Читать книгу 📗 Танкуоль и Костодер - Вернер К. Л.

Но в момент триумфа на Танкуоля обрушилось холодное осознание. Глядя в глаза врагов, он не мог не заметить, что у гнома их два, а у человека — лишь один! Серый провидец мысленно вернулся к донесению крысы-падальщика. Танкуоль услышал тогда «одноглазый гном», но на самом деле разведчик сказал «одноглазый и гном». Серый провидец готов был поверить во многое, даже допустить, что в попытке спрятаться от его гнева Феликс выколет себе глаз, но в то, что Готрек отрастит новый, он поверить не мог. Как ни отвратительно было признавать, эти двое — вовсе не его заклятые враги!

От возмущения и ярости Танкуоль метнул еще один магический заряд в дергающиеся тела. За всем этим наверняка стоят его враги из Серолапой Норы, которые и подтолкнули его к столь глупому нападению! Танкуоль проследит, чтобы они поплатились за игру на его самоотверженном стремлении уничтожить врагов скавенов!

Но не успел серый провидец снова ударить зарядом магии по мертвецам, как услышал за спиной рев. Танкуоль резко обернулся и в ужасе уставился на исполинского зверя. Тварь была больше и Костодера, и тролля. Велика настолько, что сама мысль, будто подобная громадина способна поместиться в крохотной клетке, из которой теперь выбиралась, выглядела нелепой.

В отличие от покрытого чешуей тролля, это существо было чудовищно косматым, все его тело покрывала сальная черная шерсть. Из мускулистого торса выдавались четыре руки, две из которых заканчивались огромными костяными лезвиями, похожими на клешни туннельного богомола. Голова зверя напоминала козлиную, а изо лба торчали длинные рога Но, несмотря на обличие монстра, его глаза сияли пугающей разумностью, в них была та же ненависть и решимость, что и у тролля.

И вновь Танкуоль почуял запах магии. Щупальца энергии дрейфовали между зверем и человеком, которого пытались связать трое других. Нити магии опять привели серого провидца к старой самке-ведьме. Она глядела прямо на него, и на морщинистом лице старухи застыло отвращение.

— Берегите тело Абелы! — крикнула ведьма людям, которые пытались заковать в цепи корчащегося на земле безумца. — Мы должны дать ему время использовать горгона и уничтожить подземный народ!

Горгон — как понял Танкуоль, так назывался четырехрукий зверь, — не теряя времени, попытался исполнить приказ старой самки. Он бросился вперед, разрубая костяными клинками и разрывая мощными лапами скавенов, которым не посчастливилось попасться ему на пути. Один из штурмовиков, обезумев от страха, попытался выпотрошить чудовище алебардой, за что горгон сбил его с ног и растоптал копытами.

Воздух стал тяжелым от мускусного запаха страха, трусливые воины Пакстаба бросились прочь от монстра. Танкуоль услышал, как военачальник предательски приказывает слабым духом паразитам отступать. Вероломное мясо без малейших угрызений совести бросало своего сторонника и духовного советника на поле боя. И это после всей той щедрости и великодушия, которыми Танкуоль осыпал Серолапую Нору!

Земля дрожала под ногами серого провидца, глядевшего вслед бывшим союзникам. А обернувшись, он испуганно пискнул. На него, вскинув все четыре руки, неминуемой смертью мчался горгон! Зверю больше не приходилось отвлекаться на убийство крысолюдов, и он пересекал поляну с невероятной скоростью.

Танкуоля спас его же собственный ужас. Там, где даже краткое раздумье навлекло бы погибель, на помощь пришло чутье. Указав когтем на атакующего горгона, серый провидец метнул в него сотворенное заклинание.

Зеленые молнии захлестнули чудовище. Горгон взвыл от боли, его шерсть вспыхнула, искажающие молнии прожигали плоть зверя до самых костей. Тлеющая туша рухнула на землю, однако продолжила скользить в сторону Танкуоля. А у него, опустошенного после безрассудного выброса столь мощной магии, не осталось сил хотя бы отскочить в сторону. Даже мертвый горгон оставался достаточно тяжелым, чтобы раздавить серого провидца в лепешку.

Почти у самых ног Танкуоля тело чудовища все-таки замерло, и он облегченно выдохнул. Но ненадолго — следом раздался пронзительный визг, который заставил серого провидца подпрыгнуть.

— Ты убил Абелу! — вопила самка-колдунья, указывая на Танкуоля иссохшей рукой. — Ты убил моего сына!

