Читать книгу 📗 Крыло Ужаса (ЛП) - Гаймер Дэвид

— Палуба два, — сообщил он. — Секция десять. Из-за преждевременного столкновения мы не долетели несколько сотен метров до нашей цели.

— Бывало и хуже, — сказал Самариил и повернулся к Ольгину. — Брат?

Ольгин моргнул и тряхнул головой. Его огромный шлем и неподвижные наплечники скрыли движение от братьев.

— Лейтенант Каллосон и его прорыватели уже должны быть на борту. Действуем быстро и жестко. Позволим Несущему Бурю привлечь внимание «Сибарита».

Из коридора раздался вой экстаза и ярости.

— Вперед.

Терминаторы Крыла Смерти направили свое оружие в том направлении. Снова раздался вой. Громче. Ближе. Ольгин услышал шаги. Вдоль стены переборки сформировались скрученные тени, словно сплетшиеся в деградации и непристойности, прежде чем из-за угла выскочила орда смертных в рваной униформе и с выражением восторга на лицах. Некоторые вслепую стреляли из дробовиков и лазерных винтовок, но большинство располагали только окровавленными ногтями и скрежещущими зубами. Ольгин насчитал сотню. Две. Три. И они продолжали прибывать.

Валиил позволил своему тяжелому огнемету выдохнуть.

— Прорываемся к мостику, — сказал Ольгин, поднимая комбиболтер и фиксируя локтевое сочленение доспеха. — Несущие смерть!

Каждый окулюс и иллюминатор залило белым светом. «Непобедимый разум» и «Сибарита» разделяло меньше двухсот метров. Объем огня, которым оба корабля осыпали щиты друг друга, стер весь видимый диапазон, а также действовал в равной степени ужасающе на дальние края спектра. Из панелей управления сыпались искры. Перегрузка уничтожила целые секции пультов. Первоклассный командный сервитор лежал двумя грубо разорванными кусками, после того как обезумел и напал на вооруженных матросов, охранявших командную платформу. Они все были мертвы.

Лев вытер окровавленные зубья Волчьего Клинка тыльной стороной перчатки.

— Нам нужно отойти, — взмолился Стений. — Разорвать дистанцию.

Два линкора походили на скрестивших клинки воинов. «Непобедимый разум» кичился в полтора раза большим тоннажем, но ему не хватало мускульной силы «Сибарита». Флагман Темных Ангелов был рыцарем, изящным и утонченным воином, схватившимся с уличным драчуном. Каждое мгновение этой битвы на сверхмалой дистанции на борту «Непобедимого разума» кто-то умирал. Пока капитан говорил, неожиданное замыкание в системе стратегиума отшвырнуло обуглившегося матроса через мостик в трубопровод. Избиение не прекращалось ни на минуту. То, что «Сибарит» получал столько же сломанных ребер и синяков, сколько гордый корабль Стения, ничуть не утешало капитана.

— Нет, — тихо сказал Лев, не отрывая глаз от белого тумана, заполнившего экран главного окулюса, словно улучшенная острота зрения позволяла ему увидеть там то, что согласно элементарным физическим законам он не мог.

— Это только им на пользу, сир.

— Тогда мы выровняем шансы, капитан.

— Половина навигационных сенсоров корабля вышли из строя. Мы рискуем столкновением на такой дистанции.

— Битва начата. Кровь пролита, и я получу удовлетворение.

— Да, сир, — ответил Стений без всякого недовольства в голосе.

Джонсон был блестящим командиром, но отличался реактивным поведением. Во многих отношениях это делало его лучшим полевым командиром в сравнении с такими братьями, как Гиллиман или Дорн, чьи сверхчеловеческие способности заставляли их слишком много планировать там, где требовались действия. Тем не менее, в некоторых случаях от этого страдали подчиненные. Если Льва загоняли в угол, гордость не позволяла ему отступить. Вступив в битву, он уже не выходил из нее, какой бы ошибочной она ни была.

— Тогда, по крайней мере, позвольте мне отозвать «Ангельскую башню». Между нами…

— Нет.

Лев никогда не поднимал голоса. Опытный слушатель мог уловить ухудшение настроения в снижении тона, ужесточение в произношении каждого слога.

