Читать книгу 📗 "Все недостающие части (ЛП) - Коулс Кэтрин"

— Пара душ сказала бы то же самое и о тебе.

Темные глаза Кольта потеплели, вспыхнув янтарем, когда он запустил руку мне в волосы. Он потянул за пряди, запрокидывая мою голову, чтобы получить доступ к моим губам, и наклонился ближе.

— Значит, придурок?

Его губы зависли над моими — совсем рядом, но не там, где мне хотелось.

— Может быть, — прошептала я.

Кольт накрыл мой рот. Это было не нежно — это была чистая потребность и доминирование. Но я не позволила ему взять верх. Я отвечала тем же, мой язык сплетался с языком Кольта, скользил, дразнил, требовал большего.

Когда он отстранился, я судорожно вдохнула и уставилась на него.

— Серьезно?

Кольт одарил меня самодовольной ухмылкой.

— Просто небольшое напоминание о том, что ждет дома, чтобы ты не задерживалась.

— Напористые альфа-самцы, которые слишком хорошо управляются языком, — проворчала я, выбираясь из внедорожника.

Смех Кольта раздался у меня за спиной, когда я направилась к двери бара, но я его проигнорировала.

Я не смогла проигнорировать другое — его рука поймала мою, и он мягко остановил меня. Его губы снова коснулись моих.

— Надо было сказать раньше. Ты красивая. Такая красота заставит любого мужчину замереть на месте. Но ей под стать твоя ярость.

Карие глаза вспыхнули золотом.

— Не щади никого, Хаос.

Я беззвучно вдохнула, глядя на Кольта снизу вверх. Этот мужчина станет моей погибелью. То, как он оживлял мое тело одним-единственным прикосновением. То, как безоговорочно верил в меня, в то, на что я способна.

— Никакой пощады, — прошептала я.

Кольт дважды сжал мою руку и отпустил, шагнув к двери. Он распахнул ее передо мной, как настоящий джентльмен. Но в этом и была его притягательность — смесь вежливой заботы и беспощадной требовательности. От нее кружилась голова.

Я попыталась отогнать вихрь мыслей о Кольте и шагнула в уже знакомый бар. Народу было больше, чем я когда-либо видела. Но это имело смысл — впереди выходные, и чем ближе настоящее лето, тем больше туристов стекалось в этот маленький городок.

Я заметила знакомые лица. Норм и Сэм, шахматный дуэт, сидели за столиком с пивом, рядом с ними Мира и Селия потягивали свои бокалы. Эзра устроился у бара с какой-то женщиной, медленно смакуя коктейли. Байкеры, включая Эйса, обожающего Jack, заняли угол. А Трей разливал напитки за стойкой.

Ладонь легла мне на спину, когда Кольт наклонился, и его губы коснулись моего уха.

— Я буду у бара.

Я кивнула и быстро стала высматривать Бейкера. Нашла его почти сразу. Его светлые волосы, под огнями бара выглядевшие неестественно, бросались в глаза. Я пробралась сквозь толпу к столику в углу.

Стол стоял так, что единственное место с нормальным обзором было рядом с ним. Не «рядом», как у парочки на свидании, а по разные стороны угла. Все равно слишком близко. Но я все равно опустилась на стул.

— Ты опоздала, — огрызнулся Бейкер.

Я закатила глаза.

— У тебя часы всегда спешат на пять минут.

Он что-то проворчал себе под нос.

— Я заказал тебе картошку фри и тот отвратительный виски, который ты так любишь.

Знание моих любимых вещей заставило меня немного смягчиться. Когда он впервые взял меня под крыло своей продюсерской компании, он неделю ездил со мной по гастролям. Его приводило в ужас то, чем я питалась. Тогда я жила автоматами и фастфудом, но мне было двадцать три, и меня ничто не могло удержать. Даже жизнь на восьмидесяти двух миллионах химических concoкций.

— Спасибо, — я откинулась на спинку стула. — Что ты все еще здесь делаешь?

В его серых глазах мелькнуло раздражение.

— Пытаюсь убедиться, что моя звездная подкастерша не сыграет в ящик из-за собственной безрассудности.

То тепло, которое я начала к нему чувствовать, мгновенно исчезло.

— Ну спасибо. Приятно знать, что тебе не все равно.

Бейкер посмотрел на меня и вздохнул.

— Ты знаешь, что мне не все равно, Ридли. Я бы не торчал в этой богом забытой точке на карте, если бы это было не так. Но я не хочу, чтобы ты угробила карьеру или, что хуже, себя. Ты неосторожна.

