Читать книгу 📗 Ариец поневоле. Дилогия (СИ) - Алмазный Петр

— Чего это ему поговорить приспичило? — спросил Лотар, тоже с интересом наблюдая за происходящим и снова отпивая из фляжки.

— Присосался! — я забрал у друга фляжку и с огромным удовольствием стал глотать холодную влагу, наблюдая за продолжающимся в воздухе диалогом.

И тут Лингард заорал. Громко и страшно. И крик его стал быстро удаляться в сторону земли. Раздался неприятный шлепок, этот крик разом оборвавший.

От неожиданности я едва не выронил фляжку. Мы с Лотаром кинулись к стене смотреть вниз.

Лингард валялся под башней, широко раскинув руки. Он был, без сомнения, мертв. Юрген спустился к нему. То ли посмотреть на деяние рук своих, то ли просто чтобы забрать у него веревку с петлей. Забрал, быстро поднялся к нам. Снова сел на зубец. Юрген… улыбался.

— Свершилась месть? — спросил я.

Юрген кивнул.

— А чего так быстро? Ты же говорил про «месть надо подавать холодной», что надо, чтобы он понял и проникся…

— Он понял и проникся, — кивнул Юрген. — И он молил о пощаде. А еще он обосрался. Мне стало противно. Но я удовлетворен. Я успел напомнить ему про отца и заглянуть ему в глаза. И там был только страх, ужас. Этого достаточно. Хватайтесь за веревку, полетели вниз.

— Погоди, а вдруг ты нас тоже, так же? — опасливо посмотрел вниз на недвижимое тело Лотар.

— Вас-то за что?

Внизу Юрген протянул мне шкатулку. Ту самую, с колбочкой.

— Возьми, кажется, тебе это нужнее. — Он залез в карман шорт, достал свернутую в трубочку бумажку. — И это тоже.

— Что это? — спросил я удивленно.

— Выпало из ручки твоего велосипеда. Из левой ручки, — уточнил Юрген.

Я развернул, прочитал. Там были руны с последней страницы пакета фон Эгерду. Не все, только те, что я не смог расшифровать. Теперь там была полная расшифровка и разъяснение, как их правильно произносить.

— Твой корреспондент там немного ошибся, — сказал Юрген, — я постарался исправить.

Действительно, в паре мест в записке имелись исправления. Некоторые заклинания теперь звучали иначе.

— Пока ребята, я свое дело сделал, — сказал Юрген, глядя мне за спину. — Лотар, ты, конечно, не оставишь друга. Понимаю. Но теперь… это ваши дела, это ваша война.

Я повернулся в сторону, куда смотрел Юрген. В воротах замка стоял барон фон Эгерд. В генеральском мундире. Но без фуражки. Лунный блик отражался на его хорошо выбритом черепе. За его спиной стояли мертвые солдаты. И те, что с огнеметами, тоже.

— Юношеская отвага — что может быть прекрасней! — крикнул барон. Глава 25

Последний ход пешки

Барон был совершенно спокоен и даже помахал рукой вслед улетевшему в тьму Юргену. Вышел в центр двора, по дороге ковырнул сапогом кучку праха, оставшегося от святого отца. Усмехнулся, подошел к нам вплотную. Посмотрел на недвижимое тело Лингарда. Усмехнулся снова, повернулся к нам.

— Вижу, целы. Не ожидал, но даже рад. В принципе, мы и не ссорились с вами, верно? И младшим не следует лезть в игры старших. Отдайте мне, что вам совершенно не нужно, — он указал на шкатулку, — и езжайте в школу. Вам явно пора баиньки, детишки. Я не хочу делать вам больно.

Я не знал, что хочет сделать с колбой фон Эгерд, но понимал, что отдавать ее никак нельзя. Но что с ней делать мне? Разбить? Получится ли? А если колба разобьется, что дальше? Что сделает вырвавшийся на волю злобный дух?

— Нет, нет, даже не думайте делать глупости, — предупредил барон, встретившись со мной глазами. — А вам, юноша, лучше бы вообще не слышать нашей беседы.

Барон сделал движение пальцем, и Лотара словно сдуло с места. Я лишь проводил его взглядом, обнаружив уже сидящим на корточках у башенной двери.

— А теперь я попрошу вас в последний раз, верните мне мое, — повторил барон.

