Читать книгу 📗 Разбитые песочные часы (ЛП) - Борн Дж. Л.

— Грифф, группа около пятидесяти, примерно в двадцати метрах справа от тебя. Сообщу, когда опасность приблизится.

Ответа не было.

Хотя Кил не мог быть полностью уверен по трансляции, казалось, что Грифф игнорировал всё вокруг, решив, что теперь имеет значение только закрытие двери. Кил смотрел на происходящее словно на повтор: он видел подобное раньше — не в чёрно-белом монохроме ИК-видео на экране перед ним, а в живых красках. И это никогда не заканчивалось хорошо.

Твари двигались в исступлении — они точно не знали, где в темноте находится Грифф. Кил увеличил масштаб на двери как раз в тот момент, когда орбита БПЛА сместилась, обеспечив хороший угол обзора. Щель — шесть дюймов. Слишком мало, чтобы кто-либо из мертвецов смог пролезть.

— Грифф, опасность близко, опасность близко! Хватит! Они не пролезут через эту щель! — воскликнул Кил.

• • •

Грифф сделал ещё один полный оборот рукоятки и оглянулся на дверь, проверяя сообщение Кила. Вскочив на ноги, он достал запасное оружие — пистолет Glock 34. Его винтовка, опустевшая, стояла, прислонённая к стене внутри пещеры.

Грифф начал отстреливать наступающих. С последним магазином в запасе он подумал оставить один патрон для себя.

Решение было принято в тот момент, когда он вставил полный магазин в пистолет и передёрнул затвор. В ушах звенело от выстрелов девятимиллиметровых патронов. Последний патрон из последнего магазина уничтожил ближайшую угрозу — но впереди были сотни, возможно, тысячи других.

Он убрал пистолет в кобуру и потянулся за третьим оружием. В правой руке, обмотанной паракордом, был большой, остро заточенный нож с фиксированным лезвием; в левой — ещё одна осколочная граната. Это был страховой полис Гриффа — выплата смертью любому мертвецу в радиусе пятнадцати метров.

Ещё одно обезумевшее существо подошло слишком близко и почуяло Гриффа в темноте. Размахнувшись ножом справа налево, он отрубил нападавшему голову — отсечённая голова и тело рухнули к его ногам. Не убирая ножа, он левой рукой выдернул чеку гранаты, удерживая рычаг на месте — «переключатель мертвеца».

Сотни других поднимались по ступеням, словно причудливый водопад, текущий вспять. Бежать было некуда, да Грифф уже устал убегать.

• • •

— Грифф, мне жаль, приятель, — передал Кил, наблюдая сверху за последней схваткой.

Грифф поднял взгляд в небо, взмахнул ножом, а затем сделал то, на что лишь немногие находили в себе силу духа в прошлых войнах — за землю, свободу или деньги.

Он бросился в атаку.

Грифф выбрал самую большую группу и побежал, крича и рубя по головам, стремясь уничтожить каждое существо на острове. Кил не мог разглядеть, что происходит под вихрем размахивающих конечностей мертвецов, но многие из них падали — прежде чем «страховой полис» Гриффа был полностью выплачен.

В белой вспышке осколков и внутренностей Грифф удерживал линию до самого конца.

ГЛАВА 36

Арктический Север

Изготовление биотоплива оказалось жутким и тошнотворным занятием. С помощью Кунга Крусоу разделывал полузамёрзшие туши, добывая драгоценный жир. Кожа животных была поражена обморожением и иссечена арктическим ветром. Поначалу Кунг не понимал, что именно требуется Крусоу в процессе разделки: в первых отрезанных кусках мяса оказалось слишком много мышечной ткани.

Крусоу объяснил, что ему нужно: он ухватил складку жира на собственном животе и показал Кунгу:

— Вот это, Кунг, а не это, — сказал Крусоу, указывая затем на свой бицепс.

Собрав пару сотен фунтов жира, Крусоу приступил к утомительному химическому процессу его преобразования в биотопливо. Запах стоял отвратительный — к нему пришлось привыкать. Чтобы правильно переработать сырьё, жир необходимо было аккуратно нагревать. Крусоу надел маску и защитные очки, чтобы уберечься от брызг кипящего жира. Первые несколько партий получились удачными и, судя по испытаниям внутри помещения, работали нормально.