— Пусть держатся в стороне. Я обещал Ольгину, что он получит шанс доказать мне, что мой брат водит меня за нос, и не стану нарушать свое слово. Мне нужно объяснять эти приказы другому капитану?

Стений повернулся к своим экранам. По ним бежали такие сильные электрические помехи, что даже их глянцевая поверхность не выдала выражением лица капитана примарху.

— Нет, сир.

Противовзрывные двери командного мостика «Сибарита» разошлись без возражения.

Ксариил направлялся к ним с мельта-зарядом, чтобы установить его на диагональный шов. Легионер застыл перед открытыми дверьми с взрывчаткой в руке, его слишком массивный доспех скрывал хоть какую-то реакцию на неожиданную легкость доступа. Если бы не медленное ледяное прикосновение ужаса, охватившее Ольгина в миг, когда замки дверей открылись, ситуация выглядела бы комично.

Он поднял палаш в двуручную защитную стойку. Счетчик боеприпасов сенсориума показывал пять нулей, каждый снаряд был потрачен на смертные отбросы. Воины Крыла Смерти до сих пор не встретили не одного легионера. Как и не видели следов их присутствия на борту корабля. Периодические доклады Крыла Бури указывали на то, что они также сталкивались всего лишь с восторженными слугами. Все это подтверждало подозрения Ольгина — магистр войны не выделил настоящие силы для удержания мира-кузни Тагрия. Он только старался держать Льва подальше от войны на Терре, поддерживая в нем веру, что его стратегия приносит плоды.

И все же Ольгин не мог игнорировать чувство тревоги, исходящее от мостика.

Нечто иное, чем смертное существо, вело этот корабль от места сбора магистра войны на Бета-Гармон.

Несущий Смерть принюхался к воздуху внутри шлема, страшась зловония сухостоя и гнилой листвы, остерегаясь Смотрящего, который уже дважды искал встречи. Все, что Ольгин обнаружил — слабый слащавый аромат, приторный запах в ноздрях и привкус на задней части горла. Внутри герметичной оболочки тактического дредноутского доспеха одно только это должно было вызвать удивление, но Темный Ангел был слишком сосредоточен на том, что искал и не находил, чтобы задуматься о происходящем.

— Что за запах? — пробормотал Кастаил.

— Дело рук варпа, — мрачно сказал Мирдун. — Какое-то колдовство истончает эти стены.

Терминаторы в ответ на слова библиария сплотились, словно Мирдун был факелом против наступающей тьмы. Их доспехи были забрызганы кровью. Только безупречный стрелок Бренор все еще держал комбиболтер. Валиил и Самариил сменили огнестрельное оружие на короткие гладии. Вот почему с ними был Мирдун, а с каждым отделением прорыва Каллосона — библиарий. Битвы против Повелителей Ночи и Несущих Слово научили Темных Ангелов, какую опасность таит принятое предателями варповство. Те сражения также продемонстрировали Ольгину слабые места существ, что обитали по другую сторону материальной границы и делились этой силой, словно темный лорд, дарующий милости обратившимся с мольбой рыцарям. Демоны. Малефикар. Нефилим.

Ольгин понимал, почему Император скрывал подлинную природу варпа от человечества. Он понимал, потому что обладай Лев такими темными знаниями, то он также искренне скрывал бы его. Ольгин понимал даже, когда сетовал на это. Он был Темным Ангелом. Он знал силу тайны, и она не всегда была доброй.

Из решетки шлема Мирдуна раздался глухой рык, когда он сфокусировал свою психическую мощь. Через искусственное свечение линз на миг пробилось белое сияние, и аура психосилового топора библиария заметно расширилась. Когда ее свет коснулся Ольгина, тот почувствовал, как напряжение в мышцах уменьшилось.

Немного. Не полностью.

— Рассредоточиться, братья, но будьте настороже. Мы найдем здесь свидетельства обмана магистра войны. Они будут в реестре приказов или в навигационных системах, некий ключ к подлинному замыслу Гора отвлекать все дальше Льва от стен Терры.

— А если ничего не найдем? — спросил Ксариил.

— Тогда отсутствие мертвых легионеров среди врагов должно быть достаточным доказательством.

Следуя за острием своего меча, Ольгин шагнул на мостик и замер.