Читать книгу 📗 Верь в меня (СИ) - Дайвер Энни

Взяв телефон, иду на кухню. Там Ринка суетится, жарит сырники. Запах фантастический, сразу в животе урчать начинает. Вадим стоит за спиной Марины, обнимает ее, гладит круглый живот. Совсем скоро узнаем, кто там — мальчик или девочка. Они меня не замечают, и я улыбаюсь. Слезы на глаза наворачиваются: я счастлива за сестру и одновременно печальна, что меня подобной радостью не наградили. Вадим что-то шепчет ей на ухо, Ринка улыбается, даже посмеивается. Я ощущаю себя лишней на этом празднике жизни. Они должны делить такие моменты на двоих, не думая, что я в любой момент могу нарушить их уединение.

— Накрой пока на стол, Вадь, — Марина уворачивается от очередного поцелуя и, улыбаясь, переворачивает сырники. — Тарелки, вилки, — мягко подсказывает мужу. Я каждый раз удивляюсь, что моя сестра-оторва стала такой нежной женщиной в браке. Иногда, конечно, она вспоминает о своей истинной сущности, и тогда Вадиму приходится несладко.

— Доброе утро, — решаюсь подать голос, хоть и неловко мнусь в дверях.

— О, привет, Ди, садись, почти все готово, — она взмахивает рукой.

Я забираю из рук Вадима тарелки, расставляя их по местам, разливаю по креманкам варенье и сгущенку, которые стоят на краю стола.

— Я завтра поговорю с Русланом и попрошу его освободить квартиру. Не хочу вас больше стеснять, — произношу твердо. Я думала об этом со второго дня. Люблю свою сестру, но не могу злоупотреблять гостеприимством.

— С ума сошла? — возмущается Ринка, выключая плиту.

— Тебе необязательно торопиться, — на правах главы семьи заявляет Вадим. — Ты нас ни в чем не стесняешь. Живи здесь сколько потребуется.

— Да-да, и мне так спокойнее, когда Вадика дома нет. Не одна, не скучно, — Марина подходит ближе ко мне и протягивает руки, собираясь меня обнять. — Совсем тебе грустно, да? — спрашивает тихо, так что я поджимаю губы и киваю.

— Я, кажется, налажала, поспешив с выводами, — пожимаю плечами, а у самой в душе раздрай, а в голове ни одной мысли, что делать дальше.

— Так, не торопись с выводами, красотка! — журит меня сестра, но все же обнимает. Мы вчера с ней целый час болтали на кухне. Ей не спалось, а я только приехала. Выпалила все как на духу, тяжело в себе держать, когда эмоции через край. Марина успокоила, напоила меня чаем и отправила спать. А сегодня продолжает поддерживать. — Говорить можно что угодно. Мы в слова уже не верим, нам нужны доказательства. Так?

— Ага.

— Ну вот. Значит, пусть доказывает. Правильно, Вадик? — подключает тяжелую артиллерию.

— Это не нам с тобой решать, Риша, а Андрею и Диане. Если нужны доказательства, Диана вправе их потребовать, ровно так же, как и Андрей вправе отказаться их предоставлять, если он и правда тебе не изменял. Жизнь строится на доверии, — Вадим как всегда спокойный. Его вообще сложно вывести на какие-либо эмоции. Только у Марины получается, но потом он все равно возвращается к спокойному состоянию.

Вадик прав. Я бы хотела знать наверняка, увидеть, как эта Ангелина оказалась вышвырнута из комнаты, не получив желаемого. Я бы хотела разделить чувства Андрея в тот момент, чтобы окончательно все для себя понять. Но это невозможно. У меня есть только его слова. И раньше мне всегда было достаточно, потому что я безоговорочно ему верила. А теперь не выходит.

— Доверяй, но проверяй, — возмущается Марина в ответ. — Пословицу не зря придумали.

— Ага. Ты только в шпионов не играй, о другом думай, — выразительно кивает на ее живот.

Мой телефон звонит. Андрей. За двором слышится шум машины. Наверняка подъехал. Бросаю взгляд на часы. Без пяти одиннадцать. Быстро время пробежало, мы даже не позавтракали. Но, может, это и к лучшему? Оставлю утро для Рины и Вадика.

— Бесят эти пунктуальные вояки, — Марина закатывает глаза, намекая на мужа. Вадим не одну лекцию об опозданиях ей прочитал в свое время.

— Не спеши, Диана, — Вадик идет к двери.

— Ты куда?

— Перекурю. Заодно проверю.

