Читать книгу 📗 Под вересковым небом - Танзен Метте

Я сглатываю и в замешательстве рассматриваю свои ногти.

— К тому же ты некоторое время будешь здесь, а работа на рынке могла бы помочь тебе обзавестись знакомыми. Ты чувствуешь себя в этой квартире просто замечательно, — Лив допивает чай, — но ведь нельзя постоянно сидеть здесь в одиночестве.

Я продолжаю рассматривать свои ногти, пока в голове с бешеной скоростью проносятся мысли.

— Знаешь, — Лив выпрямляется, — просто подумай над моим предложением. Мне все равно уже пора бежать: нужно подоить коз.

— Да, конечно, — я спешно отодвигаю стул. — Хорошо, что ты зашла. Спасибо за твое предложение и, — я снова чувствую себя растерянной, — за доверие.

Лив улыбается, и я очень надеюсь, что она не обиделась на меня.

— Пойдем посмотрим, удастся ли мне оторвать дочку от ее дел. — Мы с Лив направляемся в гостиную.

— Пижама в полоску получилась очень красивой. Думаю, теперь котику пора идти спать, — Бетти опустилась на колени перед журнальным столиком и рассматривает рисунок Валери.

— Минуточку, — малышка хватает голубой карандаш, — мне еще нужно нарисовать ему носочки. Они будут похожи на твой свитер.

— Валери нарисовала Клуни, — Бетти смотрит на нас снизу вверх, — вот только теперь это не фермерский кот, а домашний.

— Вот оно что, — на самом деле я не очень понимаю, о чем идет речь.

— Клуни — это кот Валери, — подсказывает мне Лив.

И тут я вспоминаю серый клубочек: он лежал у Бетти на коленях, когда мы сидели вместе в садовом кафе. Моя подруга была в полном восторге от этого кота.

Когда я вижу Бетти, сидящую на корточках на ковре, я точно знаю, что она станет прекрасной бабушкой. Меня удивила ее любовь к животным. Думаю, в ней скрыто еще много неизведанного. Обязательно скажу ей об этом при случае.

Но для начала нужно попрощаться с гостями. Нам с трудом удается убедить малышку в том, что она сможет дорисовать Клуни дома. Вскоре Лив и Валери уходят. Это хорошо, ведь мне нужно подумать о предложении Лив. Я с облегчением закрываю дверь и замечаю дорожную сумку Бетти, которая все еще стоит в коридоре.

— Бетти, — обращаюсь я к подруге, — хочешь остаться здесь?

— Если можно, — на лице Бетти появляется смелая улыбка. — Думаю, несколько дней вдали от всех проблем пошли бы мне на пользу.

— Я тоже так считаю. Мы просто спросим госпожу Андерсон, сможет ли она принести нам еще один комплект постельного белья. Наверняка сможет.

Бетти кивает, а потом протягивает мне свою кружку:

— Сделаешь еще? Очень вкусный чай.

— Конечно.

Спустя некоторое время перед нами стоят кружки с дымящимся чаем — и вдруг любопытство Бетти все же вырывается наружу.

— Ну? Что хотела Лив? Вы говорили о вчерашнем?

— Нет, — я улыбаюсь, когда глаза подруги вдруг сверкают. — Лив хочет, чтобы я работала у нее.

Я быстро ввожу Бетти в курс дела и делюсь с ней своими сомнениями.

— Я тебя не понимаю. — Бетти с изумлением качает головой. — Это предложение просто создано для тебя. У тебя талант к кулинарии, она тебя восхищает. Это был бы для тебя настоящий шанс — и притом без каких-либо рисков.

— Без рисков? Может, скажешь, как Лив собирается платить мне? — Реакция Бетти удивляет меня, нет, она меня даже злит. — Ты же эксперт по финансовым вопросам и должна знать, какая у меня почасовая ставка.

— Но разве речь идет о деньгах? До Рождества судоходная компания тебя полностью обеспечивает, а потом будешь ориентироваться по ситуации, — Бетти пожимает плечами. — Вы могли бы договориться с Лив о процентах, она бы могла выделять тебе долю от дневной выручки. Если продажи будут идти хорошо, то и прибыль будет. По-моему, здесь нет никаких рисков. Ты знаешь, что продукт прекрасен и что ты умеешь продавать. Люди будут отдавать деньги за рождественские подарки — это абсолютно понятно. В чем проблема?

