Читать книгу 📗 Никуда не убежишь! (СИ) - Айрон Мира

И ворота захлопнулись прямо перед Савелием и Кристиной.

— Гражданин начальник! — улыбаясь, Савелий постучал в ворота. — Откройте, пожалуйста! У нас к вам важное дело.

— Пошёл ты… — далее следовала непередаваемая игра слов, но ворота вновь открылись.

— Здравствуйте, милая барышня, — наконец-то Лесников "заметил" Кристину. Потом враждебно посмотрел на Савелия и буркнул: — Входите. И радуйся, Веретенников, что Оксаны, жены моей, дома нет. К родственникам уехала. А то она бы тебя метлой со двора вымела.

— Но я же не сделал ничего плохого вашей супруге, Алексей Петрович! — невинно заметил Савелий. — Мы с ней даже не знакомы.

— А ей и не надо с тобой знакомиться. Она людей, связанных с моим смачным прошлым, нюхом чует. Шутка ли, почти тридцать лет замужем за следаком. Правда, теперь уже за бывшим.

Лесников проводил гостей через сени и приказал садиться за стол в просторной, но очень уютной кухне.

— Хорошо у вас, Алексей Петрович, — улыбнулся Савелий. — Энергетика в доме хорошая.

Кристина кивнула, соглашаясь, — она чувствовала то же самое.

— Вот я и говорю. А тут ты, Веретенников! Как в песне у Высоцкого: "Вот те раз! Нельзя же так…"

Алексей Петрович говорил, а сам быстро сервировал стол к чаю.

— А вас, милая барышня, как зовут?

— Кристина.

Кристина, не отрываясь, разглядывала Лесникова. Несмотря на простоватую внешность, бывший следователь производил впечатление человека очень умного и харизматичного.

— Красиво, — он вдруг тепло улыбнулся Кристине. — А меня зовут Алексей Петрович Лесников. Можно просто Алексей, я ещё совсем не старик.

— А почему ваша супруга выгнала бы нас, Алексей? — осмелев, с любопытством спросила Кристина.

— Не "нас", а одного конкретного гражданина, не будем показывать пальцем. Потому что общение с этим гражданином добавило мне немало седых волос когда-то. А теперь он и вас куда-то втянул, я так понимаю? Никак не уймётся. Следствие ведут колобки, да, Веретенников? А вы, Кристина? Зачем согласились? Поддались обаянию этого осла упёртого?

Савелий молчал, продолжая хитро улыбаться.

— Если честно, Алексей, скорее, я втянула Савелия в это дело.

— Да я уж понял, что и мне не отвертеться, — кивнул Лесников, разлил чай в кружки и сел напротив гостей. — Рассказывайте. Только по очереди.

… - И что теперь, Веретенников? Чего ты от меня хочешь на этот раз? Я уже пять лет, как вышел в отставку. И восемь лет не занимаюсь этим делом, — Алексей Петрович потёр глаза и отложил альбом.

Правда, альбом положил около своей кружки, обратно Кристине не вернул.

— За эти годы, Алексей Петрович, наука шагнула далеко вперёд, — ответил Савелий. — Сейчас криминалистам доступны такие экспертизы, которые раньше и не снились.

— Да что ты говоришь? А я и не знал, совсем отстал от жизни, — усмехнулся Лесников.

Кристина видела, что он напряжённо думает.

— Алексей Петрович, — опять заговорил Савелий. — Ну согласитесь, что наши с Кристиной подозрения имеют под собой основание? Почему Вадим Константинович прятал этот альбом? Почему он вообще его сохранил? Зачем ему эти фотографии? Кто этот "мистер икс", связь с которым скрывала Эвелина, которая вообще не считала нужным что-либо скрывать? И самое главное, — посмотрите на Кристину. Очень сильное внешнее сходство Кристины и Эвелины отрицать невозможно. А то, как этот… ведёт себя по отношению к Кристине?!

— Ладно, — тяжело вздохнул Лесников. — Будем считать, что меня вы убедили. Но мне время нужно. Минимум два дня. И названивать мне не надо, Веретенников! Я не справочное бюро. Как только будут какие-то результаты, позвоню тебе сам. Уяснил?

— Уяснил, уяснил, — Савелий был на многое согласен, лишь бы Лесников не передумал помогать им. — А как быть с Кристиной?

— Откуда я знаю, Веретенников? Ты уж сам решай, как с Кристиной быть. Ты мальчик взрослый, давно совершеннолетний, и я тебе тут не помощник и не подсказчик.

