Читать книгу 📗 "Мир меняется — ребенок готов - Кляйн Това"

Многие родители, с которыми я работаю, путают самооценку и принятие себя, и это неудивительно. Эти термины переплетаются и часто используются как взаимозаменяемые. Но разница все же есть: самооценка подразумевает то, как мы оцениваем себя и к себе относимся; принятие себя означает более глубокое и устойчивое осознание присущей человеку ценности. Принимая себя, человек признает все свои стороны, не только положительные, достойные уважения. Таким образом, принятие себя безусловно и безоценочно, оно лежит в основе самопознания. Человек может осознавать свои слабости и ограничения, но это осознание никоим образом не мешает ему полностью принимать и любить себя. Принимая, а не осуждая недостатки, человек способен работать над собой и развиваться; им движет стремление меняться и самосовершенствоваться.

Показывая, что любовь к ребенку не зависит от его интересов, характера, индивидуальных особенностей, прически или стиля одежды, мы демонстрируем, что ребенка ценят таким, какой он есть. Мы также показываем, что доверяем ему. Это отличается от помощи с формированием самооценки, которая связана с достижением целей, успехами, результатами, компетенциями и навыками. Родители входят в команду поддержки ребенка, они хвалят его за все успехи от первого шага до получения диплома. Но даже у бескрайнего родительского энтузиазма есть границы, и порой мы можем посылать детям непреднамеренные сигналы.

• Что будет, если ты придешь последним в забеге?

• Что, если ты получишь тройку по математике?

• Что, если ты не справишься и не пройдешь отбор в футбольную команду или в школьный мюзикл?

Опасность возникает, когда ребенок считает, что его неуспехи и низкие результаты означают, что родители будут любить его меньше. То есть считает, что родительская любовь привязана к выполнению определенных условий. Поэтому важно видеть этот нюанс: да, можно признавать достижения детей и поддерживать их мотивацию в достижении целей, но не за счет ослабления и разрушения их «я». Порой родители проявляют такое рвение в связи с той или иной деятельностью ребенка, что дети начинают сомневаться, будут ли их по-прежнему любить, если они не победят в спортивных состязаниях и не сдадут экзамен, не будут вежливы со всеми и не станут заниматься тем, чем хотят родители. Если ребенок не пройдет отбор в спортивную команду, это не изменит его сущность, но если в его сознании «попасть в команду» приравнивается к «родитель меня ценит» — дело плохо.

Даже похвалу за достижение ребенок может истолковать как сделку: «Если я в чем-то преуспею, родители будут обращать на меня внимание и любить меня больше». Риск в том, что в сознании ребенка начинает зарождаться так называемый внутренний критик — противный голосок, вызывающий сомнения в себе, чрезмерную суровость к самому себе, склонность игнорировать свои реальные потребности, недоверие к себе и неуверенность. Все эти качества — антиподы стрессоустойчивости. Критерием самоценности в данном случае становится похвала и положительный отклик со стороны окружающих — родителей, учителей, других взрослых. Внутренний критик, как и стыд, подтачивает позитивное самоощущение. В большинстве из нас живет этот внутренний критик, но взрослые люди стараются не обращать на него внимания, и его воздействие кратковременно. Дети более уязвимы к влиянию внутреннего критика; он может провоцировать тревогу и склонность к перфекционизму. В результате дети могут избегать сложных задач, если не уверены, что смогут быстро их решить, и недостаточно мотивированы пробовать новое. Укореняясь, эти реакции мешают росту и развитию.

Малика — очень разговорчивая десятилетняя девочка, которая всегда хорошо училась в школе. Учителя, родители, бабушки и дедушки, друзья восхищаются ей и хвалят ее. Она учится только на пятерки, любит математику и считается прирожденным лидером. Однако, столкнувшись с новой темой по математике и новой задачей, с которой не может справиться, Малика закрывается. Она не обращается за помощью к учителю; у нее начинает болеть живот, и она просит маму оставить ее дома. Без постоянной похвалы за успехи она теряет почву под ногами, впадает в растерянность и начинает нуждаться в посторонней помощи.

