Читать книгу 📗 Разбитые песочные часы (ЛП) - Борн Дж. Л.

Ни Кил, ни Сайен не подняли рук; только один из другой группы отделился от большинства. Кил хотел поднять руку, но пока не был готов.

— Понятно. Полагаю, в каком-то смысле это может немного облегчить задачу. Видите ли, то, что я сейчас скажу, нельзя будет «развидеть». Я повторю это ещё несколько раз в ближайшие минуты. Вы должны понимать, что с детства, от юности к зрелости многие из вас воспитывались на определённых парадигмах и незыблемых принципах — устоявшихся культурных нормах. Солнце встаёт на востоке и садится на западе, что вверх — то должно упасть вниз, казино всегда выигрывает и так далее, и так далее. Иногда, когда мы сталкиваемся с данными, меняющими шаблоны, которые невозможно опровергнуть, это оказывает странное воздействие на разум. Кто-нибудь помнит день, когда узнал, что Санты не существует?

Все в комнате кивнули, что помнят, — хотя Сайен на самом деле не помнил.

— Что ж, представьте, что это умножено в несколько десятков раз, — Мандей сделал долгую паузу, глядя на каждого мужчину в комнате. — Возможно, я скажу это в последний раз, а может, повторю ещё сотню — зависит от того, думаю ли я, что вам нужно услышать это снова. Как только вы это узнаете, обратного пути не будет. Вы все это понимаете?

Они кивнули, будто понимая, но Мандей, похоже, не был в этом уверен.

— Ладно, всё. Сейчас я нанесу удар прямо в ваше философское нутро. Я изучил ваши досье — все, кроме твоего, Сайен, но мы это уже обсуждали. Ты присутствуешь здесь исключительно благодаря прямому разрешению адмирала, а следом — и капитана этого судна. Если бы решение зависело от меня, тебя бы тут не было. Хочу, чтобы это было предельно ясно.

Сайен никак не отреагировал на слова Мандея. Четверо спецназовцев перешёптывались между собой. Кил не мог разобрать, о чём они говорят.

— Хорошо, начинаем.

Мандей активировал дисплей. Вверху и внизу большого настенного LED-экрана появились жёлтые баннеры с многочисленными предупреждениями.

— Общий уровень секретности этого брифинга — совершенно секретно: SI, TK, G, H, SAP Horizon и всё остальное, что только можно представить. Позвольте поприветствовать вас всех в программе «Горизонт».

Мандей перешёл к следующему слайду.

________________________________________

08 ИЮЛЯ 1947 ГОДА — ОПЕРАЦИЯ ПО ИЗВЛЕЧЕНИЮ

Бассейн Юинта, штат Юта

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО // КРИТИЧЕСКИ ВАЖНО, КРИТИЧЕСКИ ВАЖНО, КРИТИЧЕСКИ ВАЖНО

ЯНКИ, 08 ИЮЛЯ 1947 ГОДА

ОТ: МИНИСТРА ВОЙНЫ

КОМУ: ПРЕЗИДЕНТУ СОЕДИНЁННЫХ ШТАТОВ

ТЕМА: ОПЕРАЦИЯ ПО ИЗВЛЕЧЕНИЮ

ИЗВЛЕЧЁН ОБЪЕКТ. ЧЕТВЕРО В КАРАНТИНЕ. ОДИН ЖИВ, НАПРАВЛЯЕТСЯ В РАЙТ-ФИЛД.

ОПЕРАЦИЯ ПО ДЕЗИНФОРМАЦИИ В РАЗГАРЕ. ОБЛОМКИ РАЗМЕЩЕНЫ В РОЗУЭЛЛЕ, ШТАТ НЬЮ-МЕКСИКО.

… ПАТТЕРСОН СООБЩАЕТ …

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО // КРИТИЧЕСКИ ВАЖНО, КРИТИЧЕСКИ ВАЖНО, КРИТИЧЕСКИ ВАЖНО

ГЛАВА 12

Где-то за Полярным кругом — застава 4

Минус 70 °C. Достаточно холодно, чтобы за секунды обморозить открытое лицо. Жизнь на американской исследовательской заставе 4 существовала лишь милостью технологий и пятидесятипятигаллонных бочек с дизельным топливом.

Почти год прошёл с тех пор, как мёртвые нарушили известные законы природы и физики. Оставшиеся в живых обитатели заставы переживали уже вторую зимовку без пополнения запасов. Большая часть их сорокапятичеловечного экипажа покинула заставу прошлой весной, решив пройти сотню миль на юг — к ближайшему тонкому льду и, как они надеялись, к островкам уцелевшей цивилизации. Большинство из них больше никто не видел. Несколько человек всё же вернулись на заставу — возможно, по привычке или инстинкту. Они выглядели так же, как и остальные мертвецы: молочно-белые, с застывшими глазами, с головами, склонёнными вперёд, — голодные.

