Читать книгу 📗 Прежде чем мы разобьёмся (СИ) - Любимая Мила

Когда я увидела Яна с Марьяной, то едва не расклеилась, не растеклась лужицей на той самой лестничной клетке. Застукать сестру со своим бывшим… мои чувства объяснить просто невозможно.

Ощущение, будто почву вдруг выбили из-под ног, а тело перестало подчиняться. От меня остался лишь сгусток ауры души, которая забилась в самый уголок, накрыла голову руками и принялась реветь навзрыд. Иступлено, переходя на истерический плач, трясясь от очередного предательства безвольной тряпичной куклой…

Но даже теперь моё глупое сердце летело к нему, крошило ребра, ломало и гнуло тесную клетку, рвалось к нему одному… глупо, да? Так по-идиотски глупо любить того, кто, недолго думая, кинулся под юбку к твоей же сестре…

А Марьяна? Как она могла?!

Но настоящая я никому не показала своих истинных чувств. Железобетонный покерфейс, лёд в глазах, уверенность в каждом шаге. Только равнодушие. Только хардкор.

Я это переживу! А если будет трудно, пристрелю обоих из арбалета.

Так я себя и успокаивала, медленно и меланхолично собирая свои вещи в большой чемодан для путешествий. Не стоило его и разбирать после возвращения от бабули и дедули.

За этим нехитрым занятием меня и застала Марьяна.

Ладно, Ян…

Вычеркнуть Сотникова из жизни несложно. По крайней мере, мне очень хочется в это верить. Ведь когда-то я уже выгнала этого парня из своего сердца. Во второй раз должно быть сильно проще. Правда?

А вот сестра так и останется ею. Хоть раз в год, но нам придется пересекаться. Семейные праздники, всё такое. И это дико странно вдруг возненавидеть её. Из-за парня!

Я всегда считала сестру легкомысленной, наивной, ветреной… но я любила её. Мы были очень дружны с самого детства. До сих пор не верится, что всё изменилось.

Ни на секунду не поверила, что Марьяна пытается защитить меня от Яна, типа беспокоится за разбитое сердце. Она никогда не отличалась сентиментальностью.

Моя сестра из тех девчонок, которых принято называть меркантильными суками. Такие, как она — играют роли главных стерв. Буквально Царица Змей.

Но, чтобы она вонзила ядовитые клыки именно в меня… это стало ещё большим ударом, чем разрыв с Яном.

Марьяна молча устроилась на моей кровати, наблюдая за сборами.

— Надеюсь, ты живешь не на вокзале? — наконец, спросила она.

Ха-ха, шутка без бороды просто.

— Надеюсь, мы не будем делать вид, словно ничего не случилось.

— А что случилось? — непонимающе захлопала ресницами Марьяна.

Вот же жаба…

— Мы с тобой обе знаем, что ты не дура. Давай не начинай играть роль, которая тебе не идет.

— Раньше тебе ничего не мешало считать меня дурочкой, — усмехнулась она. — Как и отцу. Аврора — умница-дочка, а Марьяна так, для красоты и интерьера.

Ещё и папу приплела.

— Очаровательно, — я наклонилась, складывая рубашки и блузки в стопку. — Может, и о матери поговорим?

— Может быть.

— Марьяна… тебя считали именно такой, какой ты себя подавала.

Сестра громко расхохоталась, продолжая прожигать меня своим взглядом. Она ни на миг не прерывала зрительного контакта между нами. Я тоже не собиралась отводить глаз.

Это война!

Ментальная, но война.

И я не собираюсь принимать поражение, дарить ей победу. Не я начинала — не мне и заканчивать. Хочет белый флаг? Что ж, облом. В моём арсенале есть только кроваво-красный.

Дело тут уже не в Яне. А в доверии, в честности, в отношении друг к другу. Просто как можно променять семью на мужика?

— Я не отдам его тебе, — зло и безапелляционно заявила она, глаза загорелись какой-то ядовитой ненавистью. Словно я — основная причина её бед и несчастий. — Слышишь, Рор? НЕ! ОТ-ДАМ!

История о том, как однажды между сёстрами встал один наглый котяра. И что бы я не сделала дальше, изменить что-либо будет уже нельзя. Кота, может, и след давно простыл... В общем, какой-то кот Шредингера, честное слово. Он вроде и есть, а вроде и нет.