Малика говорит матери: «Я тупая! Я никогда это не пойму!»

Мать напоминает, что все она поймет и у нее все получится, но до Малики доходит не сразу. Она молчит, в глазах стоят слезы. Тут ее мама понимает, что похвала на самом деле пагубно сказалась на отношении Малики к себе. Девочка решила, что ей все по плечу, и не понимала, что обучение — это процесс, подразумевающий пробы и ошибки. Ребенок, считающий себя идеальным, испытывает огромное напряжение.

Родители Малики понимают, что им самим нужна помощь, чтобы поддержать дочь должным образом. Они привлекают к делу бабушек и дедушек и со временем начинают внушать Малике другие мысли, акцентируя внимание на стараниях девочки, а не на результате. Они больше не обсуждают оценки, но отмечают ее успехи. Интересуются, как она себя чувствует, когда ей удается продвинуться в том или ином предмете, а не просто говорят, какая она замечательная. Так постепенно Малика преодолевает свой перфекционизм и заменяет его убеждением, что обучение — длительный процесс, а ошибки и не самые выдающиеся результаты — его часть.

Этот подход впоследствии приведет ее к успеху и поможет обрести стрессоустойчивость. Малика больше не будет ощущать растерянность, столкнувшись с препятствием в обучении, и научится воспринимать учебу как поэтапный процесс, где иногда приходится делать шаг вперед и два шага назад.

Родителям важно осознавать, что именно с их подачи у ребенка формируется чувство самоценности и что их задача — помочь ребенку сопротивляться зарождению внутреннего критика и противодействовать ему, если он уже появился. Независимо от возраста дети будут обращаться к вам за валидацией; им важно, чтобы их замечали, любили и принимали. Перед родителями стоит сложная задача: поработать над собственными предубеждениями и увидеть своих детей такими, какие они есть.

Внутренний критик часто рождается из-за отсутствия родительского принятия. Его голос может зазвучать в голове очень рано и не заглохнуть, даже когда ребенок уже вырастет. Одна пятидесятилетняя мать как-то поделилась, что ее крайне критичная и суровая мать наконец-то похвалила ее за успехи в воспитании и умение сочетать воспитание и сложную работу. «Вы не представляете, как долго я дожидалась от нее доброго слова. Она никогда ничем не показывала, что считает меня хорошей матерью; всю жизнь она лишь критиковала меня. Я так долго сомневалась в себе и так нуждалась в ее похвале», — и это говорит женщина с успешной карьерой, которая в одиночку воспитывает успешных детей; она все еще ждет одобрения от матери и сомневается в себе, несмотря на все, чего достигла. Похожий разговор однажды состоялся у меня с отцом подростков: «Я долго не заводил семью и стал отцом только в сорок шесть лет. Я потратил почти всю свою взрослую жизнь, пытаясь осчастливить своего отца, и все ждал, когда же он будет мной гордиться. Это было невозможно, но я все равно этого хотел». Мы можем помочь детям справиться с внутренним критиком, научившись принимать их такими, какие они есть, и говорить им об этом, даже если их сложно понять.

Угадать потребности ребенка иногда сложно; не все родители умеют читать мысли. Порой мы неосознанно игнорируем потребности детей, а бывает, понимание блокируется по тем или иным причинам. Иногда родители бегут впереди паровоза и нетерпеливо ждут, что к определенному возрасту дети перерастут некоторые виды поведения, хотя могут быть объективные причины, почему этого не происходит. Родители хотят, чтобы ребенок повзрослел и перестал ныть, потому что он уже большой, чтобы он стал более ответственным, самостоятельным, убирался в комнате. Однако все дети развиваются по индивидуальному графику, и иногда это два шага вперед и один шаг назад. Регрессивное поведение почти всегда связано с попыткой ребенка сообщить родителю о его потребностях: почти всегда есть причина, почему дети начинают вести себя как маленькие.