Читать книгу 📗 Рай. Потерянный рай. Возвращенный рай - Мильтон Джон
Так говорила наша матерь Ева;
Адам внимал ей с радостью, но ей
Ни слова не ответил: слишком близко
Стоял Архангел, а вдали с холма
Спускался ряд блестящий Херувимов
И, над землей скользя, стремился к ним,
Как вечером туман, с реки поднявшись,
За тружеником, к дому своему
Идущим, тихо по пятам несется.
Пред ними грозный Божий меч парил,
Сияющий, как яркая комета,
И, сухостью горячею дыша,
Как жгучие пары песков Ливийских,
Уж мягкий райский воздух иссушал.
И наших прародителей, стоявших,
Расстаться медля с родиной своей,
Взял за руки поспешно Ангел Божий,
И ко вратам восточным их повел,
И там спустился с ними по утесу
В равнину, и, оставив их, исчез.
Они назад взглянули: перед ними
Виднелся Рай с восточной стороны –
Недавно их блаженное жилище, –
Весь озаренный пламенным сияньем,
А во вратах грозящих ликов ряд –
Строй Ангелов в оружии огнистом.
Невольно слезы пролили они,
Но вытерли их скоро. Перед ними
Лежал весь мир, где место пребыванья
Им надлежало выбрать для себя,
Руководясь небесным Провиденьем.
И медленно они, рука с рукой,
Пошли в свой путь пустынный по Эдему.
Возвращенный рай
Книга первая
Поэт с молитвой обращается к Святому Духу, чтобы Он подкрепил его в труде и вдохновении для того, чтобы достойным образом воспеть великие события. Иоанн Предтеча проповедует на берегу Иордана и, увидев приближающегося к нему человека, скромного назарянина, узнает в нем Сына Божия. От его слов Сатана приходит в ужас. Полный зависти и злобы, враг Неба и Земли улетает в воздушное пространство и собирает около себя полчища духов тьмы. Он передает своим подчиненным все слышанное во время крещения Иисуса Христа и высказывает намерение искусить Его так же, как первочеловеков. Бог Отец, обращаясь к архангелу Гавриилу, напоминает о Благовещении и вместе с тем сообщает о Своем согласии на дьявольский искус Своего Сына. Ангелы божественным хором воспевают предстоящую победу Иисуса Христа над дьяволом. Святой Дух приводит Христа в пустыню и оставляет Его там одного. Сын Божий предается воспоминаниям о днях своего детства и о том, как Матерь Его сообщила Ему о Его рождении и потом благословила на великий подвиг любви. Он вспоминает о встрече с Иоанном Предтечей и о Своем крещении. Далее поэт описывает дальнейшее пребывание Иисуса Христа в пустыне в течение сорока дней и встречу Его с Сатаной, принявшим человеческий облик. Удивленный Сатана предлагает Иисусу свою помощь, чтобы вывести его из пустыни. Но своими ответами Иисус прямо показывает, что в мнимом человеке Он узнал дьявола. Увидев, что Иисус разгадал его, дьявол приступает к первому искусу. Своими ответами Иисус побеждает Сатану, и он, смущенный и пристыженный, скрывается во мраке ночи.
Воспев Эдем, людским непослушаньем
Утраченный, я ныне воспою
Блаженный рай, который человеку
Был возвращен ценою послушанья
Великого. Коварный искуситель
Был посрамлен, и вражеские козни
Отражены; среди пустыни дикой
Опять Эдем блаженный возродился.
Ты, Дух Святой, Которым приведен
В пустыню был Божественный Подвижник,
Сразивший там победно духа тьмы, –
Да буду я Тобою вдохновлен,
И песнь мою на крыльях благодатных
Ты вознеси, дабы она могла,
Проникшая за грани естества,
Великие, неведомые миру
Деяния открыть ему впервые!
Предтечею Господним, Иоанном
Сзывалися народы к покаянью,
И глас его сильнее потрясал,
Чем трубный звук. Готовые креститься
И нему со всех стекалися сторон,
И в их числе к нему из Назарета,
Неведомый дотоле и безвестный,
Пришел и Тот, Кого считали сыном
Иосифа. Креститель же узнал
Его сейчас и Господом своим
Признал Его. Свидетельству Предтечи
Явилося и свыше подтвержденье:
Едва Господь крещенье восприял,
Как Небеса разверзлися над Ним
И Дух Господень, в виде голубином,
Главу Его собою осенил,
Меж тем как глас Отца именовал
Его Своим Единородным Сыном.
