Читать книгу 📗 После трёх ночей с заключённым (СИ) - Жиглата Кристина

- Ладно, что-то придумаем, - обещаю, взъерошив её волосы. – И ещё одно… Раз уж мы тут разговариваем и решили, говорить друг другу правду… Я хотел спросить, никто ли не обижает тебя в этом доме? Тебе хорошо здесь, спокойно?

Николь отводит взгляд в сторону.

- Вижу, что что-то есть…, - добавляю, недовольно поджимая губы. – Расскажешь?

- Это не столь важно… Я знаю, что у вас и так предостаточно забот…, - отвечает она уклончиво.

- Да, но это мой дом. Здесь действуют мои правила. И если их кто-то нарушает, то, это нужно исправлять, потому что другие тоже обнаглеют. Ты ведь меня понимаешь? – спрашиваю, Николь кивает.

- Горничные били меня, - признается на выдохе, и я сильнее сжимаю её руку.

- За что? – спрашиваю, едва сдерживая рычание. Мне было неважно за что, просто нужно было правильно подобрать слова и правильно выйти их этой ситуации.

Николь жмет плечами.

- Я часто попадалась под их горячую руку… Находилась там, где не следовало быть…

- Если бы я наказывал всех горничных за то, что они попадаются под мою горячую руку или были там где не следовало быть, они бы у меня постоянно ходили битыми… Это не повод и не провинность, Николь. Горничные просто своевольничали, потому что я слишком долго отсутствовал и не занимался тобой. Подобное нужно пресекать на корню и, за подобное нужно наказывать… Давай накажем их вместе? – предлагаю, я хотел вернуть доверие девочки.

Николь поднимает на меня свой растерянный взгляд, явно не понимая, о чём я говорю.

- Я – твой опекун, Николь. Хозяин этого дома, а значит, у тебя есть свои привилегии. Ты часть моей семьи. Главная. Ты не должна позволять горничным обижать себя. Ты можешь свободно ходить по этому дому, делать что захочешь и требовать чтобы тебе прислуживали. Если горничные этого не делали, значит, они не справлялись со своей задачей и это нужно решать.

- Н-но… Они не считают меня главной, - говорит она.

- Вот поэтому, иногда нужно проявлять силу, стойкость и уверенность. Хочешь научу? – спрашиваю. Она с интересом кивает. – Я сейчас приглашу сюда всех горничных, а ты открыто и уверенно укажешь пальцем на тех, кто поднимал на тебя руку. После чего мы их уволим. Этот поступок даст понять другим горничным твое место в доме. Всё резко измениться, вот увидишь, - обещаю. - Теперь, когда ты моя семья, нужно быть сильной и решительной… Согласна?

Николь кивает, принимая более уверенный вид.

Я остаюсь доволен её пониманием и реакцией.

Спустя десять минут в моем кабинете появляется весь персонал. Николь смело указывает пальцем на всех горничных, которые её били. Мария тоже оказывается в их числе.

- Все, на кого указала Николь, уволены и как можно скорее должны покинуть мой дом… Без хороших рекомендаций и денежной выплаты за последний месяц. Причина я надеюсь понятна. А для тех, кто остается, объясню: Николь – член моей семьи и к ней вы должны относиться соответственно. Если кто-то посмеет её обидеть, будет жестоко наказан!

Горничные, на которых указала Николь, виновато опустили головы, извинились, а затем быстро ушли. Мария осталась.

- Ярослав Дмитриевич… Это какая-то ошибка… Я не била Николь! – говорит она со слезами на глазах.

- Я верю Николь. А ты меня предала. И ты знаешь, что бывает за предательство. Поэтому, у тебя есть полчаса, чтобы уйти по-хорошему. Поверь, я себя и так сдерживаю из последних сил, - говорю угрожающе.

Мария быстро кивает, а затем убегает прочь.

- Все остальные свободны. Приступайте к работе, - добавляю, отворачиваясь от оставшихся горничных, и как только это делаю, попадаю в объятия Николь. Она обнимает меня, прошептав слова благодарности. Видимо для нее это действительно было важно. А мне давно следовало сделать нечто подобное – очертить границы дорогих мне людей.

Глажу её по голове и улыбаюсь.

- Всё хорошо, - бросаю. – Теперь уже будет по-другому. А ты никогда ничего не скрывай от меня и говори обо всём, что тебе не нравится, что беспокоит и что нужно, - добавляю, и Николь тут же кивает. – А теперь иди к Ами и Рите… Я скажу чтобы они помогли тебе с выбором платья на день рождения, - добавляю и Николь радостно завизжав, быстро покидает кабинет и уносится прочь.