Кристина почувствовала, как заалели её щёки.

— Я уверен в том, что Кристина в опасности, — не моргнув глазом, гнул свою линию Савелий. — Вадим Константинович вернётся завтра утром. Кристину нужно спрятать. А она спорит со мной, не соглашается. Считает, что опасность ей не угрожает, пока её муж ни о чём не подозревает.

— Не хочу тебя огорчать, Веретенников… Хотя, кому я вру? Хочу. Так вот, Кристина абсолютно права. Если хочешь совершить фальстарт и поставить под угрозу всю операцию, а заодно подставить и саму Кристину, тогда действуй, прячь её. И тогда мы с большой вероятностью не сможем доказать причастность её мужа к этому делу.

Савелий нахмурился и крепко сжал челюсти, исподлобья посмотрел на Кристину.

— Значит так, — став серьёзным, Лесников хлопнул ладонью по столу. — Коль скоро вы пришли ко мне за помощью, с этого момента без моего ведома не предпринимать ничего. НИ-ЧЕ-ГО, ты понял меня, Веретенников? Я не позволю превращать дело в дилетантский фарс, а из меня делать шута горохового. И если ты меня, Веретенников, ослушаешься, то на этот раз я тебе организую гособеспечение, за мной не заржавеет, поверь. Это ясно?

Лесников по очереди посмотрел на Савелия и на Кристину.

— Ясно, — в голос ответили они.

— Молодцы, вижу, что поняли, — уже мягче заговорил Алексей Петрович. — Я тебя очень хорошо понимаю, Савелий. Я бы тоже переживал за такую барышню. Но у нас появилась реальная возможность разобраться в этом деле, покончить с ним раз и навсегда, поставить точку, а не многоточие. Мы не можем глупо рисковать. Мы можем рисковать только по-умному. Потому сегодня вы оба отправляетесь по домам и живёте обычной жизнью. На связь друг с другом можете выходить в то время, когда Кристина на работе. Общаетесь только по телефону, тому, второму. Встречаться вам пока нельзя. Совсем нельзя, Веретенников! Даже ошиваться около почтового отделения и делать вид, что прогуливаешься. Потерпи. Я сам выйду с вами обоими на связь, можете не сомневаться.

Савелий растерянно смотрел на Кристину, понимая, что не может оспорить слова Лесникова. Ни по одному из пунктов.

— Номера ваших телефонов мне оставьте. Ты, Кристина, оставь номер того телефона, который тебе дал Савелий, второго.

… На обратном пути Савелий мрачно молчал. Кристине было даже немного жаль его: он очень сильно переживал за неё. Сама она чувствовала себя абсолютно спокойной — так, будто всё это происходит не с ней, а она лишь зритель, сторонний наблюдатель.

Проводив Кристину до квартиры, Савелий задержал её руки в своих.

— Знаешь, чего я хочу больше всего? — спросил он.

— Не знаю. Чего?

— Чтобы ничего и никого не было, кроме нас с тобой: ни прошлого, ни исчезновения Эвелины, ни твоего мужа, ни Лесникова, ни альбома с фотографиями. Хочу, чтобы были только ты и я, и чтобы мне никуда не нужно было отпускать тебя. Я с ума сойду от переживаний. Тем более, теперь, когда точно знаю, на что способен этот монстр.

— Я уверена, что Алексей Петрович всё сделает очень быстро, — Кристина освободила свои руки и обняла Савелия за шею, глядя в его глаза. — Он же сказал, что рисковать по-глупому мы не будем.

— Как будто от мысли, что ты рискнёшь по-умному, кому-то стало легче!

— Ты же не нарушишь обещание, данное Алексею Петровичу, Савелий, правда?

— А обещание, которое дал сам себе, могу нарушить?

— Смотря какое, — улыбнулась Кристина.

Обхватив Кристину ладонями за затылок, Савелий склонился к её лицу. Лишь через несколько минут Савелий смог остановиться.

— Иди, Кристина, иначе я все обещания сейчас нарушу. И часть заповедей. Завтра я тебе позвоню. Пожалуйста, ответь сразу. И прошу, будь осторожна.

— Обязательно, — пообещала Кристина, которая до сих пор не могла справиться с дыханием. — Обещаю. А ты постарайся не переживать так.

Кристина закрыла двери на все замки. Савелий, тяжело вздохнув, вошёл в лифт, и через пару минут помахал рукой Кристине, которая смотрела на него в окно.