Серый провидец почуял, как вокруг старой ведьмы начали собираться потоки магии. С мстительным остервенением она призывала силы эфира. Не успел Танкуоль возвести собственные барьеры, как почувствовал, что высвобожденная ярость колдуньи обвила его невидимым кольцом. Он чуял, как нить энергии, извиваясь, тянулась к старухе. Хуже того, эта нить устремилась через поляну к небольшой клетке, стоявшей рядом с фургоном тролля. Там, просунув лапы сквозь прутья, сидело безучастное ко всему зеленое существо.

Сердце Танкуоля заколотилось от страха. Он разгадал магию самки-колдуньи. Старуха переместила разум своего детеныша в горгона, а раньше проделала то же самое с другим человеком и троллем. И теперь собиралась насильно втиснуть разум Танкуоля в отвратительное тело снотлинга!

Серого провидца охватила паника. Отчаянно сопротивляясь заклинанию ведьмы, он взмахнул лапами и запоздало попытался воздвигнуть магический барьер против ее чар. Однако ощутил, как чужая магия мало-помалу овладевает им, а его внутренняя суть отделяется от плоти и устремляется к клетке.

— Костодер! — завопил Танкуоль.

Взывая о спасении, он на миг забыл, что телохранитель сломался во время схватки с троллем.

Крысоогр, казалось, тоже позабыл об этом и неуклюже поднялся с земли. Его раскуроченная рука все еще дымилась. Автоматон обернулся к Танкуолю и послушно ждал дальнейших распоряжений, не обращая внимания на поток магии, который обвил его громадную фигуру.

Не успел Танкуоль отдать приказ убить ведьму, как почувствовал, что последние остатки его сущности отделились от тела. Его дух, его разум понеслись через поляну. Мгновение невыразимого холода, свет и звуки, смешавшиеся в жужжащий хаос, а затем — абсолютная тьма.

Чтобы одолеть ее, потребовалось невероятное усилие воли. Усилие, которое было почти за пределами возможностей Танкуоля. В миг отчаяния серого провидца поддерживала лишь мысль о том, что враги и предатели его переживут. Чувствуя себя так, словно тысячи кинжалов пронзали каждый дюйм его естества, как будто в груди разбушевался огромный пожар, Танкуоль с трудом вернулся в сознание.

Первое, что его поразило, — почти полное отсутствие запахов. В том немногом, что он различал, — в вони старых костей и металла — ощущалась дразнящая нотка искажающего камня. Зрение было второй вещью, которая потрясла Танкуоля. Он видел острее, чем прежде, но все вокруг приобрело странный, потусторонний зеленый оттенок. А вот осязание исчезло: он не ощущал ни прутьев клетки, ни пола под ногами. Не чувствовал даже, как бьется сердце!

Разум Танкуоля переполнился ужасом, ведь всему этому могло быль лишь одно объяснение: чары оказались слишком сильными для хрупкого тела снотлинга. Дух серого провидца зашвырнуло в мертвеца! В любой момент его сущность могла отправиться в долгое путешествие к норам Рогатой, чтобы там держать ответ за свои неудачи и ошибки!

Танкуоль содрогнулся при мысли о такой судьбе. Рогатая Крыса знает, что он живет лишь ради служения жестокому богу скавенов, что в Ордене серых провидцев нет более преданного и непреклонного жреца! Но даже в загробном мире могут найтись шпионы и предатели, которые наполнят уши Рогатой ложью о верности Танкуоля.

Ради второго шанса он отдал бы себя Рогатой без остатка! Полностью посвятил себя служению ей, если бы только она дала своему скромному жрецу еще одну попытку!

Охваченный ужасом и горем, серый провидец поднял руку, чтобы прикрыть глаза. И замер. Его ошарашило даже не то, что он по собственной воле двигал рукой мертвеца. Нет, дело было в самой руке. Она оказалась не морщинистой конечностью зеленого снотлинга, а массивной костной дланью исполина!

С заклинанием самки-ведьмы что-то пошло не так!

Танкуоль развернулся, ощущая немереную силу своего нового тела. Он взглянул на ведьму сверху вниз, наслаждаясь ужасом, перекосившим ее лицо. Заклинание принесло гибель не Танкуолю, а ей самой. Перенос духа серого провидца в тело снотлинга прервался, когда с земли поднялся Костодер, и Танкуоль очутился не в хилом зеленокожем коротышке, а в могучем крысоогре!