— Дура ты, Марьяна.

Как есть дура. И играть не надо.

Забыть о сестре, о своих корнях только потому, что у одного парня слишком голубые глаза и вообще он — само воплощение тёмного бога?

Я могла понять её любовь.

Но точно не могла понять её ненависти.

— Ты никогда не сможешь представить, что я чувствую, Аврора. Тебе вообразить будет страшно, каково быть на моём месте.

Она словно мои мысли прочитала. Марьяна говорила, что я не могу её понять, но сейчас мы обе поймали одну и ту же волну. Стояли друг против друга и падали прямо в пропасть.

Мы обе полюбили одного парня. Жестокого, бессердечного подонка, который и не догадывается о смысле слова «люблю».

Мы полюбили безответно. Мы обе были несчастны. Просто для одной из нас не существовало никаких правил и морали, а для другой — наоборот.

Так мы и разлетелись с сестрой в разные стороны. Сейчас я ясно поняла, что жизнь изменилась до неузнаваемости. Она раскололась на мелкие части.

Марьяна собирается до потери пульса бороться за Сотникова. Я же собираюсь бороться только за себя.

— К счастью, я на своём месте.

Бросив последние вещи в чемодан, вышла из комнаты, даже не взглянув на сестру. Я сожгла Яна, неужели не смогу спалить и её?

Она сама выбрала этот путь. Путь вражды и одиночества. Говорят, что любовь меняет людей до неузнаваемости. Раньше это казалось мне такой глупостью. Но на примере сестры и самой себя я познала горький опыт перерождения. Тот момент, когда у тебя забирают крылья становится судьбоносным. Кто-то выдерживает испытание, кто-то нет.

Никогда не считала себя хорошей. Но в жизни должны быть какие-то ограничения, законы. Человек должен быть человеком. Иначе настанет полнейший хаос.

— Рор!

Марьяна схватила меня за руку, не давая уйти. Она тяжело дышала, глаза нервно бегали, щеки покрылись красными пятнами. Она боролась со своими демоническими тараканами и, очевидно, проигрывала им. Полный фиаско.

— Что ещё?

— Не хочу, чтобы ты считала меня сукой…

— Но ты сука.

— Ты бы знала, как я старалась разлюбить его! — по её лицу потекли ручейки слез. — Но я просо не в силах! Я не могу без него! Дышать не могу, есть не могу, жить не могу…

— Марьяна… — я сделала глубокий вдох и рвано выдохнула, чувствуя, как внутри всё готовится взорваться к чертовой бабушке. — Мне неинтересно это слушать. Что ты хочешь узнать? Да, я люблю его. Наверное, так же безумно, как и ты.

— Я не отступлю.

— А я никого и не держу. Всё, пока.

Наконец, выкатив чемодан из комнаты, я оказалась в прихожей. Похоже, придется вызвать такси… помимо чемодана у меня еще спортивная сумка и кейс с арбалетом.

В момент, когда я завязывала шнурки на любимых кедах, из кухни показался отец.

Не было печали…

— Привет, — он улыбнулся, подперев левым плечом стену.

— Привет, пап.

— Совсем уезжаешь?

— Пап…

— Я обед приготовил. Может, останешься хоть на борщ?

Борщ, конечно, звучит очень соблазнительно. Но в одной квартире с Марьяной я больше и минуты не выдержу.

— В другой раз, ладно? — я попыталась изобразить хоть какое-то подобие улыбки, только получилась, наверное, лишь жалкая реплика. — Мне сегодня ещё на тренировку нужно и подготовиться к завтрашнему занятию по вождению.

— Давай тогда подвезу, — отец выпрямился, скрестив руки на груди. — Мы с тобой в последний раз сильно повздорили. Боюсь, я перегнул палку насчёт твоего Яна.

Вовсе он не мой…

Да и палка была в самый раз.

— Поехали.

Может быть, разговор с отцом — это именно то, что мне нужно.

Я должна отвлечься, выпустить пар. Иначе это часовая бомба, что тикает в моей груди пятьсот сорок ударов в минуту, точно взорвется и моё ментальное равновесие полетит к чертям.

Кого я обманываю? Черти давно уже здесь, со мной. И уходить явно не собираются…

Глава 44. Тайны прошлого

Глава 49. Тайны прошлого