И Сатана, который обтекал
Вселенную, Божественным глаголом
Был поражен, как громом. С изумленьем
Взирает он на Богочеловека,
И, завистью снедаемый, он в царство
Летит свое, сзывая на совет
Сановников, князей ему подвластных.
Там, в облаке, стеной десятеричной
Воздвигшемся вокруг мятежных сонмов,
Сбираются они на совещанье.
И так ко всем взывает Сатана:
«Властители воздушного пространства,
Которое завоевали мы!
Отраднее упоминать его,
Чем грозный ад, где столько мы страдали.
Земному исчислению согласно,
Давно уже вселенной мы владеем,
С тех самых пор, как с Евою Адам,
Обманутые мною, потеряли
Навеки рай. Но в страхе ожидаю
Удара я, которым поразит
Главу мою потомок слабой Евы.
Возможно ли, чтоб это совершилось
И снова мы утратили свободу
И нашу мощь? Известия дурные
Я приношу. Кто Семенем Жены
В пророчествах зовется и Кому
Назначено исполнить приговор –
Не только Он уже рожден женою,
Но, благостью и мудростью высокой
Исполненный, вступает в образ мужа.
Он к подвигам готовится великим,
И ужас мой невольно возрастает.
Пришествие Его возвещено
Предтечею, который приходящих
К нему людей в струях реки священной
От их грехов крещеньем омывает,
Готовя их к принятию Мессии.
Среди других и Он крещенье принял,
Дабы могло свидетельство Небес
Сомненья все в народе уничтожить.
Я видел сам, как в горних Небесах
Открылися хрустальные врата
И снизошел оттуда голубь чистый,
А в глубине раздался Божий глас,
Вещавший всем, что это – Сын Его,
В Котором все Его благоволенье!
Итак, хотя рожденье получил
От смертной Он, но Вседержитель Сам –
Отец Его, ударом громоносным
Низвергший нас в кромешную пучину.
Теперь узнать нам Сына предстоит.
Он внешностью подобен человеку,
Но Отчее величие сияет
В чертах Его. Для долгих словопрений
Нет времени: опасность нам грозит;
Мы оказать должны сопротивленье
Не силою, но хитростью искусной.
И прежде чем Он явится царем,
Владыкою вселенной и народа,
Опутаем Его тончайшей сетью.
Когда никто на это не дерзал,
Лишь я один пустился в страшный путь,
Дабы найти и погубить Адама.
Удачею мой подвиг завершался,
И на нее надеюсь я теперь».
Окончил он и сонмище мятежных
Слова его смятеньем поразили,
Но времени для страха и печали
Им не было: задуманное дело
Они спешат вождю препоручить,
Который их из темной бездны ада
Освободил и дал им во владенье
Немало стран, где сделались они
Владыками и даже божествами.
Так, хитростью вооружен змеиной,
Спешит к реке священной Сатана,
Надеясь там увидеть Сына Божья
И кознями вовлечь Его в соблазн.
Но злобные намеренья его
Явилися орудьем для свершенья
Судеб Творца, вовеки непреложных.
В собрании архангелов Своих
Глаголет так Всевышний Гавриилу:
«Ты, Гавриил, и ангельские силы,
Блюстители, поставленные Мною
Над смертными, внимайте Мне! Готово
Исполниться великое посольство;
Ты, Гавриил, явясь к Пречистой Деве,
Ей возвестил, что Сына непорочно
Зачнет Она, Которого прославят
Народы все, и наречется Сыном
Господним Он. Дабы Свое рожденье
Он оправдал, отныне Сатане
Я предаю Его на искушенье.
Пусть враг Небес попробует ввести
Его в соблазн, пред сонмищем своих
Сторонников лукавством похваляясь.
Смирению не научился враг,
Хотя и был Иовом посрамлен.
Отныне Он Сильнейшего познает,
Восставшего от Семени Жены;
Произойдет в пустыне искушенье,
Начнется там великая борьба;
Пусть ангелы и сонмы сил небесных
Увидят все, сколь совершенен Тот,
Кого избрал Я для спасенья мира».