— Я осторожна, — возразила я. — Я живу с чертовым шерифом. Я не выхожу по ночам. Я слежу за спиной.

И я продолжу это делать, потому что умереть мне особенно не хотелось. Но и отступать я не собиралась. Не тогда, когда у меня был шанс принести Эйвери покой и, возможно, исцеление моей семье — не говоря уже о других жертвах и их близких.

Бейкер открыл рот, чтобы сказать что-то еще, но нас прервала официантка лет сорока. Она держала поднос с уверенностью человека, за плечами которого годы работы.

— Вот, милые. Один Grey Goose с содовой, один Ransom и корзинка картошки. И кетчуп. Еще что-нибудь нужно?

— Нам ничего не нужно, — процедил Бейкер.

Я улыбнулась женщине.

— Большое спасибо.

Она подмигнула.

— Махните, если понадобятся добавки или что-то еще.

— Маленькие городки, — проворчал Бейкер.

— Разве они не лучшие? — спросила я, отправляя в рот картофелину.

Он сморщил нос.

— Нет уж, спасибо.

Я лишь пожала плечами и съела еще одну.

— Нам нужно обсудить твой инстаграм. Я поговорил с моей службой безопасности. Они считают, что тебе стоит переехать в место понадежнее, чем эта жалкая пародия на дом, в котором живет шериф. Охрана из двух человек и…

— Нет, — перебила я его. — Я уже сказала. Этого не будет.

— Ридли, не будь идиоткой.

— Я и не идиотка. Но и выполнять твои приказы только потому, что ты на меня рявкнул, я не собираюсь. Эти комментарии мог оставить кто угодно. Черт, да ты и сам мог их написать, просто чтобы привлечь больше внимания к шоу.

По шее Бейкера поползла краснота.

— Ты сейчас обвинила меня в травле?

Я следила за каждым мельчайшим движением его лица, пытаясь понять, он ли это.

— Я тебя не обвиняла. Я всего лишь сказала, что виноватым может быть почти любой человек на этой планете. Даже ты.

Краснота стала гуще, темнее.

— Я не ребенок, который закатывает истерики. И мне не нужны детские приемы, чтобы добиваться своего. У меня самая прослушиваемая линейка программ. Самые высокие рейтинги. Самые престижные награды.

И ни за что из этого он никогда не благодарил создателей — все заслуги всегда принадлежали Бейкеру. Как я вообще продержалась с ним столько лет, ума не приложу.

— Я не потерплю этих нелепых обвинений в свой адрес, — рявкнул он.

Я сделала глоток виски, позволяя привычному дымному жару прокатиться по телу, и стала ждать, не сводя с Бейкера глаз, пока его вспышка гнева поутихнет. Пока что реакция была типично бейкеровской — ярость от того, что кто-то осмелился считать его неидеальным. В другие разы, когда я ловила его на чем-то сомнительном, он начинал суетиться, почти капризничать. Сейчас этого не было.

— И ты ничего не скажешь в ответ? — потребовал он.

Я смягчила тон, пробуя зайти с другой стороны.

— Я уже сказала, что просто указываю: виноватым может быть кто угодно. Значит, всем нам нужно быть осторожнее. Это может быть кто-то, кто хочет навредить тебе и твоим шоу, так же легко, как и тот, кто нацелен на меня.

Бейкер напрягся, переваривая мысль. Он тут же вытащил телефон, пальцы замелькали по экрану. Когда он опустил устройство, я увидела, что открыт инстаграм. Он проверял все подкасты под своим крылом. Если только за последние недели он не стал выдающимся актером, это был не он.

Закончив, он сделал глоток и поднял взгляд.

— Со всеми остальными подкастами все в порядке. Что только доказывает: тебе нужна охрана и помощь.

Я напряглась при слове «помощь», прекрасно понимая, что оно может означать.

— В понедельник приедут ребята из Reality Rampage. Мы сделаем кроссовер. Людям понравится, и тебе не придется давать ни одного интервью в одиночку.

Во мне поднялась злость, искры вспыхнули где-то глубоко внутри. Я прослушала ровно один выпуск нового шоу Бейкера. Ведущие не испытывали ни капли уважения к тому, через что прошли жертвы и их семьи. Они отпускали грубые шутки и не воспринимали ничего всерьез. Но хуже всего — им было плевать на сломанные и потерянные жизни.