Читать книгу 📗 Искатель, 2011 №3 - Соколов Владимир Николаевич

— Боюсь, что свадьба не состоится, — вздохнул Серов. — Если, конечно, ты не отважишься ждать его лет двадцать.

Она сделалась испуганной:

— Откуда ждать?

— Из тюрьмы, — устало обронил Серов и повернулся к Вахитову. — Домашний адрес Максимова имеется?

Вахитов пожал плечами:

— Поехали, чего уж там...

— И меня с собой возьмите, — попросила Соня. — Пожалуйста...

Прибыв по нужному адресу, у самой квартиры Альберта Максимова они обнаружили его труп. Максимов был застрелен, пистолет с глушителем валялся рядом.

Приказав Соне оставаться на площадке, Вахитов с Серовым вошли в квартиру — дверь была приоткрыта. Принялись за осмотр жилища. Осматривая гардероб убитого хозяина, Вахитов окликнул Серова:

— Гриш, подойди.

Серов увидел дубленку на вешалке. В том месте, где когда-то была пришита средняя пуговица, сейчас торчал клочок светлого меха...

Они прошли в комнату, подошли к распахнутому настежь платяному шкафу. Увидели расстегнутую спортивную сумку, к сожалению пустую, а на полу — бумажный листок. На листке бумаги был нацарапан телефон.

Неожиданно позади раздался голос Сонечки:

— Мне страшно в подъезде — там ведь покойник на полу. И я знаю, кто это писал. Это Вадика почерк.

— А я знаю, чей это телефон, — проговорил Серов. — Поехали — ка, друг, с тобой на Лебяжье.

— В «Лебяжий Рай»? — уточнила Соня. — У Вадика там друг охранником работает — Лешей Халтуриным зовут.

— Как он туда воткнулся, интересно? — спросил Серов.

— Вадим говорил, его туда Альберт Георгиевич устроил. Максимов, — Соня кивнула в сторону входной двери.

В этот момент в квартиру вошли люди в милицейской форме.

— Кто такие? — спросил старший, полный майор лет тридцати.

— Все нормально, майор. — Вахитов предъявил удостоверение. — Подполковник Вахитов, УВД Ясноволжска.

— А вы-то здесь каким образом оказались? Тоже вызов приняли?

— Убийство расследуем, майор. Другое убийство, но оба они, похоже, связаны. Нам сейчас ехать надо, а вы, пожалуйста, во-он ту дубленочку захватите, мы ее у вас попозже заберем.

— И барышню подбросьте до дома, — вставил Серов. — Будем вам очень признательны. — Он повернулся к Соне: — Что на Вадиме надето было, когда ты видела его в последний раз?

— Красный пуховик и черная бейсболка... А вы меня с собой не возьмете?

— К сожалению, — развел руками Вахитов.

Охрана в «Лебяжьем Раю» менялась по вечерам, поэтому по приезде туда Серов с Вахитовым прямиком направились в будку у центральных ворот, где дежурил Халтурин. Войдя, Серов без лишних слов отправил того в угол сокрушительным ударом. Потом пристегнул наручниками к трубе отопления.

— И чтобы даже не рыпнулся у меня ни разу! — рявкнул он на ошалевшего охранника. — Рассказывай...

— Что?.. Что рассказывать, Григорий Семенович?

— Все рассказывай, гнида! И не дрожи ни о чем. Максимов твой — покойник. Шлепнул его Адоратский.

Сразу заметно успокоившись, Халтурин рассказал все о том, что происходило минувшей ночью, и о том, какие события этой ночи предшествовали.

Напоследок Серов поддал Халтурину носком ботинка под ребра, предупредив:

— Сиди смирно, ублюдок. Дернешь отсюда, я тебя даже в Антарктиде отыщу. И тогда уж пеняй на себя.

Выйдя из будки, они двинулись к зданию конторы и вовсе не удивились, когда из парадного подъезда показался парень в красном пуховике и черной бейсболке. В руке он нес увесистый полиэтиленовый пакет.

— На ловца и зверь бежит, — ухмыльнулся Серов. — Кстати, причину смерти Файзиева установили?

— Да. Ему в кокаин цианид был подмешан.

— Вот, значит, как! Однако три миллиона — не шутки...

Поравнявшись с Адоратским, друзья ловко, проворно и со знанием дела уложили того мордой в снег, заломили за спину руки, Вахитов защелкнул наручники.

— Давай его ко мне, — предложил Серов, и они поволокли Адоратского в коттедж Серова.

