Читать книгу 📗 ""Фантастика 2025-119". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Хван Евгений Валентинович"

— Полагал он… — буркнул тот, — Пошли уж. Тут не далеко. Не держу я картошку всю на базаре.

Чуть приотставший мужик, оглянувшись, дал знак, — и рослый парень, в черном коротком полупальто и черной же шапочке-«гандонке», до этого, казалось, бесцельно слонявшийся по базару, прицениваясь ко всякой всячине, поотстав, двинулся за ними.

Они прошли уже квартал дворами. Иванов шел напрямую, беспокоясь только, чтобы мужик со своими домочадцами раньше времени не запаниковал и не сбежал с обрезом, который он уже считал своим. С обрезом — и с рыжей девкой, которую Иванов тоже уже считал «своей».

Потому он и не крутил проходными подъездами и почти что не оглядывался, проверяясь, — главное, что убеждался, что мужик, а за ним и парень с девкой, несущие сумку, идут следом.

«Вот лошара городская, он бы еще весь детский сад привел бы обрез продавать…» — изумляясь городским недоумкам, думал Иванов, — «Вот сюрприз ему будет…» Короче, насчет судьбы этого мужика и его сопровождавших — он решил.

И совсем не замечал темную рослую фигуру, неслышно кравшуюся в тени домов поодаль, старавшуюся ни на минуту не терять их из виду.

Тащившие сзади, взяв за две ручки сумку, парень и рыжая девка, вполголоса на ходу переговаривались:

— Ты, Белка, рот-то не раскрывай нифига, тебя сюда не для участия в дискуссиях взяли, а чисто для антуража!

— Ой, слова-то какие выучил! «Дискуссия, антураж»! Сразу видно, книжки последнее время читаешь! А тебя-то зачем взяли?

— Для того же, для чего и тебя. Но я рот не раскрываю.

— И я молчу. Что ты командуешь?

— Я не командую, я отслеживаю ситуацию. А ты рот свой раскрывать пытаешься! А должна молчать и испуганно улыбаться, — как целка из консерватории, попавшая на рокерскую тусовку, поняла??

— Ой, «ситуацию он отслеживает!» Гений военного планирования! Дай лучше мне сумку, или сам неси; что мы ее тащим, как будто там кирпичи?

— Не выступай. Несем, как определились, вместе. Как школьники, бля. Так выглядит в меру глупо и безобидно. На что и расчет. И взгляд сделай не такой наглый, — ты, по сюжету, два дня не ела; а по тебе не скажешь! И не верти башкой, Рыжая; там он, Толик, сзади, никуда не денется.

— Сам не верти. И сам «бля».

Так, переругиваясь, вышли на большой, длинный дом, уже прошли его до половины; тут ведший их мужик, плюгавый ушлепок в потертом военном бушлате, с бегающими маленькими глазками, выдающими нагловато-трусливую натуру прожженого торгаша, резко свернул к одному из подъездов. Открыл дверь и посторонился, пропуская всех вперед.

— Ой, у меня в туфлю камешек попал! — притормозила девка, и, балансируя на одной ноге, потрясла перевернутой туфлей.

— Давай, давай быстрей! — поторопил Иванов.

Поодаль появилась фигура в черном, и спряталась за брошенной машиной. Надев туфлю, девка вслед за парнем скрылась в подъезде.

Открыв ключом запертую дверь на первом этаже, мужик помахал им ладонью, чтобы заходили.

— Зачем это? — заупрямился очкастый и притормозил.

— Ой, я боюсь… — пискнула девка, прижимаясь к стенке. Парень же, опущенной до уровня бедра рукой, маркером быстро черкнул на стене цифру «4», — порядковый номер квартиры на площадке; подумал, и черкнул еще «216» — сам номер квартиры.

— Еще уговаривать вас буду?? — наехал торговец, — Кому продать надо, вам или мне?? Не бойтесь, это проходная квартира, чисто для конспи… конспирации! Заходите!

Помявшись, троица вошла в квартиру вслед за торговцем. Он запер дверь за ними и прошел в комнату.

Квартира и вправду была «проходная» — пройдя через ободранную прихожую и разгромленную комнату, Иванов отдернул штору, открыв выбитое напрочь окно и приставленный к окну стул, — и через секунды был уже на той стороне дома, под окном. Отсюда уже, за желтеющими кустами, был виден темно-бордовый фургон «Форд», стоявший поодаль вплотную к стене дома, у квартиры, где укрывались Жора с Колькой. «Должны бы увидеть, что я с гостями» — подумал Иванов, — «Если не спят, черти. Впрочем, наплевать; эти — не опасны».