Застава 4 узнавала о падении цивилизации постепенно — по высокочастотным радиопередачам. Высокочастотная связь была единственным относительно надёжным средством коммуникации так далеко на севере. Спутниковые телефоны работали в первые месяцы после аномалии, но со временем вышли из строя: орбиты спутников начали снижаться — как и всё остальное, что зависело от сложной и хрупкой инфраструктуры.

У жестоких и неумолимых арктических зим было лишь одно преимущество: здесь, за Полярным кругом, выжившие сталкивались с куда меньшим числом хищных созданий, чем те, кто находился южнее. Поначалу мертвецы казались далёкой проблемой — о них узнавали по коротковолновому радио или с ужасом наблюдали по спутниковому телевидению. Здесь, на старой доброй заставе 4, это ещё не вызывало беспокойства.

Весной, после начала аномалии, один из исследователей умер от осложнений диабета. Сократившийся экипаж быстро понял, что аномалия добралась и до их убежища, защищённого системой климат-контроля. Чтобы окончательно остановить существо, потребовался резкий удар ледорубом по голове — но не раньше, чем оно унесло ещё одну жизнь. Тела сбросили с двухсотпятидесятифутового обрыва неподалёку от заставы. Туда теперь отправляли всех убитых: множество сломанных, замёрзших тел лежало на дне того, что выжившие прозвали Ущельем Чистой Совести.

Южнее, в реальном мире, люди сражались и умирали, пытаясь выжить вопреки невероятным обстоятельствам. На севере, за Полярным кругом, выжившие вели войну с переохлаждением и вечной тьмой. Они не видели золотого сияния солнца уже несколько недель, и некоторые втайне думали, что, возможно, больше никогда его не увидят. Они экономили отопительное масло и дизель, словно воду на спасательном плоту, затерянном в Тихом океане. Все понимали: если они не покинут эту ледяную глыбу в течение шестидесяти дней, им конец.

Это означало, что они застряли до января — в разгар зимы. Ни один самолёт (если таковые ещё остались) не рискнул бы вылететь сюда, и ни один человек не смог бы отправиться на юг пешком. У них были собаки и сани, но даже этого было недостаточно. Они находились слишком далеко на севере.

• • •

Крусоу Рамзи был неофициальным начальником заставы 4 — лидером тех немногих, кто остался в живых. Он не был ни самым старшим, ни самым опытным членом экипажа, но пользовался наибольшим уважением.

У Крусоу было старинное имя, более древнее, чем популярные в 1950-е годы имена вроде Дика или Флоренс, — оно досталось ему от деда. Тридцать пять лет назад отец без особых раздумий передал это имя сыну. Крусоу происходил из длинной линии крепких шотландских иммигрантов — людей, привыкших самостоятельно прокладывать себе дорогу в жизни.

Спартанский способ проявления отцовской любви сделал Крусоу жёстким — твёрже большинства мужчин. Отец всегда был снисходителен к дочерям, но не к нему. Его сёстры получали деньги, когда нуждались в них, бесплатные машины и ежемесячные пособия — но не Крусоу. В семнадцать лет он отправился работать на лесопилку.

Нуждаясь в деньгах, чтобы содержать ожидавшую ребёнка жену, Крусоу устроился на работу, которая в итоге привела его сюда — в холодные объятия Арктики. В то непростое экономическое время выбор был невелик. Ему сказали, что он будет отсутствовать всего пять месяцев в году, если получит эту должность. Загадочные минимальные требования к кандидатам заинтриговали его:

Инженер-механик с трёхлетним опытом работы на станках / опытом работы с дизельными двигателями. Обязательное условие — допуск к информации ограниченного доступа.

У заставы 4 были свои секреты. Большая часть исследований, требовавших арктической базы, была завершена десятилетия назад. Официально застава была создана для изучения распространения электромагнитных волн в северных широтах. Крусоу не входил в поисковые группы и до того, как всё пошло прахом, не особенно интересовался тем, что они искали во льдах. Ему всегда казалось странным, что экспедиции отправлялись на три дня, докладывали ныне мёртвому командиру о маршруте, а затем исчезали в снегах вместе с собаками.

Экипажу говорили, что команды ищут марсианские камни. Эксперты утверждали, что Марс был бомбардирован бесчисленным количеством метеоров много эпох назад и что эти марсианские выбросы в конце концов достигли Земли, вошли в атмосферу и приземлились где-то во льдах Арктики.