Читать книгу 📗 Нарушитель правил (ЛП) - Рейн Пайпер

— Кто твой папочка? А... не отвечай, пока не поставишь подпись на пунктирной линии. Но это по-настоящему крупная сделка, и это означает, что у нас есть варианты. Так что готовься сдать свою квартиру в субаренду Харкинсу или еще кому-нибудь.

Я обвожу взглядом спальню Пенелопы.

— Не уверен насчет переезда. Я правда не хочу уезжать из Чикаго.

Да, стены здесь нужно покрасить, и кое-что обновить, но это пространство Пенелопы, с ее вещами. Я хочу быть здесь с ней и Хейзел.

Ни разу за все то время, что я играл в других городах, мне не приходилось думать ни о ком, кроме себя.

— Что ж, если хочешь играть в бейсбол, тебе лучше начать привыкать к этой мысли. Может, посмотрим, клюнут ли «Троянцы», но их новый генеральный менеджер, Бьянка Бэнкс, та еще штучка. Не думаю, что я ей нравлюсь.

— Ума не приложу почему, — сухо отвечаю я.

— Ладно, мне пора. Буду на связи. Если выбьешь крупный контракт с Нью-Йорком, это будет отличный средний палец Шейну Уитакеру. До скорого.

Он вешает трубку, а я так и остаюсь сидеть с телефоном в руках.

Я придерживался всех трех своих правил, но не уверен, что это вообще имеет какое-то значение.

Я не брал того, что мне не принадлежало – Пенелопа была моей.

Я не оставался там, где мне не место – мое место здесь.

Но если я приму предложение в другом городе, значит, я пообещал то, чего не смогу выполнить. Жизнь здесь, в Чикаго, с Пенелопой и Хейзел.

— Мы вернулись! — кричит Пенелопа подчеркнуто громко.

Я быстро вскакиваю на ноги и спускаюсь по лестнице.

— Привет, Дек! — Хейзел проносится мимо лестницы на кухню с каким-то рисунком в руке.

Пенелопа смотрит на меня:

— Возможно, ты прав.

— В чем?

— Очередной рисунок собаки.

Я смеюсь и быстро ее обнимаю, но не успеваю отстраниться. Я слышу, как шаги Хейзел замирают. Мы оба смотрим на нее и видим, что она стоит с открытым ртом.

Я начинаю отстраняться, но Пенелопа цепляется за меня еще крепче.

— Хейзел, милая, нам нужно поговорить.

Глава 48

Пенелопа

— Уверена? — шепчет Деккер.

— Время пришло, — я отстраняюсь, но руки его не выпускаю. — Хейзел, давай присядем.

— Хотите сказать, что Деккер теперь мой папа? — Хейзел влетает в гостиную и с размаху плюхается в кресло.

На секунду я замираю, но все же опускаюсь на диван и увлекаю Деккера за собой, вынуждая сесть рядом. Похоже, он совершенно растерян. Наверное, стоило предупредить заранее, но с детьми по-другому не бывает: вечно приходится действовать экспромтом.

— Дело вовсе не в том, станет ли Деккер твоим папой.

— Разве нет? — ее личико недовольно кривится, и я невольно отстраняюсь, пораженная такой реакцией. — А они говорили, что все сработает! Что нужно просто заставить вас проводить время вместе, и тогда он станет моим папой.

Я бросаю взгляд на Деккера. Он рассказывал о Бодхи, сыне Генри Хенсли, и о неистребимой привычке совать нос в чужие романы. Деккер еще тогда намекал, что Бодхи, возможно, приложил руку и к нашей истории.

— Хейзел, а кто «они»?

Она вжимается в кресло и упорно отводит глаза, готовая смотреть куда угодно, лишь бы не на нас.

— Хейзел, — я включаю самый строгий тон, и дочка робко поднимает глаза. Она понимает: разговор не прекратится, пока не выложит всю правду.

— Мальчишки... Линкольн, Бодхи и Мика. Бодхи и Мика говорили, что свели его родителей. Что нужно было просто подтолкнуть их друг к другу. Вот я и...

Деккер до сих пор хранит молчание, а я чувствую себя так, словно бреду в кромешной тьме, на ощупь продвигаясь к выходу. Мне и в голову не могло прийти, что она с самого начала вынашивала именно такой замысел.

— И как же ты нас подтолкнула? — интересуюсь я.

Она косится на дверь.

— Хейзел.

Малышка шумно выдыхает.