Так возвестил Предвечный. Небеса,
Безмолвные доселе, огласились
Торжественным и дивным песнопеньем,
B звуки арф сливались с голосами:
«Спасителю победа и хвала!
Хвала Ему и слава! В бой великий
Вступает Они побеждает зло
Премудростью одною. Не страшится
Его Отец подвергнуть искушенью.
Рассейтесь же, все ухищренья ада
И козни все со злобой сатанинской».
Так в Небесах звучал канон святой.
Меж тем Господь остался в Вифаваре,
Где принимал крещение народ,
И глубоко в Него запали думы,
Как приступить к Божественной задаче
Спасения всего людского рода
И путь какой избрать Ему затем,
Чтоб возвестить Свое предназначенье,
Которому свершиться надлежит?
В один из дней, руководимый Духом,
Он шел один; ища уединенья,
В пустыню Он все дальше углублялся,
И там, в тени суровых диких скал,
Он предался глубоким размышленьям:
«Как много дум рождается во Мне;
Когда все то сопоставляю Я,
Что чувствую и что вокруг Я слышу.
И, будучи ребенком, не любил
Я детских игр, Мой ум стремился к знанью,
К общественному счастию и благу.
Мне думалось, Я призван для того,
Чтоб истину восстановить святую
Здесь на земле. С понятьем, превышавшим
Года Мои, Я изучал Закон
И в нем достиг такого совершенства,
Что, прежде чем исполнилося Мне
Двенадцать лет, в день праздника Господня,
Придя во храм, учителей Закона
Я вопрошал, стараясь уяснить
Познанья их, и все дивились Мне.
Вначале Я мечтал народ избавить
От римского владычества, из мира
Изгнать навек насилие и, правде
Свободу дав, восстановить равенство.
Но вслед за тем казаться стало Мне
Божественней и вместе человечней
Сердца людей словами покорять
И вразумлять заблудшие их души,
Которые не знают, что творят.
Однажды Мать, в душе Моей читая,
Сказала Мне: “Возвышенные думы
Питай в Себе, возлюбленный Мой Сын.
Пускай они стремятся к высоте,
К которой их возносят добродетель
И истина, хотя и беспримерна
Та высота. Да будут несравненны
Дела твои, к которым Всемогущим
Твоим Отцом Ты предназначен свыше!
Он – Царь царей, Единодержец вечный,
Владыка Он над Небом и Землею,
Над духами и смертными людьми.
Послом Небес возвещено Мне было,
Что силою Всевышнего Я – Дева –
Зачну Тебя, что будешь Ты велик
И царствовать Ты станешь бесконечно.
В святую ночь, когда рождался Ты,
На Небесах и в поле вифлеемском
Рождение Спасителя воспели
Все ангелы, об этом возвещая
Трем пастырям, стада свои стерегшим, –
И те пошли искать Тебя, и в яслях
Лежащего нашли они Тебя.
Звезда, дотоль неведомая миру,
Туда волхвов с востока привела,
И золото со смирною и ладан
К стопам Твоим повергли мудрецы,
А Симеон и праведная Анна,
Имевшие от Бога откровенье,
Тебя найдя во храме, перед всеми
Мессиею Тебя провозгласили”.
От Матери Моей о том услышав,
Я сызнова исследовал Закон,
Ища того, что было о Мессии
Написано. И стало ясно Мне,
Что Я был Тот, о Ком предвозвещали
Пророчества, что тяжкие мученья
И даже смерть Я должен претерпеть,
Дабы грехи людские искупить,
Которые всей тяжестью своею
Обрушатся лишь на Мою главу.
Но, духом не слабея, без боязни
Урочного мгновения Я ждал,
Когда пришлось Крестителя впервые
Мне увидать, великого Предтечу,
Который путь Мессии приготовит.
Мне ведомо его рожденье было,
Но ранее не видел Я его,
И Я пошел креститься от Предтечи;
Но, Господом чудесно вразумленный,
Меня узнал немедля Иоанн
И объявил народу громогласно,
Что Я – тот муж, которому Предтечей
Он должен быть. И таинство крещенья
Он не хотел над высшим совершить,
С большим трудом на это согласившись.
