Читать книгу 📗 Поцелуй Скарлетт (ЛП) - Лоу Хейди

— Я просто хочу спросить, — сказала я. От звука моего голоса она вздрогнула.

— Д-Дженна, ч-что ты здесь делаешь?

— Просто ответь мне на один вопрос, — я направилась к ней, отмечая растущий страх в её глазах. Чего она так боится? — Ты когда-нибудь любила меня?

— Дженна, тебе не следует быть здесь, — она попыталась отвернуться, но я схватила её за руку. — Дженна, пожалуйста, просто уйди. Я не могу.

— Ты когда-нибудь любила меня? — спросила я более настойчиво. — Блин, Скарлетт, завтра днём я уезжаю. Самое меньшее, что ты можешь сделать, — это сказать мне правду.

— Какая разница? Мы не можем быть вместе.

— Отвечай на вопрос! — крикнула я.

— Не любила! — закричала она в ответ, а затем без предупреждения разрыдалась.

Она попыталась оттолкнуть меня, когда я подошла, чтобы обнять её, но, поняв, что это бесполезно, позволила мне обнять себя... и покрыть своё лицо поцелуями... и прежде чем кто-либо из нас понял, что происходит, мы лихорадочно срывали друг с друга одежду. Наши поцелуи были ненасытными — отчаянная битва языков, воссоединение после того, что казалось вечностью. Я не хотела расставаться с ней. И когда она усадила меня на большой продолговатый тюк сена, стало очевидно, что она тоже не хочет со мной расставаться.

Облегчение охватило меня, когда она скользнула внутрь меня пальцами, как будто её прикосновения были тем, что поддерживало во мне жизнь. Пока она работала, я не смела закрыть глаза, вместо этого удерживая её взгляд, запечатлевая в памяти выражение её лица и контуры его совершенства на случай, если никогда больше её не увижу. Я хотела запомнить её такой — с такой решимостью доставляющей мне удовольствие.

— Почему именно ты? — спросила она с мокрыми глазами. По моей щеке скатилась слеза. — Почему именно ты — из всех женщин в мире?

Я не могла ответить на это, поэтому поцеловала её, пытаясь облегчить боль.

Я кончила бурно, как три оргазма за раз. Мои стоны разнеслись по конюшне, и одна из лошадей заржала.

— Я люблю тебя, — прошептала я.

— Я тоже тебя люблю, — сказала она. — Конечно, люблю. Ещё до того, как мы встретились, я знала, что влюблюсь в тебя.

— Боже мой!

Этот голос принадлежал не мне и не Скарлетт. Внутри у меня всё сжалось. Выражение неподдельного ужаса на лице Скарлетт соответствовало моему собственному. Позади нас, удручённый, униженный и возмущённый одновременно, стоял Маркус!

— Нет… — выдохнула Скарлетт, с трудом отрываясь от меня. — Маркус, это не... Я не...

Он попятился от нее, закрыв рот руками и тряся головой:

— Отойди от меня, ты... шлюха!

— Маркус, прошу тебя, — взмолилась она. — Позволь мне объяснить.

— Ты любишь её? — крикнул он уже мне. — Её? Ты не могла сказать это мне, но ты говоришь это моей грёбаной сестре, Дженна! Ты, блин, издеваешься надо мной?

— Всё получилось само собой, — ответила я, натягивая одежду. — Никто из нас этого не планировал.

— Заткнись! Как такое могло случиться? Ты что, теперь лесбиянка?

— Я не знаю, кто я. Но я люблю её — это всё, что я знаю. Мне жаль, что тебе пришлось узнать об этом вот так.

— Маркус, — Скарлетт попыталась прикоснуться к нему, но он отбросил её руку, сжал свою в кулак и замахнулся, чтобы ударить её, но остановился.

— Никогда больше не произноси моего имени, — он плакал и трясся от ярости. Как они были похожи сейчас, когда плакали. — Ты сидишь и смотришь, как я из-за неё разваливаюсь на части, ломаю себе голову над вопросом, почему она не любит меня, и всё это время трахаешь мою девушку. Это подло!

— Прости. Мне очень жаль, — она продолжала повторять это. — Я совсем не хотела тебя обидеть.

Он выглядел так, словно готов плюнуть ей в лицо.