Затем Крусоу вынес небольшое количество топлива наружу, подальше от отапливаемой лаборатории, чтобы проверить его на одном из генераторов, переделанных под альтернативное топливо. Оставив канистру в будке генератора на полчаса, он вернулся и обнаружил, что топливо застыло, превратившись в гелеобразную массу.

Крусоу занёс его обратно и поставил рядом с отопительной решёткой. Постепенно топливо снова стало жидким. Решением проблемы стало использование основного дизельного бака снегохода Сноукэт для запуска двигателя и установка рядом дополнительного бака. Крусоу смонтировал нагревательные элементы на дополнительной ёмкости, чтобы поддерживать топливо в жидком состоянии. Решение было далеко от идеального, но доступа к полноценному нефтеперерабатывающему оборудованию у него не было — да и жаловаться не приходилось.

Последние несколько дней Крусоу и Марк внимательно следили за Ларри. Тот был прикован к постели и с каждым днём всё ближе подходил к смерти — с тех пор как Брет погиб на дне оврага. Несмотря на поддержку остальных, Ларри сдавался. Его переселили ближе к радиорубке, чтобы было легче наблюдать за его состоянием. В качестве меры предосторожности дверь комнаты подпёрли стульями и другими предметами: никто бы не удивился, если бы Ларри всё-таки решил уйти из жизни. Из-за этого дежурства перестали быть спокойными — время от времени самодельные сигнальные устройства неожиданно падали.

Дежурства у радиоприёмника в неурочные часы были необходимы: благодаря им удалось наладить несколько успешных сеансов связи между «Джорджем Вашингтоном» и «Вирджинией». Арктическая база № 4 фактически превратилась в информационный узел между военными кораблями.

По коротковолновому радио Крусоу всё лучше узнавал Джона и его друга Кила. Узнав о продолжающихся шахматных партиях, он даже начал собственную игру с Джоном. Это стало хорошим способом скоротать время: Крусоу стремился выходить на связь при любой возможности. Благодаря запасным шахматным доскам из игровой комнаты базы он мог следить за партией Джона и Кила, одновременно ведя свою. Поразительно, на что способен человек, лишь бы побороть скуку.

Крусоу уже несколько раз пересмотрел все фильмы на базе — по крайней мере, шахматы давали ощущение новизны. Если учитывать число участников, эти радиотранслируемые партии, вероятно, имели бы самые высокие рейтинги Arbitron на душу населения в истории радиовещания.

По коротковолновой связи передавались не только шахматные ходы и военные сообщения. Любые новости извне было приятно услышать — какими бы мрачными они ни были. За последнюю неделю Крусоу узнал, что Оаху превратился в ядерную пустошь, что у США всё ещё остаются самолёты, хотя их возможности ограничены, а «Вирджиния» продолжает спасательную операцию к западу от Гавайев. Из-за краткости военных сообщений смысл иногда оставался неясным, однако Крусоу и Марк могли расшифровать большую часть информации, если она не была закодирована.

Теперь, когда Сноукэт оснастили двумя баками, появилась возможность отправиться южнее — в районы с более тонким льдом, где ледокол, возможно, сумел бы их подобрать. В итоге Крусоу переработал пятьдесят пять галлонов биодизеля — удобный объём, поскольку модифицированный подогреваемый бак представлял собой найденный на свалке базы пятидесятипятигаллоновый стальной барабан.

В общении с Ларри Кунг оказался ценным посредником. Крусоу жалел его: судьба тому досталась тяжёлая. Хотя Кунг делал заметные успехи, английский оставался для него вторым языком, и ему было трудно выражать свои мысли и чувства. Он действительно был чужаком в этом суровом и беспощадном краю.

Нарастающий холод провоцировал коллективный психологический кризис. Словно тикающие часы отсчитывали дни до момента, когда закончится топливо и они замёрзнут. Эту дату нельзя было ни отодвинуть, ни отменить — всё зависело лишь от того, сколько ещё проработают генераторы. Крусоу казалось, что моральный дух группы стремительно падает.