Читать книгу 📗 "Искра и сталь (ЛП) - Морган Донна"

Вскоре поле поредело, и из двенадцати участников осталось лишь несколько. Все они тяжело дышали через забрала. У кого-то не хватало латной рукавицы или кирасы после схватки. Мои пальцы впились в деревянную скамью, костяшки побелели, когда тилиец отправил в нокаут еще одного бойца. Пальцы ныли от напряжения. Вскоре на арене остались только Гвит и этот гигант.

Пара стояла лицом к лицу, их плечи тяжело вздымались. Таран рядом со мной что-то бормотал под нос, не сводя глаз с Гвита. Кровь пульсировала у меня в висках. Тилиец рванул вперед, занеся топор над плечом. Гвит стоял неподвижно, выжидая до последнего момента, прежде чем вскинуть меч и отразить удар. Он нырнул в сторону и мгновенно вскочил на ноги. Рев толпы был почти оглушительным. Он попытался ударить тилийца под колено, но промахнулся — рыцарь развернулся и нанес слепой удар.

Гвит отпрыгнул, и они начали кружить друг напротив друга. К моему ужасу, Гвит потянулся к голове, сорвал шлем и швырнул его на землю. Трибуны взвыли от такого бахвальства.

Таран сквозь зубы выругался.

— Надень этот гребаный шлем обратно!

— О чем он только думает? — спросила я, не в силах оторвать взгляда.

— Он дразнит его, — ответил Таран. — Он красуется, и это может стоить ему ранения. Или чего похуже.

Удары дождем сыпались на Гвита, и он едва успевал их отражать. Пот склеил волосы на его лице, он стиснул зубы. Каждое попадание отражалось на его лице судорогой. К горлу подступила тошнота, когда топор прошел в волоске от его головы один раз, затем второй.

Ритм тилийского рыцаря сбился, когда он наступил на чью-то брошенную рукавицу, его плечо на мгновение опустилось. Взгляд Гвита стал жестким. Воспользовавшись моментом, он взмахнул мечом снизу вверх, ударив противника прямо под мышку. Удар отбросил гиганта назад, хватка на топоре ослабла. Гвит обрушился на него. Тяжелый удар за ударом — он бил по нагруднику оглушенного бойца, так что искры летели во все стороны.

Толпа заходилась в восторге, топая ногами. Гвит был неумолим, он теснил противника, пока тот не споткнулся о брошенный Гвитом шлем и не повалился на спину. В мгновение ока Гвит оказался сверху, придавив грудь поверженного рыцаря коленом и приставив меч к его горжету⁷. На арене воцарилась тишина.

— Сдаешься? — голос Гвита разнесся над замершими трибунами. Я затаила дыхание.

— Сдаюсь, — донесся глухой ответ.

Арена взорвалась. Уши заболели от стены звука. Таран колотил кулаками по перилам, его лицо было багровым от крика. Моя грудь распирала гордость, на глазах выступили слезы, когда я увидела, как Гвит помогает противнику подняться, сияя от счастья. Он хлопнул мужчину по плечу и повернулся к трибуне герцога.

Гвит подошел к герцогине, которая поднялась и стояла впереди, сложив руки и улыбаясь. Он опустился на колени в опилки и склонил голову. Леди Бекка подняла руку, призывая толпу к тишине.

— Поздравляю, сэр Гвитьяс, — произнесла она ясно и звучно. — Вы вышли победителем и можете забрать свой приз.

Толпа снова взревела. Таран продолжал колотить по перилам, а я не могла перестать улыбаться.

Леди Бекка снова подняла руку, ее взгляд скользнул в нашу сторону. На ее губах играла понимающая улыбка.

— Какой приз ты выберешь, сэр Гвитьяс? — спросила она. — Ты можешь взять кошель золота или любой знак по своему выбору.

На арене стало тихо. Гвит посмотрел на герцогиню. Та снова глянула на нас, на этот раз более явно, заставив Гвита обернуться. Его глаза на мгновение встретились с моими, он ухмыльнулся и снова повернулся к госпоже.

Он ответил громко, чтобы слышали все:

— Ваша Светлость, я бы хотел принять знак отличия от Сары Брандт.

Мне показалось, что мое сердце остановилось. Гвит поднялся и зашагал прямо ко мне, расплывшись в широкой улыбке, в то время как шум на арене достиг запредельных высот. Он подошел к секции, где я стояла рядом с Тараном, и со звоном доспехов опустился на одно колено.