— Меня от вас тошнит! От вас обеих! Но от тебя больше всего, — его глаза превратились в прищуренные щёлочки ненависти, направленные на неё. — Ты должна быть моей сестрой, а ты так со мной поступаешь. Хоть бы твой самолёт из Сингапура никогда сюда не долетел.

С этими словами он убежал, но не раньше, чем бросил на меня самый злобный взгляд, который я когда-либо получала.

— Ну вот, теперь всё стало ясно, — я положила руку на плечо плачущей Скарлетт.

— Отвали! — прорычала она, отталкивая мою руку. Нацелив на меня дрожащий палец, она добавила: — Это всё ты виновата. Я никогда не должна был позволять тебе залезать в свою голову. Ты разрушила мою семью. Ты токсик!

— Не говори так, — я не могла поверить своим ушам.

Как я стала врагом? Я же не заставляла её быть со мной, влюбляться в меня. Разве я вообще виновата во всём этом?

— Убирайся, сейчас же! И не возвращайся. Улетай своим грёбаным самолётом обратно в Америку и оставь меня и мою семью в покое.

— Скарлетт, ты же не это имеешь в виду.

Когда она повернулась ко мне, её глаза были злыми от слёз. Она нанесла последний удар сквозь стиснутые зубы:

— Ещё как имею. Я больше никогда не хочу тебя видеть. А теперь уходи.

Ошибиться в этом отвращении было невозможно. Я выбежала из конюшни и из того дома, ни разу не оглянувшись.

Эпилог

Совещания в "Таннер, Монро, Чейз и партнёры" проводились по понедельникам строго в 11:00. Нужно было бросить все дела и примчаться в один из двух огромных залов заседаний, где партнёры на час собирали самых ответственных работников компании.

К моему большому неудовольствию, естественно, я, как ведущий веб-разработчик компании, должна была присутствовать. Моя работа имела мало отношения к повседневной работе юридической конторы, и, если быть честной, я предпочитала быть предоставленной самой себе. По правде говоря, находясь в окружении кучи юристов — одних из лучших в Нью-Йорке, где располагался офис, — я чувствовала себя неуютно. За всю свою жизнь я знала только одного юриста, а она отвернулась от меня и разбила мне сердце. Излишне говорить, что у меня было предубеждение против всех юристов, вплоть до того, что я отклонила приглашение на ужин от одного из младших сотрудников — симпатичного, харизматичного парня с безжалостными амбициями. С адвокатами жди проблем.

Вам, наверное, интересно, почему же тогда я взялась за эту работу, перейдя от виртуальной свободы и самозанятости к переезду за 400 км из Бирфилда, штат Массачусетс, в Нью-Йорк. Проще говоря, мне платили кучу денег. Я выполняла для них кое-какую работу по контракту и произвела на них такое впечатление, что мне сказали назвать, какая зарплата меня будет устраивать — и приняли в штат. От такого предложения я не могла отказаться. Один из партнёров, Ретт, годящийся мне в отцы, проникся ко мне симпатией и опекал меня с тех пор, как я переехала сюда 5 месяцев назад.

— Джаред, что у нас с делом "Линден против Бишопа"?

От моего громкого зевка нескольких коллег бросили на меня презрительные взгляды, хотя Ретта, похоже, моя невольная реакция даже позабавила.

— Извините, — быстро сказала я, лицо вспыхнуло.

Так неловко. Они уже считали меня чудачкой, а не командным игроком, потому что я редко ходила с ними в бары после работы или на какие-либо корпоративные мероприятия.

Накануне я не спала всю ночь, мне удалось поспать всего пару часов. Это был один из недостатков работы в известной юридической фирме: сон стал привилегией. Ещё до того, как устроиться на работу, я решила, что продержусь максимум пару лет, заработаю столько денег, сколько смогу, а затем вернусь в Бирфилд. Жизнь в большом городе была просто не для меня. Я сдавала дом, окупая ипотеку, но арендная плата здесь, даже при моей зарплате, была просто заоблачной.

Ещё один взгляд на часы показал, что до завершения совещания осталось 15 минут.

"Самые долгие пятнадцать минут в моей жизни", — подумала я. К тому времени я почти полностью отключилась и не обращала внимания на то, что говорят партнёры.

— ...всем известно, что мы расширяемся. Мы рады объявить о привлечении прекрасного адвоката, который ранее работал над несколькими громкими международными делами...