Читать книгу 📗 Змей Севера (ЛП) - Догерти Гордон

Он почувствовал, что все взгляды устремились на него. Подняв глаза, он увидел стеклянную решимость во взгляде каждого из своих людей, кроме Паво; Паво отрицательно качал головой, таращась на ковер из мертвецов, сплетенные конечности и изрубленную плоть. Галл нахмурился, а потом понял. Сальвиан. Галл закрыл глаза, сердце его упало. Молю, пусть твой путь в Элизиум будет быстрым, мой друг.

Затем, открыв глаза, он увидел отпечаток копыта на земле, все еще свежий, в котором собиралась кровь. Железная маска снова опустилась на его лицо.

— Всадники, сделавшие это, должно быть, где-то рядом. К мосту!

Как один, шестьдесят человек перешли на бег, спускаясь с гряды, чтобы пересечь северную равнину. Впереди манил деревянный мост. А за ним, через несколько сотен ярдов, тянулся лес.

— Тпру! Что это там, командир? — Феликс затормозил, кивнув на очертания предмета, стоящего у дальнего предмостного укрепления. Он был высотой с человека, а шириной — с четверых, и накрыт большим куском грубой ткани. Остальные тоже замедлили ход.

Глаза Галла сверкнули.

— Это наша последняя надежда. Четырехклыкое чудовище…

Феликс сухо ухмыльнулся.

— Гигантская баллиста? — Затем он повернулся к отряду и рявкнул: — Шевелитесь! Я разве разрешал останавливаться?

Галл посмотрел поверх устройства. Он нахмурился, оглядываясь в поисках четверых легионеров, которых оставил здесь, но не увидел ни души. Он наклонился к своему примипилу:

— Что ж, надеюсь, она нам не понадобится, — неуверенно произнес он, оглядывая пустынную равнину. — Перейдем мост и укроемся в деревьях. Там осмотримся, перевяжем раны, проверим пайки и снаряжение…

Слова Галла замерли, когда он почувствовал это: земля под ногами дрожала. Он обернулся на бегу.

— Митра, нет! — прошипел Феликс, тоже оглядываясь на травянистый подъем.

Облако пыли взметнулось над равниной, которую они только что покинули, а затем крыло из сотни готских кавалеристов вырвалось из-за гребня; ведущий всадник держал развевающееся знамя с меткой Змея.

— К мосту, ломай строй! — закричал Галл.

Легионеры замешкались лишь на мгновение, прежде чем обернулись и увидели, что на них надвигается. Колонна тут же рассыпалась, и люди побежали, бросая оставшиеся щиты, копья и шлемы. Каждый из них знал: быть пойманным кавалерией в чистом поле при численном превосходстве врага означает верную смерть.

Галл обернулся на бегу. Кавалерия настигала их, оставалось всего четверть мили. Теперь он мог разглядеть их красные кожаные кирасы, конические шлемы и копья, устремленные в небо. Затем, по резкому выкрику командира, железные наконечники единым плавным движением опустились для атаки. Галл окинул взглядом своих людей; он понял, что они не успеют добраться до моста вовремя. Он отстал, поравнявшись с аквилифером в хвосте; тот задыхался. Галл схватился за штандарт с серебряным орлом и вырвал его у солдата, который поначалу отказывался его отпускать.

— Твоя честь незапятнана, парень, отдай мне орла и беги к мосту. Живо! — прошипел Галл.

Галл развернулся лицом к готской кавалерии и пошатнулся, увидев их всего в двадцати шагах, не больше. На лицах всадников играли хищные ухмылки людей, знающих, что победа и легкая резня у них в кармане; их светлые волосы развевались, лошади роняли пену, лоснясь от пота после галопа. Он почувствовал укол старого чувства — ужаса, но отмахнулся от него, как от назойливой мухи. С этими мыслями он поднял штандарт и помахал им в сторону деревьев по обе стороны равнины. Ведущий гот издал боевой клич баритоном, нацелив копье в горло Галла. Галл закрыл глаза и вызвал в памяти образ Оливии.

Раздался гулкий звон тетивы, и деревья по обе стороны равнины тут же изрыгнули яростный град. Галл открыл глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как гота перед ним выбило из седла одним из снарядов; его тело сломалось, словно глиняное, а на месте, где он сидел, взметнулось облако багровых брызг. Вдоль всей линии готской кавалерии всадников и коней сметало с пути фланговым огнем болтов баллист.