И вот, когда Я вышел из воды,
Разверзлися небесные врата
И Дух Святой спустился на Меня,
А в Небесах раздался глас Господень,
И Он вещал благоволенье Мне
И звал Меня Единородным Сыном.
Итак, теперь Мне ведомо, что время
Исполнилось: в безвестности не должен
Я пребывать, но данную Мне свыше
От Бога власть явить открыто миру.
Теперь влечет неведомая сила
Меня сюда, в пустыню, – для чего?
Не знаю Я и этого, быть может,
Не должен знать. Пути Свои Господь
Откроет Мне, когда настанет время».
Так молвил Он и утренней звезде
Подобен был над миром восходившей.
Зловещая и мрачная пустыня,
Куда нога людская не ступала,
Со всех сторон лежала перед Ним.
Обратный путь был труден и тяжел,
Но далее и дальше в глубину
Влекло Его. И так был погружен
В раздумье Он о прошлом и грядущем,
Что всякого сообщества милее
Казалося Ему уединенье.
Так сорок дней провел в пустыне Он,
В долинах ли, в пещере укрываясь
Иль на холмах, – об этом не открыто.
Он голода не чувствовал и пищи
Не принимал, и только под конец
Мучительно в Нем голод пробудился.
Во время сна и днем не причиняли
Ему вреда ни дикий зверь, ни гад.
Но вот старик в одежде земледельца,
Как бы ища заблудшую овечку,
С Ним встретившись, подходит к Иисусу
И говорит: «Какою, Господин,
Судьбою злой Ты приведен сюда,
Так далеко от всякого жилища?
Проходят здесь одни лишь караваны.
Из путников, вернувшихся отсюда,
В пустынные пределы одиноко
Никто вступить, наверно, не дерзал.
И мнится мне: не Ты ли – дивный муж,
Которого недавно Сыном Божьим
Именовал Креститель Иоанн?
Я слышал все. Пустынножитель я,
Но иногда случается и нам
В селениях бывать и в городах,
Вот почему мне ведомо все это».
И Божий Сын ответил: «Кто привел
Меня сюда, Тот выведет отсюда.
Я не ищу проводника иного».
«Для этого необходимо чудо! –
Сказал пастух. – Корою и корнями
Привыкли мы питаться и выносим
Томительную жажду, как верблюд.
Но если ты – воистину Сын Божий,
То повели, чтоб камни стали хлебом,
Спаси себя и пищей подкрепи нас,
Которою питаемся мы редко!»
В ответ ему Сын Божий возразил:
«Такую ли ты полагаешь в хлебе
Спасительную силу? (Ты не то,
Чем кажешься.) Не сказано ль в Писанье,
Что не единым хлебом человек
Бывает жив, но словом, исходящим
Из уст Творца? Не манной ли Господь
Здесь праотцев Израиля питал?
Все сорок дней без пищи и питья
Был на горе Хорива Моисей,
И сорок дней в пустыне Илия,
Подобно Мне, без пищи оставался.
Зачем же ты, когда тебе известно,
Кто Я, как Мне известно о тебе, –
Пытаешься ввести Меня в соблазн?»
И враг Небес, откинувший притворство,
Ответил так: «Воистину – я тот
Несчастный дух, на Господа восставший
И ввергнутый с союзниками в ад,
Однако я не заключен в темницу
Безвыходно, я в воздухе парю
И шар земной свободно облетаю.
Не возбранен мне доступ в Небеса;
Когда Господь Иова добродетель
Испытывал, я с Божьими сынами
Предстал ему и Божии веленья
Исполнил я, введя в обман Ахава
Надменного. Любви ко мне Творца
Лишился я, и блеск первоначальный
Утратил я отчасти, но во мне
Еще живет влечение к добру
И красоте: я изумляюсь им.
И мог ли я желанья не питать
Приблизиться к Тебе и подивиться
Премудрости и подвигам Твоим?
Врагом людей слыву я, но за что
Мне род людской упорно ненавидеть?
Насилия я от людей не видел,
Не через них утратил я блаженство,
Наоборот, лишь с помощью людской
Я приобрел владения мои;
Над миром власть я с ними разделяю,
А может быть, и царствую над ним.
Я помощь им оказываю часто,
Ниспосылая знаменья и сны.
Пусть говорят, что зависть побуждает
Меня искать в несчастии собратьев.