Там бросили на диван. Вахитов сказал:

— Слушаем. У тебя полный пакет зелени, так что давай: где раздобыл, каким образом, кто наколку дал, кто помогал и так далее. И учти: твоя вина в убийстве Максимова сомнений не вызывает, поэтому давай с самого начала.

...Когда Адоратский закончил, Серов попросил Вахитова:

— Ты обожди меня здесь. Я тебя кликну...

Арбузов, как обычно, гороподобным монументом возвышался над письменным столом. Серов подошел, положил перед ним пистолет.

— Избавьтесь, Игорь Андреевич, — сказал он. — Слишком много на нем повисло.

Арбузов безразлично пожал плечами:

— Новости есть, Гриша?

— Масса новостей. Главная такова, что вы несколько лет назад организовали поставку в Ясноволжск кокаина. Не могу сказать, как вы до сего дня ввозили его в Россию, но к нам его доставляли по Волге, судами вашей флотилии. Неудивительно, что «бегунков» отлавливали только в период навигации. Но пол года назад на полную мощность заработала ваша авиакомпания, результат — недавно поступила первая «зимняя» партия. Те три «лимона», что приволок вам сегодня Адоратский, как раз и предназначались на закупку этой партии. Далее, Максимов и Файзиев, как всегда, предполагали реализовывать наркотик через сеть своих ночных клубов. Но в этот раз вы почему-то решили отказаться от их услуг и дали указание Адоратскому лишить друзей тех самых трех миллионов... А все-таки интересно, Игорь Андреевич, почему?

На лице Арбузова блуждала вся та же ко всему безучастность. Он, казалось, впал в состояние прострации — этакой осязаемой прострации, когда человек полностью отдает себе отчет в происходящем, но выкарабкиваться из своего прозрачного транса не спешит. Может быть, потому, что попросту не хочет.

Сидел так Арбузов еще несколько секунд.

— Я могу объяснить, Гриша... Видишь ли, доходы стали падать, это раз. А во-вторых, Файзиев с Максимовым порядком примелькались, ФСКН массу курьеров в их клубах повязала — мне срочно нужно было менять партнеров. Но просто так этих людей не сменишь — очень большой авторитет имеют в городе, поэтому понадобился веский предлог. А какой предлог может быть весомее неуплаты оговоренных денег за партию? Вот тебе и весь ответ.

— А нельзя было просто заказать обоих?

— Нет — слишком очевидно.

— Однако же вы предполагали, что Адоратский убьет Максимова, чтобы завладеть деньгами.

— Одного можно было списать. Кто ж мог знать, что и Файзиев сгинет от передоза!

— А он не от передоза сгинул, Игорь Андреевич. По всей видимости, его Максимов отравил, цианистый калий ему в кокаин подмешал. Решил слинять с вашими деньгами в неизвестном направлении. Потому и отравил. Затем отправился в офис, чтобы забрать деньги, и там ему пришлось застрелить охранника. Никто не должен был знать, что он там побывал, иначе ему крышка. За Файзиева и за три «лимона». Вот и убил охранника. — Серов умолк на несколько секунд. — А теперь, Игорь Андреевич, приготовьтесь к самому главному... Максимову было важно, чтобы никто не видел, как он покидает территорию базы, иначе его алиби упало бы ниже плинтуса: по легенде, он всю ночь проспал пьяный. Когда он уже находился почти у самых ворот, навстречу ему попалась Марина и даже поздоровалась с ним. На камере, с которой Адоратский стоял на пригорке за забором, это хорошо видно. О том же мне и Халтурин поведал... Ее Максимов убил, Игорь Андреевич. Ножом. Чтобы тремя «лимонами» без проблем завладеть. А причиной всему — ваш кокаин, господин Арбузов. — Серов буквально выплевывал эти фразы в лицо Арбузову, мгновенно изменившемуся в лице, и казалось, что монумент за столом превратился в обычную статуэтку.

Арбузов трясущимися руками налил себе стакан коньяку и залпом осушил его.

— Не может быть, Гриша, — просипел он. — Кокаин... Кокаин... Налоги...

И вдруг Арбузов рассмеялся громоподобным, нервным хохотом. Серов не стал дожидаться, пока тот закончит, и, не прощаясь, медленно вышел из кабинета.

Он спустился вниз — снег снова валил хлопьями. Достал сигарету, чиркнул зажигалкой, выпустил первую струю дыма. Серов не успел докурить и до половины, когда из окон второго этажа конторы грянул выстрел.