому что во мне сейчас жило, как минимум, пять личностей.

Первая рвалась кинуться в объятия этого жестокого Ромео.

Вторая решительно гнала его поганой метлой.

Третья личность вообще врубила режим жесткого пофигизма и абстрагировалась в своей собственной вселенной без мужиков.

Четвертая планировала, как именно мы будем мстить Марку, чтобы он побольше мучился.

Пятая уже собирала его чемоданы и пафосно бросала их с пятнадцатого этажа.

— Отошла? — как ни в чем небывало поинтересовался Марк, вытягивая ноги вперед.