В его глазах плясали чертики, лицо было мокрым от пота.

— Прекрасная леди, не окажете ли вы мне честь своим знаком?

Я смогла только кивнуть — во рту пересохло. На ужасный миг я растерялась, не зная, что ему подарить. И вдруг меня осенило. Дрожащими руками я отвязала ленту от своих волос и протянула ему. Он принял ее, поднялся, отвесил глубокий поклон и зашагал прочь с арены, приветствуя ликующую толпу.

Таран тихонько откашлялся, явно скрывая смех.

— Ах ты, старый пес, — пробормотал он.

Глава 26

Группа людей взяла на себя смелость украсть Котел, чтобы изучить и раскрыть его секреты. Они забрали Котел у ничего не подозревающих богов и унесли в скрытое место, защищенное той самой магией, которую даровали им боги.

История Брейто, том 1, Б. Суик

Таран шел со мной к ряду палаток, отведенных для соревнующихся рыцарей. Снаружи стояли штандарты, на каждом из которых был изображен герб дома рыцаря, находившегося внутри.

— Просто подожди здесь, мне нужно переговорить с Гвитом, — сказал Таран, прежде чем нырнуть под полог палатки, в которой я мельком успела увидеть внутреннее убранство.

Оруженосец помогал Гвиту снять доспехи. Как ни велик был соблазн войти следом, я знала, что это будет неприлично. Вместо этого я стала рассматривать товары в палатках напротив. В мыслях я раз за разом прокручивала образ Гвита, преклонившего колено в своих латах и ждущего от меня знака отличия. В животе разливалось тепло — чувство, которое в последнее время возникало все чаще, стоило мне подумать о нем.

Я погрузилась в свои раздумья, когда кто-то задел меня за руку, толкнул в плечо и дернул за пояс. Обернувшись, я увидела невысокую фигурку, поспешно убегающую прочь.

— Госпожа, ваш кошелек! — лавочник настойчиво указал на мой пояс. Я опустила взгляд и увидела, что мешочка с монетами нет. Украден.

— Эй! Вернись!

Я бросилась вдогонку за отступающей фигурой. Воришка остановилась и оглянулась, но прежде чем я успела что-то сказать, девчонка снова сорвалась с места. Я преследовала ее, уворачиваясь от испуганных людей и пробегая за ярко раскрашенными палатками. В спешке я совсем забыла о Таране и Гвите.

Запыхавшись, я снова крикнула, когда девочка ловко нырнула под повозку и направилась к самому краю фестивальной площади:

— Стой! Это мой кошелек!

Я потеряла ее из виду, пока не обогнула повозку и не столкнулась лицом к лицу с парой солдат Церкви. Девочка лежала на земле между ними. Ей было лет пятнадцать, не больше. У нее была темная кожа и длинные, туго завитые черные кудри, перехваченные зеленым шарфом. Она была в лохмотьях и казалась болезненно худой.

— Вороватая дрянь, нам стоит прикончить тебя здесь и сейчас, — прошипел рослый мужчина, глядя сверху вниз на стонущую девчонку, которая прижимала руки к животу. Мой взгляд метался между ней и этими двумя. Я могла бы просто развернуться и уйти, но что они с ней сделают? Я не могла ее бросить.

— В этом нет необходимости, — выдохнула я, пытаясь отдышаться. — Она украла у меня, и я буду рада просто получить свои монеты назад. Ничего больше делать не нужно.

Высокий на мгновение взглянул на меня, проигнорировав мои слова, и шагнул ближе к девочке, приставив острие меча к ее горлу. Она замерла, широко раскрыв глаза и рот, глядя вдоль полосы острой стали. Тот, что был пониже, толкнул напарника локтем в бок и, сузив глаза, прошептал ему что-то, чего я не расслышала.

— Ты уверен? — спросил высокий, щурясь на меня. У меня под ложечкой засосало от дурного предчувствия.

— Уверен, — ответил второй. Холодок пробежал по спине, когда они обменялись взглядами.

— Откуда ты, девка? — спросил долговязый.

Я напряглась. Если Церковь все еще ищет меня спустя столько времени, вполне вероятно, что они разослали мое описание по всему Тревану. Но я напомнила себе, что я больше не Сара, крестьянка из Уиллоубрука. Я выпрямилась, стараясь подражать величественной осанке дам из замка.

— Я не девка. Я женщина, и это не ваше дело, — ответила я с таким высокомерным презрением, на какое только осмелилась.