Читать книгу 📗 Легенда о Зигмаре (сборник) - Макнилл Грэм

Мало что осталось от саркофага, лишь выцветший каменный контур, который растворялся подобно туману. А внутри лежал мертвец с иссохшей плотью, туго обтянувшей царственный скелет в доспехах из золота, нефрита, аметиста и бронзы. На груди усопшего покоилось странное оружие с изогнутым лезвием. В глазницах у него сверкали изумруды, отражая тусклый свет. Меж заостренными зубами вырывалось сухое дыхание. А Зигмар тем временем пытался оправиться от ошеломительно мощного удара Крелла.

Брансюйл опустился рядом на колени, положил руку на грудь и произнес ласковое слово, которое зазвучало словно детская колыбельная, — и Зигмар наполнился новой силой.

— Защита пала, — сказал колдун. — Это твой шанс, сын Бьёрна! Загони его обратно в могилу!

Зигмар кивнул и оглянулся в поисках своего молота, ибо знал: только этому оружию под силу совладать с чемпионом мертвецов. Гхал-Мараз лежал там, где кипело сражение; где Леодан, Венильд и Теон пытались усмирить топор Крелла. Многие были мертвы, с мастером Алариком осталось только три гнома, и Крелл отмахивался от их атак со звуком скрежещущего металла — демоническим смехом, как понял Зигмар.

Горсет увидел, что Зигмар встал на ноги, и нырнул под топор Крелла за молотом. Когда тонкие пальцы юноши сомкнулись на рукояти, его глаза вспыхнули зимним огнем. Зигмар знал, что означает искушение такой силой для молодого сердца, но Горсет встряхнулся и бросил великий Гхал-Мараз Зигмару, и тут опустился черный топор и вонзился ему в плечо.

Из раны хлынула кровь; закричал Теон, когда упал его друг. Зигмар поймал в полете вращающийся молот, а Теон отбросил меч, подхватил Горсета и потащил прочь с поля боя. Очень благородный поступок, подумал Зигмар, хотя понимал, что нанесенная таким ужасным оружием рана почти наверняка смертельна.

Венильд с криком вонзил меч Креллу в живот, а Леодан спрыгнул с обвалившейся каменной стены, нацелив удар мечом в голову великана. Леодан вложил в удар столько силы, физической и душевной, что его удар оказался не чета всем другим: шлем Крелла разлетелся на кусочки, обнажив почерневший гиблый череп и горящий яростным огнем глаз. У Крелла снесло добрую половину головы, остальное было размозжено еще во время сражения при Рейкдорфе боевой машиной гномов. Однако пока смотрел Зигмар, кость срасталась, сотканная из свежих материй, воздух был насыщен вырвавшейся из могилы темной магией.

— Кутвин, сын Гетвера! — крикну Брансюйл. — Твой черед! Стреляй!

Зигмар посмотрел туда, где Кутвин опустился на колени возле Горсета и рыдающего Теона. Лук охотника был уже наготове, на тетиву наложена стрела с блестящим серебряным наконечником. Кутвин выстрелил между двумя вздохами, и стрела устремилась в цель столь же точно, словно ее спустил с тетивы сам эльфийский король. Серебряный наконечник пронзил единственный оставшийся глаз Крелла, и великан в ярости взревел, когда напитанный магией металл опалил его проклятую душу святым огнем.

Зигмар понимал, что лучшего шанса покончить со страшным Креллом им не представится, и бросился на пошатывающее чудовище. Мастер Аларик тоже оценил момент и атаковал врага, его рунический топор вгрызался в бедра и живот Крелла. Леодан и Венильд бились с ними бок о бок, и Крелл шаг за шагом уступал позицию. Из жуткой раны в черепе вырывался темный свет, тело Крелла распадалось, над ним кольцами поднимался, извиваясь, черный дым. Черный топор с грохотом упал наземь, пока монстр пытался ухватить когтистыми ручищами омерзительные энергии, что поддерживали его существование.

Гробница великого военачальника вспыхнула неестественным светом, когда Крелл потянулся к лежащему в ней сосуду с темной магией внутри, и тут Зигмар понял, как они могут покончить со всем этим. Он обошел врага и взял мастера Аларика за плечо, сказав:

— Вместе!

Аларик кивнул, ибо понял то, что хотел сказать Зигмар, — так понимают друг друга с полуслова только воины, которые вместе сражались и истекали кровью не одно десятилетие. Они устремились вперед и с таким единством и сплочением ударили по врагу, что противостоять им не смогла бы никакая сила на земле. Крелл отшатнулся к саркофагу в тот миг, когда давно почивший военачальник очнулся от вечного сна.