Как только она убегает, телефон в моем кармане начинает вибрировать. Я сразу принимаю вызов, увлекаясь разговором.

- Ярослав Дмитриевич, есть информация… Сегодня ночью ваш отец покидает приделы своих угодий и собирается улетать в Италию. Это идеальная возможность взять его…, - уведомляет Макс.

Отлично.

- Собери людей, готовься к перехвату. Нужно заканчивать с этим. Сегодня мой отец поплатится за всё! – отрезаю жестоко.

- Будет всё сделано! – бросает Макс. Я прерываю разговор, прячу телефон в карман и поворачиваюсь к двери, собираясь пойти к Ами и Дамиру, и в этот момент вижу Агнию. Она не ушла вместе со всеми горничными, а всё это время оставалась в кабинете и ждала… Чего ждала?

Понимаю, что и с ней нужно что-то решать, чтобы не нервировать Ами, поэтому сразу говорю:

- Агния, на счёт тебя… Тебе тоже нужно собрать вещи и покинуть мой дом. Сейчас же!

- Но… Ярослав Дмитриевич, я же ничего не сделала… Я… Я ни на что не претендую, - бросает она со слезами на глазах. - Если вы не хотите меня… Я могу убирать по дому… Делать что-то другое, только не увольняйте, прошу, - взмолилась она.

- Нет. Ты должна покинуть этот дом, Агния! Сейчас же! – отрезаю. Может и грубо, но я ничего ей не обещал, она знала, что она для меня - временное развлечение… И сопель этих я не переношу.

- Пожалуйста… Можно я хотя бы останусь до утра… У меня нет родных в этом городе, к кому бы я могла обратиться… Мне некуда идти…

- Ладно. До утра и не дольше, - уступаю, покидая кабинет.

Глава 38

Амелия

Полдня ушло на снятие мерок и на разговоры с Ритой. Она очень много расспрашивала меня о предпочтениях в одежде, называла разнообразные комбинации и уточняла, понравиться ли мне такое или нет. Всё что я говорила, она записывала в свой блокнот и к тому моменту, когда мы попрощались, у неё уже имелся целый список из более ста единиц разнообразных нарядов: для меня, для Дамира и даже для Николь.

Конечно, я пыталась что-то возразить и сказать, что значительная часть из всего перечисленного для меня будет лишним, но Рита даже слушать меня не хотела… Особенно когда увидела мой пустой гардероб.

- Ярослав Дмитриевич сказал позаботиться о твоём гардеробе и гардеробе его сына, и цена не имеет значения… Вот я и забочусь, - бросила она упрямо и ушла.

Мне пришлось смириться.

Но я собиралась поговорить об этом с Яром… Зачем же столько одежды?

После того как ушла Рита, ко мне пришёл доктор. Он осмотрел меня, а затем безболезненно снял швы, сказав, что всё хорошо зажило.

Почти всё время Николь была рядом со мной. Помогала мне с Дамиром. Ярослав тоже периодически заходил, был с сыном, со мной, бросая на меня очень жаркие, странные взгляды… Но поскольку мы постоянно были не одни, у нас не было возможности спокойно поговорить, побыть наедине или просто обняться.

Мы вместе пообедали (я, Ярослав, Николь и Дамир, который находился в коляске рядом), и… Всё это было так похоже на семью. Так по родному и близко… Так хорошо, радостно, приятно.

Мне нравились такие моменты, и как всё было.

Я привыкала к Яру очень быстро, уже не боялась его и чувствовала себя спокойно рядом с ним. А он ни на чём не настаивал, держал дистанцию, но одновременно окутывал меня собой, одаривая одними лишь взглядами и какими-то незначительными словами.

Затем Ярослав куда-то уехал, вручив мне, целую папку, в которой находились списки всех кандидаток на вакансию «горничная». Мне нужно было выбрать три человека, и среди них должна быть главная горничная, которая была обязана на отлично исполнять свою работу.

Яр доверял моему выбору, поэтому я подошла к этому вопросу серьёзно, тщательно изучив всех кандидаток. И остановила я свой выбор на женщине сорока лет, у которой был огромный стаж работы. Она была строгой, стрессоустойчивой, коммуникабельной, добросовестной, порядочной, честной, умела решать конфликтные ситуации и имела хорошую память. Я посчитала, что для главной горничной это необходимые критерии, и назначила её собеседование. Две остальные женщины были моложе и имели тоже неплохие рекомендации, поэтому я тоже выбрала их.