Читать книгу 📗 Королева Червей (ЛП) - Крофт Эмери

Его дыхание было горячим:

— Скажи это, Пуговка.

Мои бедра двигались взад-вперед, пока его палец пытал мой чувствительный клитор.

— М-м, Папочка, вылижи меня.

Сначала он щедро лизал и покусывал мою киску, а затем принялся лакать мой клитор, отпуская грубые короткие замечания.

— Обожаю этот прелестный клитор (лизь, лизь), м-м, крошка... вкусно.

Последовали мелкие, дразнящие движения языком, которые сводили меня с ума, и, наконец, он избавил меня от мучений и с шумом втянул мой клитор между губ.

— О, блядь, да, Папочка!

Мои бедра сначала двигались короткими толчками взад-вперед, пока я сжимала его влажные волосы.

Теперь я терлась клитором о его шершавый влажный язык в более быстром ритме.

— О, м-м, Папочка.

Я думала, что буду ненасытной, но вскоре постоянное лизание, а затем сосание и подергивания его жадного рта быстро подтолкнули меня к краю.

Я дергалась на его лице, пока его пальцы крепко сжимали мои ягодицы, подгоняя меня к неминуемому оргазму.

Сначала сквозь меня прорвалась дрожь, за которой последовал тремор, и я взвизгнула от восторга.

— Папочка, о, я... Кончаю!

Я сильнее вжала киску в его рот, и еще больше волн удовольствия полилось из низа живота, быстро распространяясь по всему телу.

— О, о!

Я замерла, пока Ксавьер удерживал меня и лихорадочно сосал мой клитор.

Мне вполне нравилось чувство сверхстимуляции, и я тут же снова начала тереться о его рот.

— М-м, — простонал Ксавьер, его твердые руки переместились на мои бедра, и он снова начал меня вылизывать.

Весь процесс был влажным, громким и таким, блядь, приятным.

Я почти забыла, сколько удовольствия дарит Ксавьер.

Он без усилий довел меня до второго оргазма, снова продемонстрировав свое пылкое мастерство кунилингуса.

Он был так же хорош, менее мощный, но такой же полноценный.

Наконец он столкнул меня с себя и переместился мне за спину.

— Я скучал по вкусу твоей сладкой пизды, Пуговка.

Он грубо причмокнул губами:

— М-м, это было чертовски вкусно.

Я соблазнительно поерзала задницей, и он сильно шлепнул меня по ягодице.

Он был мне нужен:

— О! Поторопись, папочка!

Ксавьер хмыкнул, и его пальцы раздвинули мои ягодицы.

Его пальцы пробежались по ложбинке между ягодиц, а затем по моей киске.

Он крякнул, и затем без колебаний его член глубоко вонзился в меня.

— О да, Пуговка, а теперь не двигайся.

Я точно знала, что это значит, поэтому сжала простыни в кулаках, готовясь.

Ксавьер собирается трахнуть меня по-настоящему хорошо и жестко.

Он вышел, а затем продолжил вколачиваться в меня жесткими, беспощадными толчками, пока его рука крепко сжимала мои бедра.

Хлюп, хлюп!

Он наклонился надо мной, толкаясь теперь глубже, и я повернулась к нему, когда его губы коснулись моей щеки:

— Тебе нравится член Папочки?

Я громко застонала, когда его пальцы нашли мой ноющий клитор, и он помассировал его нежными движениями.

— О да, Папочка!

Он застонал от моего признания, и его толчки продолжились, один за другим.

Короткие и глубокие.

Наконец он с силой вбился в меня, и его пальцы впились в мои бедра.

Я почти вскрикнула от острой боли, которую они причинили.

— О да, детка, так хорошо, так, блядь, хорошо.

Я замерла, переводя дыхание, пока теплая сперма Ксавьера изливалась в меня.

— Как думаешь, чего он хочет?

Я изучила Ксавьера и выпустила струйку дыма.

— Без понятия, но мне не нравится этот новый парень. Его зовут Тео Ферн, бывший лейтенант Ферн. Я знаю его со времен службы в армии.

Раньше я почти никогда не спрашивала отца о «Нексусе», потому что меня интересовало только выполнение работы и получение денег.