— Да благословит Митра баллисты! — взревел он, хватая поводья одной из лошадей без всадника и взлетая в седло. Пустив коня галопом к мосту, он прижался к спине жеребца и обернулся: готская атака захлебнулась под градом болтов, лошади спотыкались о павших, всадники натягивали поводья. Он наклонился, схватил бегущего аквилифера за шкирку и затащил его в седло позади себя.

— Отличная мысль, командир! — крикнул аквилифер.

— Не радуйся раньше времени, — прорычал Галл, и тут ритмичный звон баллист замедлился, а затем стих.

— Почему они остановились?

— Баллисты не достают, — подтвердил Галл, снова оглянувшись; ряды готской кавалерии поредели, может быть, наполовину, но атака возобновилась, и они все равно настигнут легионеров раньше, чем те доберутся до моста. Он снова посмотрел вперед и указал на массивный предмет, накрытый тканью, на той стороне моста: — Но вот эта точно достанет!

— Командир? — нахмурился аквилифер.

Галл проигнорировал замешательство солдата и проревел в сторону дальнего укрепления:

— Расчет баллисты! К бою!

Пришпорив коня, он не сводил глаз с накрытого тканью устройства, ожидая, что четверо легионеров, оставленных им для управления гигантской баллистой, выскочат из подлеска или выпрыгнут из-за машины. Он дал четкие приказы, когда оставил их здесь по пути к Маркианополю. Следить за мостом из деревьев и быть готовыми использовать орудие, если готы начнут войну.

Вместо этого из буковой чащи рядом с устройством выбрались четверо готских копьеносцев с чубами на макушках, сорвали ткань и приготовились к стрельбе.

Галл в ужасе натянул поводья. Канаты на устройстве были натянуты, оружие заряжено. Только сейчас он разглядел слабые следы красного в траве вокруг стреломета — последние останки тех четверых бедолаг, которых он там оставил. Впереди колонна замерла в ловушке, метая взгляды между налетающей готской кавалерией и гигантской баллистой. Галл искал приказ, который мог бы все исправить. Но не находил ничего.

Сердце его замерло, когда гигантское орудие содрогнулось и с треском толстого каната, высвобождающего яростное напряжение, выплюнуло четыре болта, каждый в два человеческих роста, толщиной с молодой дуб и с наконечником, похожим на рапиру. Мимо него пронеслось смазанное пятно тел; трое его людей оказались нанизаны на один из гигантских снарядов, который пролетел над равниной еще сотню футов, прежде чем зарыться в землю. Краем глаза он увидел, как три других снаряда сеют такие же разрушения.

Когда баллиста замолчала, расчет начал заряжать первый из следующей партии четырех снарядов. Готская конница замедлила атаку, чуя победу. Они сомкнули полумесяц, прижимая легионеров к мосту и берегу реки. Затем они двинулись вперед рысью, обнажая мечи; их глаза сверкали при виде добычи.

Галл стряхнул минутное колебание, соскользнул с седла и взмахнул штандартом с орлом.

— Ко мне! — проревел он, пятясь от сжимающегося кольца всадников.

Горстка легионеров, шатаясь, перебралась к своему трибуну, нацелив то оружие, что у них еще оставалось. Позади он услышал стук второго болта баллисты, заряжаемого в машину. «Вот и всё», — понял он, и гнев закипел в груди. Его люди умрут, он умрет. Но он умрет как загнанный зверь, без чести. И тут его взгляд зацепился за самую безобидную вещь, когда он оглянулся проверить позиции своих людей: рыжая белка пробежала по нижней части деревянного моста, напуганная шумом. По спине пробежал холодок: у него появилась призрачная надежда.

— Мне нужны двое. Кто хорошо лазает! — прошипел он через плечо.

Люди посмотрели на него и друг на друга; на их лицах читались ужас и недоумение.

— Командир? — прохрипел Зосима из-под маски из запёкшейся крови на лице.

Галл сверкнул глазами на центуриона-ветерана. Сейчас было не время для подробных объяснений.

— Я пойду, — произнес голос.

Галл обернулся и увидел жилистую фигуру Паво. Молодой легионер все еще кровоточил от ран на бицепсе и бедре, но на лице его застыла горькая решимость.