Зигмар прыгнул вперед, взмахнул Гхал-Маразом, готовясь к мощному сокрушительному удару, и поразил Крелла в грудь со всей силой, накопленной за годы сражений. Могучий боевой молот сшиб с Крелла последнюю броню, и мощный взрыв рунической магии загнал врага обратно в могилу. Упавшего чемпиона мертвецов окутали кольца темной магии; спирали злобной ревностной тьмы. Бессмертный полководец ушедшей эпохи боролся с иссякнувшей силой, которая должна была поднять его из могилы, и два существа-нежити в припадке отчаянной ярости бросились друг на друга.

Брансюйл вышел вперед и встал перед Зигмаром и Алариком, погрузил руки в вихрь темной магии и гортанно запел слова силы, которые прозвучали так, словно мигом захлопнулись тысячи окон. Сильна и стара была заключенная в саркофаге тьма и сдаваться без боя не собиралась. Брансюйл содрогнулся, когда его собственная сила вступила в битву с магией, наколдованной предводителем нежити. Его захлестнули потрескивающие дуги смертоносных энергий, когда он вытянул руки, словно лепил глину на колесо. Зигмар с Алариком отпрянули назад от захватившей Брансюйла бури и прикрыли глаза — из саркофага вырвался ослепительный свет, а земля содрогнулась, словно ее вновь сокрушил звездопад.

Обрушилась часть кровли, вниз полетели огромные глыбы камня. На стенах образовались большие трещины, сотрясавшийся храм залил лунный свет. Оглушительным был грохот осыпавшихся ларей и раскалывавшихся камней, уцелевшие воины с трудом могли устоять на ногах, а горы сотрясались от ярости высвободившейся мощнейшей магии.

— Уходим! — крикнул Зигмар. — Уходим отсюда!

Аларик и другие гномы кинулись к ближайшей трещине в стене, свойственным их народу чутьем угадывая путь к спасению. Зигмар подбежал к Таалхорсе и вскочил в седло, Леодан ухватил за повод лошадь павшего воина. Кутвин и Венильд поскакали к проходу, по которому они въехали в гробницу, и Зигмар с удовольствием отметил, что его знамя по-прежнему гордо реет. Теон перекинул Горсета через седло и последним выехал вслед за всадниками, а каменные плиты тем временем продолжали падать вниз.

Зигмара печалило то, что так мало его воинов отправится в обратный путь в Рейкдорф, но он понимал, что им очень повезло прикончить Крелла и что кто-то остался в живых. Зигмар протянул руку Брансюйлу, который с благодарностью сел верхом позади него. Посеревшее от изнеможения лицо колдуна избороздили морщины, оно блестело от пота. Зигмар заметил, что саркофаг полностью исчез, а на его месте теперь мерцал огромный кристаллический шар, в котором угадывались две призрачные тени.

Крелл заморозился вместе с бывшим обитателем этой гробницы, они оказались скованы для вечной борьбы за выживание, которой не будет конца… На магическую темницу падали каменные глыбы, они разбивались о кристалл вдребезги и отскакивали, не оставив на нем даже царапины.

Зигмар пришпорил коня, и Таалхорса пустился галопом, словно за ними по пятам гнались все ульфхеднары болот. Храм рушился по нарастающей, вокруг вздымались облака пыли, и видимость составляла всего несколько ярдов. Они уворачивались от падающих камней и перепрыгивали через упавшие колонны, и Зигмару оставалось только надеяться на чутье коня. Когда Таалхорса перепрыгивал расширявшуюся трещину в земле и на миг потерял опору, Брансюйл обхватил Зигмара за талию тощими костлявыми руками.

— Давай! — вскрикнул Зигмар. — Да направит Таал твой бег!

Конь выправился и поскакал опять, заржав от испуга — земля у них под ногами яростно вздымалась. Повсюду грохотал и скрежетал камень, стонали и рушились скалы, слышался шум водопада. Они мчались по широкому туннелю, который привел их в гробницу, и Зигмар склонился к шее коня, нашептывая ему на ухо вселявшие отвагу слова ободрения.

И вот наконец над головой у них распростерлось бескрайнее небо. Когда гробница и туннель остались позади, Зигмар издал дикий ликующий вопль. Но воины Зигмара и Аларика понимали, что они еще в опасности. Разбуженные силы магии сотрясали землю, дрожали скалы, и с высоких склонов падали камни. Разрушилась естественная плотина на краю кратера, и в город хлынули ледяные струи. Реки вздувались, а значит, вскоре каждое здание здесь окажется под водой.