Я просто рассматривала поручения как задачу, которую нужно выполнить, и стала совершенно нечувствительной к отнятию жизни, если это требовалось.

Я затушила сигарету и вернулась в его теплые объятия.

— О, хороший или плохой?

Его пальцы задумчиво блуждали по моему плечу:

— Неважно. Я отказал ему. Ему не нужно встречаться с тобой. Это не то, на что я соглашался изначально.

Голос Ксавьера был твердым, и это означало, что он все решил.

Я кивнула.

Я доверяла ему, когда дело касалось людей.

У моего отца есть сверхъестественная способность оценивать человека и его способности, даже если тот не произносит ни слова.

— Знаешь, Клео, я устал от этой жизни. Иметь дело с «Нексусом» и... — он сел. — У нас на двоих куча денег. Квартира на берегу в Тренте звучит неплохо в наши дни.

Я села, прижимая простыню к груди, и мое сердцебиение резко участилось от его признания.

Я никогда не ожидала от него этих слов, вообще!

— Ты серьезно?

Его сверкающие голубые глаза удерживали мой взгляд, и последовала улыбка:

— А ты как думаешь?

Моя надежда ускользнула.

С Ксавьером никогда не знаешь наверняка.

Я сползла с кровати и схватила с пола свою ночную сорочку:

— Пф, ты врешь.

Я бросила попытки убедить его много лет назад.

Мы уже скопили на двоих довольно большую сумму денег, которая была удачно вложена, и у нас все еще был дом в Тренте, что в нескольких городах отсюда.

Никто не знает об этом месте, кроме Моргана и Маркуса.

Нам действительно не нужно было жить такой жизнью.

Он рассмеялся:

— Ты должна знать, что я никогда не вру — тебе особенно.

Я кивнула, и маленькая ниточка надежды задержалась во мне, когда я скользнула в его ванную.

Глава четвертая

Ксавьер был занят, когда я проснулась на следующее утро.

Мои чувства были немного затуманены и приглушены, пока я умывалась и одевалась.

Тот момент трезвости, когда я кричу и проклинаю себя за то, что позволила этому начаться между нами снова, так и не настал.

Иногда я удивлялась самой себе.

Может, Ксавьер прав.

Я больше похожа на него, чем хочу признавать.

И все же я должна признать ту маленькую часть себя, которая действительно хотела вырваться и пожить другой жизнью, как только я встретила Бена и начала работать в библиотеке.

Конечно, это началось как прикрытие для моего альтер-эго, но пока это длилось, было хорошо.

Я тут же отмахнулась от этой мысли.

Это было непродуктивно и снова затянет меня в нисходящую спираль.

Я собрала свои волосы, которые довольно сильно отросли, в конский хвост, и, решив, что довольна, полная энергии сбежала вниз по лестнице.

Я с удивлением обнаружила, что дверь в кабинет Ксавьера закрыта, и по звуку его отрывистых фраз поняла, что он зол.

— М-м, кто подразнил быка?

Я налила кофе и изо всех сил попыталась подслушать.

С треском провалившись, я вышла на крыльцо с кофе и сигаретой.

Это лучший способ начать день.

Я опустилась в плетенное кресло и уставилась на тусклое серое небо, обещавшее много дождя.

Такая погода меня вполне устраивала.

Я была именно такой девушкой.

Пасмурная дождливая погода и хорошая книга — все, что мне было нужно для счастья.

Я закурила сигарету, пока мой взгляд сканировал огромный двор, где стояли некоторые неиспользуемые машины охраны, а затем дорогу, ведущую к участку.

Тишина.

(Ничто не шевелилось, даже мышь)

Странное чувство пронеслось сквозь меня без какой-либо веской причины, пока клубы дыма вились вокруг моего лица.

Я осознала глухой стук своего сердца, который был отчетливым и явным.

Что-то было не так.

(Было ли это предчувствие грядущей катастрофы или паранойя?)

Понятия не имею, но что-то едва уловимое было не так.

Я докурила сигарету и допила остатки своего горького кофе, когда Ксавьер наконец присоединился ко мне.

Он без лишних слов плюхнулся на стул рядом со мной.

— Что случилось?

Мои глаза пробежались по его длинным ногам.

М-м, джинсы ему шли, как и те обтягивающие футболки.