— Конкурс талантов с хулахупом. На спортивном празднике все видели, как круто Деккер умеет его крутить, а Монро проболталась, что подслушала, как Хейс и Лейтон говорили о вас. Мне нравится Деккер. Я хочу, чтобы он стал моим папой.

Я поворачиваюсь к Деккеру: его глаза округлились от изумления.

— Не оставишь нас на пару минут? — обращаюсь я к нему. Деккеру незачем присутствовать, пока я буду объяснять дочери, что нельзя просто взять и назначить кого-то своим папой.

— Если ты не против, я бы лучше остался, — отзывается он.

Я удивленно хмурюсь.

— Правда?

— Да, — кивает он.

— Хорошо... — я мягко высвобождаю руку, подхожу к Хейзел и опускаюсь на колени перед ее креслом. — Послушай, милая, я понимаю, что тебя очень волнует все, что связано с папой. И Деккер симпатичен, но нельзя просто выбрать человека, а потом заманить его в ловушку обманом...

— Ну, лично меня никто не обманывал, — возражает Деккер.

Я слегка наклоняю голову и бросаю на него взгляд, ясно говорящий: «Я сама справлюсь, просто посиди».

— Ты пошла на обман и придумывала разные уловки, чтобы Деккер выкроил время в графике и научил тебя крутить обруч. И...

Мысли разбегаются, и я совершенно не представляю, как правильно распутать узел. А ведь гениально, если подумать: орава младшеклассников – и такие первоклассные сводники.

— Разрешишь? — спрашивает Деккер, поднимаясь с дивана и подходя к креслу. Получив мой кивок, он переключает внимание на Хейзел. — Во-первых, для меня огромная честь, малышка, что из всех людей ты захотела видеть папой именно меня. Но, по-моему, мама пытается спросить о другом: почему?

Ну да, отличный вопрос. Черт возьми, я же главная, а он в два счета обставил.

— Ты любишь мамочку.

Деккер улыбается и переводит взгляд на дочку.

— С чего ты решила?

— Ты с нее глаз не сводишь. Постоянно делаешь что-то хорошее. И для меня тоже. Разве ты не любишь мамочку? — Хейзел недовольно хмурится.

— Милая, — мягко вмешиваюсь я, понимая, что разговор сворачивает совсем не туда, куда хотелось бы.

— Да, я люблю твою маму.

— Почему тогда не можешь быть моим папой? Папы ведь любят мам, а мамы любят пап.

Далеко не всегда, но разговор на эту тему мы точно отложим на будущее.

— На самом деле решать, стану твоим папой или нет, должен не я. Тут все зависит сначала от твоей мамы, а потом уже от тебя.

В этот миг я влюбляюсь в него еще сильнее.

Хейзел поворачивается ко мне.

— Мамочка, ну можно?

Я улыбаюсь дочери.

— Послушай, Хейзел, я очень ценю твои усилия, но сейчас нужно поговорить с Деккером наедине. К теме папы мы обязательно вернемся позже. А сказать мы хотели, — я присаживаюсь на журнальный столик и беру дочку за руки, — что я действительно люблю Деккера, он любит меня, и мы встречаемся.

Широкая улыбка озаряет ее личико.

— Значит, сработало? Вы вместе?

— Вместе, — кивает Деккер, улыбаясь в ответ.

— Но папой он от этого пока не стал. Возможно, когда-нибудь так и случится, но точно не сейчас, милая.

Улыбка тут же слетает с ее лица, и Хейзел косится на Деккера, сердито сдвинув маленькие бровки.

— Послушай, Хейзел, — он поднимается на ноги. — Нам с твоей мамой нужно кое-что прояснить. Мы рассказываем о нас, но секрет должен остаться в тайне, ведь предстоит уладить несколько взрослых вопросов.

— Но ведь ты можешь стать моим папой, правда?

— Хейзел, обещаю, – и можешь спросить у мамы, я никогда не даю невыполнимых обещаний, так что поверь на слово, – что в один прекрасный день я стану твоим папой.

— Ура! — Хейзел слетает с дивана прямо к нему на руки. Деккер крепко обнимает малышку, пока та утыкается носом ему в шею.

Он смотрит на меня через ее плечо, и я киваю: да, когда-нибудь Деккер обязательно им станет. На этот счет нет ни малейших сомнений. Нужно решать проблемы по мере их поступления. И первая на очереди – козел, который не отвечает на мои звонки и электронные письма. Что ж, имеет право, наверное. Вот только к свадьбе между мной и Деккером не должно остаться никаких секретов, а значит, дело не терпит отлагательств. Именно поэтому хочется разобраться с еще одной проблемой.