— Зачем вам это? — спросил я, скорее для того, чтобы выиграть время. — Вы все еще хотите с ним договориться?

— Зачем договариваться с тем, что заключено в колбу, — рассмеялся барон. — В ваших руках… пока в авших руках — неиссякаемый источник энергии. Пусть и темной. При правильном применении… Впрочем, вы очень любопытны, Пауль. Я бы даже сказал — чрезмерно любопытны. Это вызывает подозрения. Давайте шкатулку. Что? Нет? Ну ладно. Нет, так нет. Можно и так.

Он щелкнул пальцами, шкатулка выскочила из моих рук и быстро оказалась в руках фон Эгерда. Он открыл ее, убедился, что искомое — на месте, кивнул, закрыл крышку, повернулся и пошел к воротам.

Проходя мимо застывших трупаков просто сказал:

— Убейте их. Медленно.

Вот ведь сука! Больше всего меня разозлило это «Медленно».

Те, что были с карабинами, выставили штыки и двинулись в нашу сторону. Можно было, конечно, попробовать убежать, но куда тут скроешься? Разве что рвануться в двери замка и запечься там, как буженина? Да и не собирался я убегать. У меня был один шанс, и им нужно было воспользоваться. Если барон считает меня за пешку, то забывает, что и пешка порой проходит в ферзи!

Я развернул записку, отданную мне Юргеном, нашел нужное и громко прочитал последнюю строчку. Написанные в строчку руны означали «Обратное действие» с одновременной безусловной защитой их произносившего'. То есть меня.

Мертвецы с карабинами на ходу развернулись и пошли за бароном.

Обычно в книгах и в фильмах последняя и решающая битва с главным злодеем занимает довольно много места. Это понятно, кульминация — это важно. Причем, герой должен уже почти проиграть, но в последний момент все же найти в себе силы… или его почти убитый друг должен временно ожить и выстрелить злодею в спину. Я оглянулся на Лотара, тот по всему стрелять не собирался м вообще был в полной отключке. Так что моем случае все произошло очень быстро и как-то банально. Барон услышал, что за ним идут. Обернулся, удивился. Попробовал трупаков вразумить новым заклинанием, да куда там… Мое заклинание — команда, так удачно поправленное Юргеном, и правильно произнесенное обратного действия не предполагало. Вот барону точно лучше было бы бежать, глядишь, выжил бы. А так. Я даже слышал, как острые штыки пропарывают мундир и втыкаются в живую плоть. Мужественно умереть у барона не получилось, один из штыков пропорол ему живот, а это очень больно. И его страшный крик даже спугнул ворон, облюбовавших крепостные стены.

Дальше это было похоже на американский фильм про привидение. Лунный свет и все такое… Лежащее на земле исколотое штыками тело и отделяющаяся от него полупрозрачная субстанция. Отделялась она как-то неуверенно. Оно и понятно — впервой. Не каждый день такое бывает. Дух барона, кажется, пытался в теле задержаться, цеплялся за бренные останки, от чего они не очень эстетично содрогались в агонии, но против природы не попрешь. Дух, наконец, полностью отделился от тела, завис в полуметре над ним и с каким-то сожалением смотрел на то, что совсем недавно было уверенным в себе бароном фон Эгердом. Потом повернулся ко мне. Судя по мимике и вставшие домиком брови, его приятно удивила легкость движений и перемещений в новом естестве. А вот к тому, что я буду видеть его в новом состоянии он, кажется, был готов.

Я услышал — увидел его голос.

— В последнее время я часто об этом думал. О том, как все это будет. Момент перехода в другое состояние. Готовился. Но все равно — побаивался. Не думал, что будет именно так, ну уж что имеем. А ты что скажешь?

Я не ответил, только развел руками.

— Ты думаешь, это все? Ты победил? — спросил Эгерд. Вернее, спросил его дух, потому что исколотое штыками тело барона фон Эгерда лежало неподвижно и, видимо, уже остывало. А вот дух, полупрозрачный и невесомый говорил, не открывая рта. Да нет же, не говорил, он общался образами, как дух сновидений Бахр. Общение с Бахром многому меня научило, поэтому образы я уже воспринимал почти как обычную речь. Только более понятную, яркую и эмоциональную.