Согласен я: в начале было так,
Но не теперь. Изведав муки ада,
По опыту я знаю, что страданий
Сообщество не может облегчить.
Больней всего, что падший человек
Спасенным быть надеется, а мне
Не суждено спасение вовеки».
И Сатане Спаситель возразил
Со строгостью: «Ты заслужил страданья,
Лжецом ты был и будешь до конца.
Ты хвалишься свободою своею
И доступом на Небеса Небес?
Воистину отвержен, презираем,
Ты пленником, рабом туда являлся,
Где некогда из первых был по славе.
В обители блаженства ты сильнее
Терзаешься утратою его
И в Небесах себе находишь ад.
Ты подчинен Небесному Царю,
И то, что ты зовешь повиновеньем, –
Не более как страх или злорадство;
Лишь злобою одною побуждаем,
Преследовал жестоко ты Иова,
Но он тебя терпеньем победил.
Служенье лжи избрал ты добровольно,
Питаешься ты ложью и живешь,
Но хочешь слыть поборником за правду.
Пусть от тебя исходят прорицанья,
А веруют ли им среди народов?
И что твоих оракулов ответы,
Как не одно хитросплетенье лжи,
Которое лишь разум затемняет?
Кто из людей от алтарей твоих
С надеждою отрадной возвращался,
Уверен в том, как поступить ему,
Чего бежать? И не был ли скорее
Он вовлечен в погибельные сети?
Во власть твою Всевышний предает
Подпавшие язычеству народы.
Когда ж Ему угодно возвестить
Высокие Свои определенья,
Которые неведомы тебе,
Заимствуешь ты истины глагол
От Господа и ангелок Его.
Гнушаяся к твоим нечистым храмам
Приблизиться, они повелевают
Тебе все то дословно повторить,
Что знать должно поклонникам твоим,
И, трепеща от страха, раболепно
Ты им спешишь во всем повиноваться,
А вслед за тем себя провозглашаешь
Ты истины глашатаем. Но скоро
Среди людей твоя затмится слава;
Вводившие язычников в обман
Умолкнут все оракулы твои,
И вопрошать ни в Дельфах, ни в подобных
Сему местах тебя не станут больше
Среди торжеств и праздничных обрядов.
Господь послал Свое живое слово,
Дабы Свои веленья возвестить,
А вслед за ним в сердцах благочестивых
Дух истины навеки поселится».
Так говорил Спаситель Иисус,
Но хитрый враг, в душе скрывая злобу
И ненависть, Ему ответил кротко:
«С суровостью меня Ты порицаешь
За все, к чему не собственною волей –
Несчастием я принужден моим.
Где Ты найдешь несчастного, который
От истины порой не уклонялся б?
Приходится ему и притворяться,
И льстить, и лгать, и нарушать обет.
Но Ты – Господь и Бог мой. От Тебя
Выслушивать могу я укоризны,
И для меня легка такая кара.
Путь истины и труден, и тяжел,
Но истина так сладостно звучит
В устах Твоих, пленяя слух, как пенье,
Что ей внимать с отрадой я готов.
И люди чтут порою добродетель,
Не следуя всем правилам ее.
Дозволь же мне беседовать о ней,
Хотя ее достигнуть не могу я.
И твой Отец, Премудрый и Пречистый,
У алтаря выносит Своего
Служителей безбожно лицемерных
И возносить к Нему им дозволяет
Моления. Устами Валаама,
Который был в нечестье обличен,
Вещал Господь Свою святую волю.
Не возбраняй же доступа к Себе,
Дозволь и мне беседовать с Тобою!»
И отвечал ему невозмутимо
Спаситель наш: «Намеренья твои
Мне ведомы; ни дозволять тебе,
Ни воспрещать не буду Я.
Твори Все, что тебе дозволено от Бога,
И большего не можешь ты!»
Он смолк.
Пред Господом склонился Сатана,
И принятый им образ как туман
Рассеялся. На темных крыльях ночь
Спустилася, усилив мрак пустыни;
Пернатые в своих укрылись гнездах,
И рыскали повсюду на свободе
Лишь хищники из дебрей и лесов.
Похожие книги
Книги похожие на Рай. Потерянный рай. Возвращенный райавтора Мильтон Джон
