Читать книгу 📗 В его постели по контракту (СИ) - Гримвуд Алрия

— Нет, — он покачал головой, его глаза были серьезны. — Я не покупаю. Я прошу. Вкладываю в это все, что у меня есть. И все, что я есть.

Она медленно кивнула, и слеза скатилась по ее щеке, оставляя влажный след.

— Да.

Он встал, его руки были чуть неуверенными, когда он прикрепил брошь к ее платью, прямо над сердцем. Затем он поцеловал ее. Этот поцелуй был нежным, глубоким, в нем чувствовалась вся их общая история — боль, страсть, борьба, потери и, наконец, это невероятное, выстраданное счастье.

— А теперь, — прошептал он, разрывая поцелуй, но не отпуская ее, — я хочу совершить последнее завоевание. Здесь. На этой высоте. Там, где когда-то началась наша война, чтобы начать нашу вечность.

Он снял с нее пальто и медленно, с благоговением, расстегнул ее платье. Ткань упала к ее ногам бесшумным шепотом. Холодный ночной ветер обжег ее обнаженную кожу, но его руки, его губы были горячими, как расплавленное золото. Он ласкал ее, стоя над покоренным городом, и каждое прикосновение было посвящением, клятвой, благодарностью. Когда он вошел в нее, они оба смотрели на горизонт — на их империю, на их будущее, на их общую судьбу.

Их любовь в тот вечер была медленной, но от этого не менее страстной. Это был не просто секс победителей, это был священный ритуал единения. Двух одиноких хищников, нашедших друг в друге не только равного партнера, но и родственную душу, и дом.

Когда они лежали потом, завернувшись в его теплое пальто, их тела все еще были переплетены, он спросил, глядя на далекие звезды:

— Что дальше? Какая следующая вершина?

Она прижалась к нему, слушая ровный, мощный стук его сердца, смешивающийся с биением ее собственного.

— Все, что захотим. У нас есть весь мир. — Она подняла руку, чтобы коснуться броши на своем платье. — И мы есть друг у друга. Этого достаточно для тысячи жизней.

Он улыбнулся, глядя в ночное небо. Впервые в жизни он чувствовал себя не просто могущественным или успешным. Он чувствовал себя цельным. Завершенным. И это, понял он, было величайшим завоеванием из всех возможных.

Эпилог

Они проснулись одновременно, как будто их тела сохранили общий ритм даже во сне. Утро заливало спальню мягким светом через панорамные окна. Лео потянулся к ней, его рука привычно легла на ее талию.

— Снилось, что ты пытаешься меня уволить, — пробормотал он, прижимаясь губами к ее плечу.

Элис повернулась, встречая его взгляд. — А ты, как всегда, нашел способ меня переубедить.

— Непереговорные методы, — он ухмыльнулся, и в его глазах плескалась знакомое озорство.

Она провела пальцами по его щеке, ощущая легкую щетину. — Знаешь, что я поняла за этот год?

— Что я гениален в постели?

— Что мне нравится просыпаться рядом с тобой. — Она сказала это просто, без пафоса. — Даже когда ты ворчишь во сне и забираешь все одеяло.

Он притянул ее ближе, и они лежали, слушая, как за окном просыпается город. Никаких срочных звонков, никаких кризисов, которые нельзя отложить на пару часов.

— Помнишь нашу первую ночь? — спросил он, пока его пальцы рисовали круги на ее спине.

— Ты имеешь в виду, когда ты почти принудил меня?

— Я предлагал. Не приказывал. — Он сделал паузу. — Большая разница. И ты сама дала мне ключ.

— А вот и нет, — она укусила его за подбородок. — Тогда это был ультиматум.

Он перевернул ее на спину, навис над ней. Его глаза были серьезными.

— Я бы не стал ничего менять. Ни одной нашей схватки. Ни одного жестокого слова. Потому что все это привело нас сюда.

— В постель в десять утра в среду? — она подняла бровь.

— К тебе. Просто к тебе. — Он поцеловал ее, и в этом поцелуе не было борьбы за власть. Была лишь привычная, выстраданная нежность.

Его руки медленно скользнули под простыню, ладони обхватили ее бедра. Она вздохнула, когда его пальцы нашли уже влажный возбужденный бугорок между ее ног.

— Все еще так же хочешь меня? — прошептала она, впиваясь ногтями в его плечи.

— Сильнее, — он вошел в нее одним плавным движением, заставив ее выгнуться. — Потому что теперь я знаю, что скрывается за этой улыбкой.

Они двигались в унисон, отработанном за месяцы ритме. Никакой спешки, только глубокие, вымеренные движения. Он смотрел ей в глаза, и она не отводила взгляд — больше не было нужды прятаться.

— Здесь... — его пальцы нашли тот самый чувствительный участок на ее шее. — Ты вздрагиваешь, когда лжешь.

— А здесь... — ее руки скользнули по его спине. — Ты задерживаешь дыхание, когда близко.

Он ускорил движения, его губы прижались к ее уху.

— Кончай для меня. Как в тот раз в лифте.

— Только если ты будешь смотреть, — она обхватила его ногами, притягивая глубже.

Когда волна накрыла ее, он не отводил глаз. Видел, как темнеют ее зрачки, как губы разомкнуты в беззвучном крике. Он сдерживался до последнего, наблюдая, как ее лицо искажается от оргазма. Но когда ее влагалище сжалось вокруг него в финальном, выжимающем спазме, его контроль лопнул. С хриплым рыком он вонзился в нее на всю длину, и горячая пульсация его семени затопила ее изнутри. Каждый толчок был глубже предыдущего, пока он не излил в нее все до последней капли, его тело дрожало в конвульсиях на ее груди.

После они лежали, тяжело дыша, его рука все еще лежала на ее бедре.

— Все еще думаешь, что могла бы прожить без этого? — он провел пальцем по ее мокрому лбу.

— Нет. Но я бы попробовала, — она повернулась к нему. — Просто чтобы позлить тебя.

Он рассмеялся — низко, счастливо, по-настоящему. И в этом смехе не было ни капли былой жестокости.

Позже они завтракали на кухне. Он резал фрукты для салата, она читала утренние новости на планшете.

— Смотри, — она протянула ему устройство. — Твой бывший партнер снова попал в скандал.

Лео бросил беглый взгляд и пожал плечами. — Уже не моя проблема.

— Тебя не узнать, — покачала головой Элис.

— Просто нашел кое-что более интересное. — Он пододвинул к ней тарелку с идеально нарезанными дольками апельсина. — Чем выигрывать чужие войны.

Вечером они гуляли по набережной, и он не проверял телефон каждые пять минут. Она не анализировала каждого прохожего. Они были просто мужчиной и женщиной, которые шли, держась за руки, и их пальцы сплетались так естественно, будто всегда знали друг друга.

— До сих пор странно, — сказала она, когда они сели на скамейку смотреть на закат.

— Что именно?

— Что мне не нужно быть настороже. Что ты не готовишь какой-нибудь подлый ход.

Он повернулся к ней, его лицо было освещено последними лучами солнца.

— Элис. Самый выгодный контракт в моей жизни — это ты. И я не собираюсь его расторгать.

Она рассмеялась, и ее смех смешался с криком чаек.

— Романтично.

— Прагматично, — поправил он. — Ты стоишь больше, чем все мои активы вместе взятые.