Пожилой интеллигент, кряхтя, перебрасывал ноги через подоконник, и опасливо съезжал на жопе вниз, на старую засохшую клумбу, за ним, трусливо повизгивая стала неловко вылезать девка.

Крыс метнулся к входной двери, быстро отпер ее, выглянул в подъезд. Темная фигура стремительно выросла на пороге.

— Это проходная хата. Видать, дальше, — шепнул Крыс Толику и метнулся обратно.

— Че ты там застрял?? — прикрикнул торговец.

— Пописать зашел, в туалет… — сказал парнишка, подавая девке сумку и перелазя на ту сторону подоконника.

— Пописать… В туалет!.. — заржал торговец, — Ну, городские! Насколько же вы к жизни неприспособленные! Уже и поссать не в туалете не можете! — он помотал головой, наслаждаясь сознанием собственной значимости, и, соответственно, никчемностью городских придурков.

Двинулись к фургону. Нет, «охрана» не дремала, когда уже подходили, боковая дверь фургона сдвинулась, и из нее показался Колька с автоматом; крепкий, справный хлопец, в резиновых сапогах, отвернутых до ступней, и таком же, как и у дядьки, распахнутом на груди армейском бушлате поверх футболки. Из окна квартиры выглянул Жора с «Моссбергом».

— Ой! — сказала девка.

— Не боись! — успокоил ее Иванов, — Это свои.

«„Ой“ тебе будет потом, и не раз!» — злорадно подумал он.

— Иваныч, кого это ты привел? — спросил Жора, неловко перетаскивая свое пузо из окна на газон. Колька же сразу оценивающе уставился на рыжую девку. «Тоже глаз положил, га-га-га!» — довольно заржал про себя Иванов, но вслух же сказал:

— Да вот, городская ителлихенция меняться надумала. Образовался у них обрез без хозяина, желають сменять ево на мешок картошки! И аж целых пять патронов!

Жора и Колька заржали в две глотки, им вторил дребезжащим смешком сам Иванов.

— Что смешного, я не понимаю… — обиженно и растерянно сказал интеллигент и стал поправлять очки. Снял кепку и взъерошил и без того торчащие во все стороны седые патлы.

— А то смешно, очкастая твоя морда… — отсмеявшись, сказал Иванов, — Что сегодня у нас удачный день. И обрез сам пришел, и картошка будет в целости, и целых три лошка пришло сегодня к нам… На работу устраивацца!

Его фраза была опять встречена дружным смехом Жоры и Кольки.

— Не понимаю вас… — попятился интеллигент, опять поправляя очки, снимая кепку и приглаживая седые космы, что означало для всех своих сигнал «Пришли. Стрелять по готовности и по ситуации». При этом Олег сместился так, чтобы не закрывать Толику, появление которого он отметил поодаль за кустами боковым зрением, сектор обстрела. Крыс поставил сумку на желтеющую траву и незаметно расстегнул пуговицу на курточке. Белка, не меняя испуганного выражения на лице, попятилась назад, поправляя низ курточки, — под курткой у нее, за поясом джинсов, был заткнут толиков ПМ.

Наслаждаясь растерянностью «гостей», смакуя получившийся «сюрприз», Иванов следил только за тем, чтобы интеллигент не вздумал лезть в сумку, не попытался обороняться обрезом, что, в общем-то, в его ситуации было бы глупой затеей. О приближающемся ему самому сюрпризе, он, понятно, и не подозревал…

— Ух ты какая… — наконец перетащив свою толстую жопу через подоконник и спрыгнув на мягкую землю, Жора, поставив ружъе к машине, шагнул к испуганно таращившейся на него рыжей девке, — Ути-пути…

— Небось, у тебя работенка будет самая проста-ая, — плотоядно ухмыляясь, сообщил ей Иванов, уже представляя, как сейчас… Интеллигента и мальчишку, — связать и в фургон; кстати — хорошая какая курточка у пацана; дорогая, небось — не запачкать… Девку — ща в квартиру, и на диване, по очереди… Чуток рынка, конечно, пропустить придется, но ничо… ничо… Нужно ж и отдыхать иногда!

Колька с автоматом под мышкой переступил в сторону, чтобы лучше видеть происходящее, и с ухмылкой наблюдал за «гостями» и действиями Жоры. Положил автомат цевьем на сгиб левой руки, прижал его к груди, полез правой за сигаретами, стал прикуривать. Почти прикурил — но дальше события понеслись стремительно, и совсем не так как планировалось деревенскими коммерсантами…