— Ты серьезно думаешь, что мне стоит согласиться? Продавать сыр на рынке? — я напрягаю плечи. — Бетти, напоминаю тебе, что я работала в элитном гастрономическом секторе. Тебе не кажется, что все это немного…

— …не соответствует твоему уровню? Ты так думаешь? — подруга окидывает меня проницательным взглядом, и я чувствую, что меня поймали с поличным.

— Ясно, — Бетти вскидывает обе руки вверх. — Такая точка зрения тоже имеет место быть. Крах карьеры! Но если тебе интересно мое мнение, то элитарное мышление закрывает все самые интересные возможности. Ты сама загоняешь себя в клетку. А еще… Самоуверенность старит, — взгляд Бетти становится примирительным. — Вот тебе небольшой секретный совет!

Мои щеки горят, ведь я знаю, что она абсолютно права.

— Я… Но ведь я… — Черт, у меня закончились все аргументы и подруга это замечает.

— Давай перейдем к практической части вопроса, — говорит Бетти, ведь преимущество явно на ее стороне. — У тебя наверняка есть в холодильнике что-то из ассортимента Лив, не так ли?

Я киваю.

— Тогда доставай. Доставай все, что ты покупала у нее.

— Как скажешь.

Я все еще колеблюсь, но встаю со своего места и открываю холодильник. Там действительно что-то осталось. Я беру с полки деревянную доску, освобождаю свои находки от упаковочной бумаги и раскладываю их. Потом ставлю сырное ассорти на стол перед Бетти.

— Внушительная коллекция! — подруга улыбается.

— Но, прежде чем попробовать сыр, нужно оставить его при комнатной температуре на полчаса. Только тогда его аромат раскроется полностью.

— Замечательно! Я хочу, чтобы ты мне что-нибудь о нем рассказала.

— Ага, — я чувствую себя выставленной напоказ и молчу, что не производит на Бетти никакого впечатления.

— Пожалуйста, расскажи мне, — ее палец кружит вокруг деревянной доски, — что это за сыр.

Палец останавливается.

— Это новинка в ассортименте Лив — сыр из баррика, — начинаю я нерешительно. — Хотя сложно назвать этот продукт новым, ведь он созревал десять месяцев в старой бочке из-под рома на Мартинике. Если будешь пробовать, обрати внимание на кристаллы соли: они-то и выдают возраст сыра. — Я вдруг медленно вхожу во вкус: — Аромат полный, но в нем есть какая-то особенная, необычная сладость. Ваниль, мягкая сливочная карамель и изюм — все эти оттенки вкуса таятся в старой бочке из-под рома.

— Интересно. — Бетти снова начинает водить пальцем по доске. — А это что за сыр?

— Это творожный сыр с вересковым медом от профессора-пчеловода.

Взгляд Бетти становится скептическим.

— Не смотри на меня так, профессор-пчеловод действительно существует.

— Тогда расскажи мне историю про профессора-пчеловода.

Я делаю Бетти одолжение. Когда заканчиваю свой рассказ, мне в голову вдруг приходит идея.

— Вообще-то, сыр с вересковым медом — слишком большая роскошь, чтобы просто продавать его кусками. Мы в «Ламберти» делали из козьего сыра шоколадные конфеты, которые подавали в качестве десерта, украшая фисташками и розовым бразильским перцем. Это все смотрелось так благородно на черном фарфоре! Если бы можно было подобрать для этих конфет праздничную упаковку, тогда…

— Сделай это, — перебивает меня Бетти. — И я не только про конфеты. Соглашайся на предложение Лив. Это твоя стихия. Ты переполнена идеями, историями и восторгом. Неужели ты совсем не замечаешь этого?

— Но…

— Никаких «но»! Хватит думать, Фрауке, начни действовать. Да начни ты уже наконец!

Ни свет ни заря

Я начинаю действовать. Так, как сказала Бетти. Прямо сегодня. В среду. Ни свет ни заря я встретилась с Лив на рыночной площади. Солнце еще не успело взойти. В свете уличных фонарей мы с Лив отцепили фургон от ее автомобиля и переставили его в нужное место. Потом откинули прилавок, установили барный столик, рядом с ним — деревянную доску, на которой написали названия. Потом дело дошло до самих продуктов, списка цен, весов и кассового аппарата. К счастью, модель этого аппарата очень похожа на ту, что была у нас в «Ламберти». Тогда я поняла, что смогу быстрее привыкнуть. И я должна была привыкнуть, ведь около семи часов утра начали появляться первые покупатели: пенсионеры, спешащие по делам мамы, ранние пташки.