Мы остаемся вдвоем. Марина усаживает меня за стол и кладет в тарелку два сырника. Двигает кружку с кипятком. И когда только она успевает так быстро со всем справляться? Я без живота не такая поворотливая, как сестра.

— Я запуталась, Рин, — ломаю вилкой сырник, щедро политый сгущенкой. Ринка знает о моих предпочтениях, поэтому не скупится. — Он вчера говорил слишком искренне. А если и правда у них ничего не было?

— А если это вранье? Знаешь, как лжецы раскаиваются. О-о-о, они такие дифирамбы поют, что только успевай лапшу с ушей снимать, — она резко замолкает, смотрит на меня, округлив глаза. Подхватывает с тарелки сырник и быстро-быстро жует. — Хотя Андрей у тебя вообще не такой. Он прямой как рельса.

— Вот именно.

— Не спеши. У вас уже размолвка случилась. Разберитесь в ней спокойно. Если и правда ничего не было, то есть ого-го какой шанс все вернуть и даже сделать еще круче.

— Не знаю. Я теперь чувствую себя так, будто все случилось. Ну, измена, предательство, — отодвигаю тарелку подальше и показываю класс. Не могу доесть, кусок в горло не лезет. Мыслями я уже там, за двором, рядом с Андреем. Представляю, как мы будем ехать, как будем вести себя там, у мамы. — И как от этого отключиться, понятия не имею.

— Дай себе время, Ди. Не пытайся решить все сразу. Ты это, конечно, любишь. Но придержи коней и не руби с плеча, — она поднимается с места и смотрит в окно. Там ничего не видно, высокий забор прячет и Вадима, и Андрея. Марина открывает форточку и принюхивается, а потом недовольно цокает. — Все, иди. А то Вадик вторую начнет курить.

Глава 10

Складываю все, что нарубил, в дровник. Физический труд помогает выгонять из головы дурные мысли, поэтому тружусь с энтузиазмом. За три с половиной часа усердной работы справился с большей частью. Можно, конечно, сегодня все добить, но уже темнеет, а по ночи возиться неохота. Здесь, конечно, есть свет, но кому это надо? Дров на праздники хватит, а дальше разберемся. Может, еще как-то на неделе заеду и добью остальное.

Стоит отложить в сторону топор и немного расслабиться, как мысли начинают метаться. Я прокручиваю все: и наши вчерашние разговоры с Ди, и свои сообщения в чат бойцам с внеплановым сбором на тренировку, и даже короткую беседу с Вадимом сегодня утром. Он вообще мужик мировой, перевели его в часть после ранения в горячей точке. Сейчас уже притерся ко всем, хотя правильнее будет сказать, все к нему, и живет счастливо.

Мы перебросились парой-тройкой фраз утром. Пришлось коротко пересказать ему ситуацию, какой я ее вижу. Завтра, конечно, многое прояснится. Я на это надеюсь. Сегодня же я заручился поддержкой Белова. Он пообещал пробить по своим каналам информацию. Я попросил его не рисковать, а он только махнул рукой. Вадим всегда осторожный, поэтому и работает сейчас без врагов, все его справедливо опасаются, но дружить против боятся.

Когда набираю в руки очередную охапку поленьев, вижу Диану, спешащую по расчищенной дорожке ко мне. Смешная такая, в тяжелой отцовской фуфайке, которая явно велика ее плечам, и в галошах бордового цвета. Аккуратно переставляет ноги, чтобы не зачерпнуть снега сбоку. Я улыбаюсь, когда вижу ее. Для меня не изменилось ничего, я просто принимаю новые реалии, в которых Ди вынуждает нас жить.

Она осторожничает — останавливается поодаль, оценивает обстановку. Да, я не слишком аккуратно орудовал топором — куда улетало, там и оставлял, а теперь собираю. Диана еще недолго смотрит на меня, а затем подбирает пару деревяшек, подходит ближе.

— Мама спрашивает, долго ты еще тут возиться собираешься? Она обед приготовила. Ну как она, мы с ней, — уголки ее губ приподнимаются, и я жадно впитываю эмоции Дианы. Меня конкретно-так на ней клинит. Мало того, что я во время командировки думал о ней, так после возвращения получил скандал и одиночество и теперь голодный во всех смыслах. Хотя нет, только в одном. Жену хочу. Этот голод перебивает все.

— Клади сверху, — киваю на свою охапку. — Или сама неси туда, — поворачиваю голову в сторону дровника. Диана кивает и идет к нему. Ну конечно, от меня надо держаться подальше. План надежный, как швейцарские часы. Уверен, это ее мама ко мне отправила, самы бы ни за что не пришла. — Как соберу, приду. Думаю, минут десять-пятнадцать.